— Разобрались, как именно это все случилось?

— Разумеется, Ваше Величество. По чистой случайности. Одна из претенденток разожгла в жаровне магический огонь. Сами знаете, у начинающих это получается не всегда аккуратно. Так было и в этот раз, несколько искр попали на пол. Их бы, конечно, тут же бы и потушили, но в соседнем кабинете мэтр Тавров принимал экзамен по открытию порталов. И один его студент не справился. Вместо раскрытия, получил расширение пространства. И в тот самый момент, когда искры следовало немедленно тушить, все студентки и экзаменаторы оказались пришпилены к одной из стен. А поскольку среди поступающих была ученица Архимагистра…

— Видя начинающийся пожар, она позвала на помощь наставника?

— Именно, Ваше Величество. А поскольку он явился на вызов с большой компанией…

— Дальше они решили потушить огонь водой, но договориться друг с другом забыли. Отчего у всех присутствующих и появилась возможность заняться подводным плаванием.

— Да, Ваше Величество.

— Но это не поясняет отчего Доброслав Жданович так простыл.

— Вероятно, потому, что он высушиться не успел, — предположил камердинер.

— Семен, что за глупости. При его квалификации это дело пяти минут, — возразил Император. — Причем, большее время из этих пяти минут займет снимание мокрой одежды с себя. А потом одевания сухой.

— В том то и дело, что вначале там было не до сушки. Пришлось срочно прятать Его Светлость. Иначе бы его магички на маленькие кусочки разобрали.

— А после того?

— Девиц запутать. Все же, там магички учатся, а не придворные дамы, — объяснял камердинер случившееся.

— Хорошо, запутал, — согласился Император. — Отчего бы не посушиться?

— После у него снова амулет на вызов помощи сработал.

— Так… Не тяни, Семен, что еще у нас в столице интересненького произошло?

— В народе это уже окрестили сбором репы с морковью.

— Семен, не томи. Что там за репа с морковью выросла, что для ее сбора в помощь понадобился целый Архимагистр?

— Сквер в конце Магической улицы, тот, который прямо перед Маг школой превратился не то в топь, не то в зыбучий песок, — с энтузиазмом стал докладывать Семен Потапович. — И, в аккурат, через несколько минут после второго урока.

— Я понял. Младшие школяры после занятий шли домой, а средние и старшие вышли ноги поразмять на перемене.

— Вы, как всегда, правы, Ваше Величество.

— И?

— И всех засосало. Первые выбежавшие на крики учителя, тоже попали в эту ловушку. У многих учащихся были браслеты. Поспешившие на помощь родственники шли по координатам вызова…

— И оказались там же, где и зовущие?

— Да, Ваше Величество.

— Подожди, если его ученица в это самое время была в Маг Университете, то кто его звал на помощь?

— Ваше Величество, вы же сами приказали надеть браслеты на всех младших из рода Богочи. Правда, Переслав, старший из них, достигнув восемнадцати лет отказался от этой привилегии.

— Как же, помню. У Рианон еще есть младший брат. Первый цыпленок. Такой милый маленький мальчик.

— Ну, уже не такой уж и маленький. Он сегодня как раз первый день пошел в эту Маг школу.

— Вот теперь, Семен, все понятно, — заулыбался Император. — Мальчик вливался в коллектив. У меня только один вопрос. Причем здесь репа и морковь?

— Доброслав Жданович все же маг опытный и в эту зыбучую ловушку не угодил. Но в магии земли он разбирается слабо. Единственное, что смог сделать, чтобы никто не провалился совсем, это сковать землю каким-то строительным заклинанием из бытовой магии.

— Строительным? Это намертво, что ли? — подивился Император.

— Ну, не то что бы совсем так критично, Ваше Величество. Но крепко. Потом прибежали маги земли и немного растерялись.

— Я так понимаю, с заклинанием нашего Архимагистра они знакомы не были?

— Правильно понимаете, Вашество, — вздохнул камердинер. — Но вы не думайте, уже всех вытащили. Просто Доброславу Ждановичу на этой, с позволения сказать, грядке пришлось изрядно задержаться. В общем, пока они застрявших вытаскивали, одежда на Архимагистре сама собой высохла.

— Семен?

— Репа — это когда ребенка маленького вытягивали. А морковь — кого-то большого и длинного тянули.

(P. S. Автор в курсе, что в природе репа вполне может быть больше моркови.)

Глава 36

— Дед! Я все понимаю… — в кабинет Императора стремительно ворвался княжич Владимир. — Но второй раз за неделю восстанавливать один и тот же сквер! Это чересчур! Тем более в этот раз все за счет короны.

Только что водруженная на стол стопка бумаг вновь уподобилась разлетающимся по ковру птицам.

— Владимир, — укоризненно произнес Император.

— Извини, я случайно.

Княжич закрыл дверь дедова кабинета, а потом так же, как всего несколько минут назад Император, быстро и аккуратно собрал разлетевшиеся по ковру бумаги и с чувством выполненного долга водрузил их на стол.

— А от меня чего ты хочешь? — спросил Император правнука, одновременно кивая камердинеру на злополучно открытое окно.

Семен Потапович, понятливо кивнув головой, тут же пошел его закрывать.

— Ученица Архимагистра, слава Богам, закончила там свое обучение. Но страховая компания «Сундуков и Грошев», тем не менее вновь подала смету на списания из императорской казны. На том основании, что там вновь замешан кто-то из рода Богочи, — продолжил возмущаться княжич.

— Да, младшенький, — закрыв окно и задернув шторы, ответил вместо Императора камердинер. — Он сегодня там первый день как раз и обучался.

— От недоучек этого рода одно разорение! Дед, неужели мы и за него будем платить из казны? Не будет ли эффективнее, если род, в кое-том веке на собственном кармане ощутит всю разрушительность безответственного поведения ее младших членов?

— Не будет, Владимир. Будь они простыми недоучками, их род изначально бы платил за все выходки недоучек. Но только из недоучек этого рода медленно, но верно растут сильнейшие маги. И не просто маги, а изобретатели. Пойми, внук, запретить легко. А вырастить мага способного придумать и разработать новые заклинание, с нуля создать невиданные артефакты архисложно.

— Не понимаю! Пусть себе растут изобретателями. Причем здесь бесконечное финансирование их ошибок?

— Его Величество хочет сказать, что если род сам будет за эти ошибки платить, то им все их изобретения в тот же миг запретят. И все, не станет