«Королева приехала по собственной воле и может свободно вернуться, когда пожелает. Но, если она предпочитает остаться в этих краях, она моя сестра, и я отказываюсь ее высылать»[178].

Вскоре несколько английских изгнанников пригрозили Степлдону расправой. Этого было достаточно, чтобы он дерзнул ослушаться Изабеллу и бежать в Англию под покровом ночи, переодевшись то ли купцом, то ли паломником. Поспешив к королю, он предупредил его, что некоторые изгнанные враги замышляют убийство, и настоятельно рекомендовал вновь потребовать немедленного возвращения королевы и принца. Чувствуя себя неловко из-за внезапного отъезда, он написал Изабелле письмо с извинениями за свой поступок, вероятно, по приказу Эдуарда.

Изабелла, отныне одетая в траур, с головным покрывалом, как у монахини, и подбородочной лентой, «похожая на скорбящую даму, потерявшую своего господина»[179], заявила мужу в письме, что ни она, ни сын не вернутся ко двору, пока Диспенсеры не будут удалены из его окружения. Она полагала, что «ее намерены предать смерти, если она вернется в Англию»[180]. Она также настаивала на достижении соглашения с Эдуардом относительно ее статуса и доходов. В другом письме она предупреждала, что вместе с братом и при поддержке своих сторонников во Франции намерена предпринять действия, которые «обернутся не ущербом для господина короля, а только уничтожением Хью»[181]. Это могло означать лишь одно – Изабелла решила сместить Диспенсеров силой. В конце ноября Стратфорд вернулся в Англию с ее письмами и доложил обо всем королю.

Требования и угрозы Изабеллы свидетельствуют о ее готовности вернуться к Эдуарду, но на своих условиях. Учитывая, что он многократно нарушал данное слово и ставил интересы фаворитов превыше прочих соображений, в его готовность навсегда изгнать Диспенсеров нельзя было верить. Кроме того, Изабелла вряд ли могла ожидать, что фавориты смиренно удалятся в изгнание, не причиняя новых неприятностей. Она, несомненно, понимала, что Хью без колебаний жестоко отомстит любому, кто выступит против него, а Эдуард уже доказал, что вряд ли защитит супругу. Таким образом, Изабелла, вероятно, выдвигала свои требования в полной уверенности, что Эдуард ответит отказом, дав ей предлог остаться во Франции до тех пор, пока ее будущее не будет обеспечено благодаря вмешательству ее брата и сторонников.

Эдуард был потрясен ее ультиматумом. В декабре он заявил парламенту: «Вам известно, как, казалось бы, по Божьему промыслу королева отправилась во Францию, чтобы заключить мир, при условии, что, когда ее миссия будет выполнена, она сразу вернется. И она по доброй воле дала это обещание. Когда она уезжала, никто не заметил ее недовольства. Она со всеми [учтиво] простилась и удалилась, исполненная радости. Но теперь кто-то повлиял на ее отношение. Кто-то внушил ей небылицы. Ибо я знаю, что она выдумала эти оскорбительные обвинения не сама. И все же она говорит, что Хью ле Диспенсер – ее противник и враждебно настроен по отношению к ней. Удивительно, что она так невзлюбила Хью, потому что во время отъезда она ни с кем другим не была так любезна, за исключением меня самого. По этой причине Хью глубоко огорчен, но тем не менее готов доказать свою невиновность любым способом. Отныне я твердо верю, что королеву ввели в заблуждение по наущению того, кто действительно враждебен и злобен, кем бы он ни был. Поэтому рассудите мудро, чтобы та, кого учение злых людей побуждает к лукавству, вернулась на путь согласия и единства благодаря вашему разумному и доброму увещеванию»[182].

Таким образом, согласно официальной версии, Изабелла подверглась пагубному влиянию, что позволяло создать условия для ее возвращения без взаимных обвинений. Однако попытка Эдуарда защитить фаворита вряд ли произвела впечатление на слушателей, большинство из которых прекрасно знали, что Хью действительно дал Изабелле множество поводов для негодования и проявлял к ней враждебность. Тем не менее отказ королевы вернуться в Англию вызывал крупный скандал и угрожал безопасности королевства, поэтому парламент стремился как можно скорее урегулировать ситуацию.

Хью публично заявил лордам, что никогда не имел злого умысла в отношении королевы. Эдуард оказал давление на епископов, которые неохотно согласились написать Изабелле отеческое послание с призывом отбросить «беспочвенную неприязнь» и вернуться к мужу. Их письмо, датированное 1 декабря 1325 года, гласило: «Дражайшая и могущественная госпожа, вся страна встревожена известиями и ответами, которые вы недавно прислали нашему господину королю; и поскольку вы откладываете свое возвращение из-за ненависти к Хью ле Диспенсеру, все предрекают, что за этим последует много зла. На самом деле Хью ле Диспенсер торжественно доказал перед всеми свою невиновность и то, что он никогда не причинял вреда королеве, а напротив, делал все возможное, чтобы помочь ей. Он подтвердил клятвой, что в будущем намерен поступать точно так же. Более того, он добавил, что не может поверить, будто ваши угрозы исходили только от вас, а не из другого источника, тем более что перед вашим отъездом вы проявили к нему благосклонность и впоследствии посылали ему дружеские письма, которые он в полном объеме представил парламенту».

Стиль изложения настолько точно повторяет речь короля, что письмо, вероятно, продиктовал епископам либо сам Эдуард, либо Хью.

Далее в письме говорилось: «Поэтому, дражайшая госпожа, [мы] умоляем вас как [нашу] владычицу, [мы] предостерегаем вас как дочь: вернитесь к нашему господину королю, вашему мужу, отбросив всякую обиду. Вы уехали ради мира, так не медлите с возвращением во имя того же мира. Ибо жители наших земель опасаются, что ваш отказ вернуться принесет много бед. Они боятся прибытия чужеземцев и того, что их имущество будет разграблено. Они не думают, что ваши действия продиктованы должной привязанностью, если вы хотите уничтожить столь преданный вам народ из ненависти к одному человеку. Что касается того, о чем вы писали, а именно: что ваш брат, король Франции, и другие ваши друзья в их стране намерены предпринять ради вас действия не во вред нашему господину королю, а только с целью погубить Хью, то, дорогая и могущественная госпожа, откажитесь от подобных начинаний, поскольку дальнейшие события могут привести к невосполнимым потерям. Английский народ наперед знает, что угрозы сулят приход иностранцев, которые разграбят землю. Невозможно, чтобы невиновные не страдали наряду с виновными, и то, чего невиновные не смогут отстоять, они потеряют. Увы! Духовенство и простой народ с жалобой в голосе вновь и вновь выражают страх, что они вкупе с тем, что им принадлежит, будут полностью уничтожены из ненависти к одному человеку. Поэтому, госпожа королева, примите мудрый совет и не откладывайте возвращение. Ибо ваше долгожданное прибытие сдержит враждебные намерения и ограничит возможности для совершения зла».

Это было умное