а в разрыве между ними находилась просторная и с виду сухая площадка с вырубленными деревьями. Деревьев эти уроды навалили достаточно, и, возможно, поэтому они не исследовали заболоченный лес? Скорее всего, кто-то сунулся и утонул. Местным духам вряд ли понравилось подобное самоуправство.

Всего в лагере было двое ворот, которые, как и весь частокол, были освещены факелами. Часовых и патрульных я увидел немного. Со стороны заболоченного леса лагерь практически не охранялся.

Не знаю, почему, но есть подозрение, что так устроено не случайно. В городе ведь, скорее всего, не знают, что над лагерем установлена «паутина»? А куда в первую очередь направится отряд диверсантов? Со стороны разрыв выглядел демонстративно незащищенным, находясь при этом рядом с удобной твердой площадкой. В проеме, между краями забора, дежурили только двое часовых, и все это очень напоминало ловушку. Не знаю, но надеюсь, что мы с Зимой пройдем на территорию без каких-то проблем. Хватит их уже на сегодня.

В центре лагеря, как положено, возвышался командирский шатёр — огромный, с высоким шпилем и флагом ордена, хотя в ночи разглядеть эмблему было невозможно. Рядом стоял ещё один шатёр, чуть поменьше, и вокруг него висела какая-то странная дымка. Воздух над этим шатром дрожал, будто над раскалённой землёй, и не просто же так Зима предположила, что внутри находится артефакт.

На противоположном конце лагеря, ближе к городу, темнела громада построенного требушета. По обеим сторонам от него, на расстоянии метров тридцати, находились две квадратные площадки с штабелями приготовленных для строительства материалов. Четыре загона для коней с навесами от дождя находились в южной и северной частях лагеря — по обе стороны от разрыва в заборе. Добежать или доскакать туда не составит труда, поскольку по периметру частокола с внутренней стороны находилось относительно пустое пространство, на котором неровными рядами стояли сотни обозных телег. У римлян такое пространство защищало легионеров от стрел. Здесь ситуация похожая.

Жилая часть лагеря представляла собой огромный квадрат, разделенный на сектора. Вдоль небольших улиц тянулись ряды палаток, шатров и небольших деревянных казарм. Между ними на открытых местах пылали костры, возле которых сидело ещё достаточно много народа.

Впрочем, такое продлится недолго. Электричество с интернетом тут пока не придумали, и люди привыкли ложиться рано. Ещё полчаса и все уже разойдутся ко сну.

Вообще, увиденное немало меня напрягло. На Земле в тринадцатом веке бардака в орденах хватало, а здесь прямо-таки римский легион времён расцвета Империи. Все продумано, всё на своих местах. Люди размещены как полагается, и атакой извне захватить такой лагерь непросто. И требушет они построили за пять дней…

Не знаю, но уверен, что причиной этому магия. Ведь, несмотря на свою похожесть, Земля и этот мир имеют существенное отличие, которое влияет на развитие цивилизации. Там после падения Рима Европа на полтысячи лет погрузилась в натуральное варварство, здесь же таких фатальных потрясений не случилось. С точки зрения славян, хорошего в этом немного. Только делать-то все равно нечего. Играть нужно теми картами, что есть на руках. Впрочем, у нас они неплохие.

До площадки перед лагерем я добирался минут семь. Вообще, триста с небольшим метров — расстояние ерундовое, но, если идти зигзагами, в темноте, по вязкому илу, да ещё и по колено в воде, быстрее пройти не получится. Впрочем, никто никуда не спешил.

Дойдя наконец до места, я выбрался на твердую почву, огляделся и хмыкнул. Площадка перед проломом — небольшой мыс метров тридцати шириной — выступала в заболоченный лес метров на пятьдесят. Повсюду тут торчали пни вперемешку с изломанными чучелами, которые используются для тренировок с оружием. Слева у воды стоял небольшой шалаш, возле которого были навалены деревянные жерди. Пахло тут дымом и гниющей болотной травой.

Лагерь меченосцев отсюда просматривался не так хорошо, как хотелось бы, но мне оно и не нужно. Маршрут составлен, ориентиры обозначены — осталось пройти триста метров и постоять за ящиками возле палатки колдуна, пока Зима будет искать артефакт.

Забавно, но своим зрением я тоже видел защитные чары, вот только выглядели они не так, как показывала подруга. По воздуху в проеме частокола то и дело пробегала заметная рябь, и факелы, горящие по обеим сторонам прохода, меняли свой цвет на ядовито-зеленый.

Света было немного, и большая часть территории от входа до жилой части лагеря находилась в тени. Оба часовых стояли неподалёку возле одной из телег и о чем-то между собой разговаривали, изредка поглядывая в сторону леса.

— Пошли? — предложила сидящая на плече Зима и, указав рукой вперёд, попросила: — Только иди прямо по центру. Если что-то случится, то тебя не сразу заметят.

— А что может случиться? — скосив на нее взгляд, уточнил я.

— Да откуда я знаю, — подруга пожала плечами. — Тут поганое место. Хуже, чем лес к восходу от Пскова. Я почти ничего не чувствую.

— А сама как? — на всякий случай уточнил я. — С тобой все нормально?

— Да, — девушка кивнула. — Со мной всё в порядке. Сила восстановилась и тебя там никто не увидит. Просто я могу что-нибудь пропустить.

— Ну если меня не увидят, то оно и не страшно, — я вздохнул, настраиваясь, поправил ножны и направился в лагерь.

Шагов через десять проснулась на плече метка. По мере приближения к «паутине» рука все больше немела, но защиту мы прошли без каких-либо проблем. Плечо обожгло холодом, по лицу словно бы пробежала толпа муравьев, уши слегка заложило, и я, мысленно выдохнув, зашёл на территорию лагеря.

— Вот же твари, — спорхнув с плеча, выругалась подруга. — Колдун, что это устроил, та ещё мразь и его обязательно нужно будет убить.

— Что-то узнала? — спросил я, удивленный такой реакцией своей обычно спокойной подруги.

— Узнала, — Зима кивнула. — Эти чары стоят на крови.

— Это как? — я скользнул взглядом по часовым и направился к проходу между телегами.

Шёл спокойно, совершенно не заморачиваясь по поводу шума. Главное ничего не задевать и не наступать на ветки. Хруст никто не услышит, но глазастый часовой может заметить изменения в форме или месторасположении предмета. Впрочем, в темноте это сделать сложнее. Да и часовые за спиной в эту сторону не смотрят.

— Это так, что для создания этой защиты кого-то принесли в жертву, — зло пояснила подруга. — И мне неизвестно, скольких они успели убить.

— Ты словно удивлена, — мысленно хмыкнул я и обвел взглядом наставленные рядами телеги, понимая, что о конной атаке можно забыть.

В принципе это было понятно, когда Зима нам показала вид лагеря сверху, но сейчас последние сомнения пропали. Меченосцы плотно наставили