к панели. — Их надо подманить к нам, мне надо на него поспасть! Надо взять их штурмом или хитростью!

— Тише ты! — засмеялся Расти. — Рожа от такого куша не треснет? Ты зэк! У тебя нет ни прав, ни льгот. Так что заткнись и смирись.

— Да вот хрен вам! Это должен был быть мой корабль! И я его получу! А что? Если нам нужны бойцы — у нас в трюмах сейчас помимо зашуганных охранников с пушками, есть пара-тройка заключенных с вышкой и до жопы разной мелочи, что с удовольствием возьмет оружие в руки!

— Наивняк… — покачал головой Ник. — Ты хоть раз видел Живой корабль в бою? А тех, кто его создал? Что ты головой замотал? Я играл с тем, чей вид по легенде и создал такие суда, и поверь, если корабли им не уступают, то у нас даже тени шанса нет.

— Я же сказал! Хитростью! — Алекс быстро указал на капитана с пробитым черепом. — Вон у нас есть форма, вот миротворец, которому она будет в пору!..

— ЭЙ! Мелкий! — нахмурился Расти. — Базар фильтруй! Не на свидании. Схерали мне в эти шмотки лезть⁈ Хочешь меня как крысу подставить? — Алекс схватился за голову и замотал ею.

— Нам надо узнать кто это! Если миротворцы, то твой маскарад будет простой военной хитростью! А если игроки, то сам им и скажешь, что пленные мы и сами освободились! Что тут не ясно⁈

— Понятий ты просто не знаешь, — оскалился Расти и рефлекторно коснулся открытой кобуры, аккуратно ощупав ее пальцами. — Чем тебе Ник не угодил? Вот кто тут самый хитрожопый и скользкий.

— Спасибо, — легко принял Ник такой сомнительный «комплемент».

— Да не за что. Срежь лычки и посади его в кресло!

— Я на корабле с идиотами… Ты Расти — МИРОТВОРЕЦ! А Ник — Хаммер! Уставы не знаете⁈ Да такая легенда и минуты не протянет! Всех Хаммеров в Альянсе по пальцам пересчитать! Не знать их — непростительная роскошь! А это кто⁈ Хер в пальто! И четыре руки к нему… — в следующий миг, стеклянный стакан с выпивкой прилетел точно Алексу в висок, из-за чего человек упал и сильно приложился уже подбитой головой о панель управления, где благополучно и потерял сознание. Стакан же откатился к ноге Расти, поднявшего его и подавшего обратно Николасу.

— Хорошо попал. Я уже и не знал, как его заткнуть.

— И, тем не менее, он сказал дельную мысль. Придется играть в маскарад. У нас меньше часа, при условии, что у них движки в порядке и топлива много как в режиме Бога. Я могу вниз сбегать, никто и не заметит. Посмотрю, что у нас за заключенные.

— И реально, одни идиоты вокруг, — хмыкнул пират. — Подумай, скользкий, где ты? Ты в кают-компании Капитана. Все досье и так тут.

Ник повернулся к панели, затем посмотрел на Расти, затем обратно и еще раз по кругу.

— Виноват, туплю, — хмуро согласился многорукий террорист.

— Давай смотри, кто у нас тут есть, а я пока схожу с охранниками пообщаюсь, — Расти вскинул оружие и осмотрел его придирчиво. — Свои стволы не дашь погонять?

— Остаться с тобой и этим отморозком невооруженным? — удивился Ник. — Не держи меня за идиота, пожалуйста. Держи один, а три я себе оставлю.

Расти принял пистолет и покинул помещение. Когда же он спускался по палубам и отстреливать редких храбрых охранников и техников, совершенно не испытывая ни мук совести, ни даже элементарного сочувствия, он размышлял. Разумеется, его мысли крутились не только вокруг сложившейся ситуации, они роились вокруг его окружения и возможных путей отступления. Конечно, предложенный вариант хорош, но только в случае встречи с игроками, а не с Неписями. Бывшим игрокам легко накапать меда в уши, зайти к ним в дом и дальше чувствовать себя хозяином положения или как минимум — комфортно. Однако если их догнали Миротворцы, то придется биться до последней капли крови. Заключение и весь этот мир, достаточно испортил его существование, чтобы позволить этому повториться!

— Так… Нашел пленных группы «А». Иди к ним, они тебе должны понравиться! — зазвучал голос Хаммера из рации на поясе.

Расти не ответил, это было никому не нужно. Однако эти слова снова вернули Миротворца к мыслям о его соратниках. Алекс парень безусловно умный, но у него есть неприятное качество — он был упрямым фетишистом и вообще все время ощущал себя независимым и незаменимым, а это Расти Гранусу никак не нравилось. Толи дело Николас — деловой, одаренный, хитрый и при этом не несет от него гнильцой, он исполнительный, и голова его работает в нужном направлении. Да, скорее всего, он кинет Расти при первом же запахе выгоды, но ведь и сам Расти поступит так же, так что не ему судить скользкого Хаммера. Миротворец открыл очередное помещение поста охраны и почти не глядя выпустил шесть снарядов в стоящих там неписей. «Камеры все ближе, а боезапаса все меньше, на обратном пути надо „лут“ собрать»…

Примерно в это же время, когда Расти предавался праздным размышлениям, Николас собирал сводку по заключенным и собранным на них досье, стараясь найти среди них нормальных помощников на случай реанимации корабля. Его нынешнее состояние было более чем отвратительным. Нет, пока летать он не перестанет, но прыжки, даже короткие, без топлива можно забыть. Плюс система снабжения была ужасной, потребляла кучу энергии и в целом негативно отзывалась на многих узлах. Ника все это раздражало, но он терпеливо занимался своей работой, ибо давно понял: хочешь сделать хорошо — делай сам. Очнувшийся Алекс не выказывал обид, а просто сел рядом и, потирая голову, начал разглядывать досье, развернутые на экране.

— Сколько я пролежал?

— Минут двадцать.

— Сколько осталось?

— Примерно пол часика, — инфантильно ответил Ник, и, не поворачиваясь, добавил: — Без обид?

— Нормально все, занесло меня, все я понимаю, да и не в первый раз это со мной происходит. Чем помочь?

— Сведи систему в кучу и приведи корабль к состоянию максимально схожему с мертвым. Температуру на минималку, радиоэфир на ноль, щит сними и сканеры выключи. Короче — работай. Мы должны выглядеть как умирающее судно…

Когда же работы были окончены, Расти вернулся на палубу весь покрытый кровью, словно он убивал зубами. Быстро помывшись, он, не скрывая брезгливости, натянул на себя форму мертвого капитана. И не кровь предыдущего владельца вызывала у него тошноту, а сама форма ненавистного Альянса. Дальше шло долгое ожидание преследователя. Но часы шли, а погоня так и не появлялась. Расти скрылся и ушел отдыхать, пока остальные продолжали