– А выглядело очень страшно.

Роберт хмыкнул. Его взгляд потеплел, и он едва заметно придвинулся ко мне, превратив этот момент в интимный.

– Как ты?

Я хотела что-то сказать: наверное, что у меня все хорошо и что я жду, пока он вернет мне клюшку, или еще какую-нибудь ничего не значащую чушь, но не успела – к нам подошел Том.

– Ну что, мы едем? – он вопросительно смотрел на меня, а я – на Роберта. Тот вздохнул и сказал:

– Том зовет нас на вечеринку. Хочешь пойти?

Что-то тоскливое было в его голосе, такое, что царапнуло меня изнутри так, что остался след, но я все равно сказала:

– Да.

Мы играли в «Монополию». Эрик не приехал, поэтому нас было только пятеро: девчонки, Том и мы с Робертом. Лера жалась к Тому и каждый раз спрашивала, что ей делать – покупать или нет? Том после каждого вопроса целовал Леру то в щеку, то в нос, то в губы и неизменно призывал ее покупать. Я закатывала глаза. Что за жеманное идиотство? Роберт сидел недалеко от меня и был необычайно молчалив; иногда я чувствовала на себе его взгляд, но каждый раз, оборачиваясь, не могла прочитать, что в нем скрыто.

– Слушайте, – сказала Лена. – Мне надоело. Игра скучная. Мира набрала кучу недвижимости и теперь собирает со всех деньги. Роберт сидит со скорбным лицом. Вы, – она указала на Тома и Леру, – вообще прикрываетесь игрой, чтобы целоваться. Смотреть противно.

– А ты отвернись, – промурлыкала Лера, нежащаяся в объятьях Тома. – Сфокусируйся на Роберте с Мирой. Они не целуются, не будут тебя раздражать.

Я физически почувствовала, как заскрипели шестеренки в мозгах у всех присутствующих и как их взгляды стали любопытными и требовательными.

– А кстати, – протянула Лера, – ни разу не видела, ребят, как вы целуетесь. У вас что, и здесь какие-то суперправила?

Застучало в правом виске.

– Я тоже не видела, – поддержала разговор Лена. – Помнится, со мной ты не стал тянуть и поцеловал в первый же вечер, – она приподняла брови и уставилась на Роберта, как удав.

Теперь в левом.

– Роб, – рассмеялся Том, – поцелуй свою девушку. Нам будет приятно, что мы не одни, – он пощекотал Леру за ухом, отчего та захихикала, как дурочка.

У меня отключились органы слуха и обоняния. В висках барабанило, а во рту пересохло. Я видела, как Роберт что-то сказал, и все рассмеялись. Видела, как Том снова склонился к Лере, а Лена, не мигая, смотрела на меня. Почувствовала, как Роберт дотронулся до моего предплечья. Очень нежно. Словно боялся спугнуть. Наклонился и что-то прошептал мне на ухо. Потом его лицо стало ближе, еще ближе, и еще. Голубые глаза гипнотизировали, увлекая в бездонную глубину. Я ощущала дыхание Роберта на своих губах, ощущала тепло его тела и рук, легко касавшихся меня. Когда его губы прижались к моим, мир исчез.

Глава 19

Роберт

Ее губы были мягкими и нежными, словно дрожащий цветок. Я прикоснулся к ним всего на секунду, давая ей шанс принять решение. Она распахнула глаза. Я прочел в них сомнение, потрясение и… согласие. И эта призывная искра, вспыхнувшая в ее взгляде, заставила меня вцепиться в нее, словно она была единственной звездочкой в бескрайней темноте. Она разомкнула губы неуверенно, словно боясь пускать меня, я разомкнул свои. Вкус поцелуя, запах ее кожи, невесомые прикосновения ее пальцев к моим щекам – не знаю, что свело меня с ума. Будто я никогда никого не целовал раньше, будто я только что узнал, что это такое. Голод и нежность сплелись в моем горле. Мне кажется, я застонал или зарычал, она в ответ вздохнула. Я плыл по реке света и молил только об одном: чтобы это никогда не заканчивалось.

– Ладно, мы поняли, что вы умеете это делать, – послышался смешок со стороны, и мы оба вздрогнули. Ее взгляд, затуманенный изумлением, скользил по моему лицу, а припухшие губы выдохнули:

– Роберт…

Страх в ее голосе ударил меня в солнечное сплетение.

– Все хорошо, – прошептал я и коснулся губами ее виска. Она вздрогнула. Черт.

Мне хотелось смотреть только на нее, но я заставил себя перевести взгляд на ребят. Том и Лера смеялись, Лена сжала губы в тугую нитку, я почувствовал, как рядом напряглась Мира.

– Мы уходим, – твердо сказал я и вскочил на ноги.

Вопреки тому, что наверняка напридумывали себе девчонки и Том, я отвез Миру в общежитие – почти в полном молчании, потом приехал домой и сразу лег, но так и не смог уснуть. Всю ночь лежал на кровати и смотрел в потолок. Когда я успел так запутаться? Когда Мира из назойливой подруги моей сестры стала чем-то важным для меня?

Каждый раз перед матчем я предвкушал встречу, хотел увидеть ее на крыльце, хотел услышать ее голос. Это становилось приятной традицией. И сегодня уже с самого утра я думал о нашей встрече, но неожиданно позвонила администратор врача и попросила заехать – таким официальным тоном, что я встревожился и решил не тянуть с этим, съездить сегодня перед игрой. Когда врач удивленно сказал, что со здоровьем у меня все отлично, а администратор, вежливо улыбаясь, попросила расписаться в каких-то отчетах для страховой компании, я одновременно испытал огромное облегчение и злость. Ничего серьезного не оказалось! Только вот на обратном пути движение было таким плотным, что я застрял в пробке и не успел увидеть Миру. Лишь одна мысль грела меня – она где-то здесь, на трибунах. Мне хотелось позвать ее вечером на ужин. Нет, не так, мне хотелось пригласить ее на свидание. И не важно, что она выберет, то кафе, куда мы ходили в первый раз, или дорогой ресторан. Мне очень хотелось провести этот вечер вместе, а тут Том пристал со своей вечеринкой. Хотя если бы я знал, что нас заставят поцеловаться, я бы, наверное, сам схватил Миру в охапку и ждал бы Тома на пороге его дома.

Перевернулся на другой бок. Как давно я хотел ее поцеловать? Я никогда не думал об этом, а может просто не разрешал себе. Поцелуй с Мирой – это не поцелуй с Леной, или Катей, или Аней, или любой другой девчонкой. Поцелуй с Мирой – это глубокие воды, попадешь туда, и назад дороги нет… И вот сегодня, когда она позволила, я словно сошел с ума.

Схватил телефон – три утра. Отложил его, но спустя минуту снова включил и открыл мессенджер.

Роберт:

Привет,