рубит! — напоследок бросили они, посчитав, что удалились на безопасное расстояние.

— Не сомневаюсь! — бросил я им вслед, когда крестьяне скрылись за деревьями.

Авторитет: +10

Текущий уровень: 86/100

В роще снова наступил покой. Но кое-что изменилось. И это были обращённые на меня взгляды деревенских. Теперь в них не было недоверия или тихой опаски. Впервые в них отчётливо прослеживалась тень искреннего уважения. За то, что не склонил голову, не стал целовать чужой зад. Не побоялся постоять за свою деревню и ее жителей. Вот за это Взор и расщедрился.

И, черт возьми, это чувство было крайне приятным. Я аж плечи расправил, вдохнув воздух полной грудью. Но тут же спохватился. Рано ещё радоваться! Работа ещё в самом разгаре! Да и на появлении крестьян Щербатова всё точно не закончится!

Поэтому нельзя было медлить. Нельзя отвлекаться. Всё потом! Сейчас же — работа, работа и ещё раз работа!

— Чего встали? Работаем, дамы и господа! — воскликнул я под улыбки лесорубов. — Солнце ещё высоко!

* * *

Свалить дуб оказалось лишь половиной дела. Как только незваные гости ушли из дубравы, мы взялись за новую работу — окорку.

Для чего это нужно было? Всё просто, не будет коры — вес станет меньше, да и гладкий ствол легче скользит по каткам.

Ростислав первым подошёл к стволу и с размаху вогнал лезвие топора под грубую, потрескавшуюся кору. Раздался сухой хруст. Поддев край, он дёрнул топор на себя, и широкий пласт коры отслоился от древесины.

— А хорошо идёт! — крикнул он.

Лесорубы быстро распределились вдоль дуба. Одни надрубали кору точными ударами, другие подцепляли её лезвиями и отдирали длинными полосами. Работа шла споро. То тут, то там раздавался треск ломающейся коры.

Леонид так и вовсе притащил с собой очередной плотницкий инструмент — скобель. Выглядел он занятно — искривленная железная полоска между двумя деревянными ручками. Полоска, естественно, была остро заточена, а потому Леня просто сдирал целые пласты коры одним сильным движением.

Остальным же приходилось довольствоваться тяжёлыми топорами.

Тёмные пласты коры падали на землю, открывая светлую древесину. От свежего сруба тянуло терпким запахом дубового сока. Под солнечными лучами обнажённый ствол словно светился золотисто-жёлтым цветом.

— Глядите-ка, какой красавец! — присвистнул Елисей, проводя ладонью по гладкой древесине. Мне показалось, что дай старому травнику волю, он бы сейчас обнял срубленный нами дуб. С таким выражением лица он смотрел на ствол. Но, может, мне это лишь померещилось.

— Красавец-то красавец, — проворчал Голубцов, выдирая очередной кусок коры, — только весу в нём как в трёх быках. Пока будем тащить — проклянем всё на этом свете.

Лесорубы дружно рассмеялись. Щепки и куски коры постепенно образовали вокруг дуба целые кучи. Пот катился по лицам крестьян. Рубахи темнели от влаги, но никто не останавливался. Когда последний лоскут коры с треском оторвался от ствола, я выпрямился и удовлетворённо кивнул. Теперь начиналась самая сложная часть — транспортировка.

Под команды Голубцова крестьяне достали мотки веревки, которыми начали обматывать срубленный дуб. От большей части веток лесорубы уже избавились, но несколько всё же сохранили — для более надежного крепления. Параллельно с тем мужики подтащили к дубу уже окоренные катки из сосны. На них полагалось протащить нашу ношу до самой деревни.

— Все готовы? — спросил Голубцов, когда канаты распределили между самыми сильными лесорубами. Часть же осталась позади — им предстояло толкать дуб.

— Начали!

Я вместе с остальными натянул канат. Стопы упёрлись во влажную землю. Мышцы заныли от натуги. Тринадцать взрослых мужиков напряглись что есть сил. И поначалу ничего не происходило. Лишь долгую секунду спустя дуб всё-таки сдвинулся с места. Крайне неохотно он поднялся на первое бревно. Но, как только он закатился, стало значительно легче.

Как говорится, физику не надурить! Вот и сейчас мы смогли выдохнуть с облегчением. Огромный дуб тронулся и это была половина успеха. Ростислав наряду ещё с тройкой лесорубов спешно хватал бревна, по которым мы уже проехали, и клал их снова на нашем пути.

Так мы преодолели те самые два километра до реки по лесу, через кусты, корни и овраги. По каткам, с канатами и в пятнадцать пар рук. Медленно, местами петляя, но мы прошли этот путь.

На берегу реки было принято решение сделать перерыв и перевести дух.

Авторитет: +3

Текущий уровень: 89/100

Взор также учел приложенные мною усилия в этом тяжелом путешествии.

Три балла за организацию всего этого процесса казались мне даже справедливыми. Не подвиг, но крепкая работа. До сотни оставалось всего одиннадцать баллов. Сущая мелочь. Я посмотрел на речку перед нами. Оставался последний рывок.

Увидев крыши своих домов на горизонте, деревенские будто бы ощутили второе дыхание. Мы снова взялись за канаты, толкнули бревно в реку и… начался сущий кошмар.

Вот без шуток.

Катки, которые мы должны были подкладывать перед дубом, держались на поверхности воды и уплывали прочь. Лесорубам приходилось вставать ниже по течению и удерживать их на месте. Не всем это удавалось. Далеко не всем.

Помимо этого, вдруг обнаружилось, что ступать по неровному дну реки не так уж и просто. Крестьяне, идущие впереди, то и дело оступались и падали в воду. И, что самое мерзопакостное, нам мешало само течение реки! Дуб то и дело норовил сойти с мостков и клюнуть «носом» каменистое дно.

Вот мы продвинулись на полметра вперёд, а дуб, будто в насмешку, намертво застрял среди мокрых валунов. Канат затрещал, прозвучал всплеск. Кто-то из мужиков упал в воду. Одна из веревок неожиданно лопнула, чуть не попав кому-то по голове. Раздались панические крики. Ствол развернулся под действием течения. Канат, который я держал, резко ушел вслед за дубом. Он обжег мои ладони чуть ли не до мяса. Хотелось выть, но я прикусил нижнюю губу и продолжил держать.

— Да вы там вообще тянете, олухи⁈ — рычал Ростислав, безрезультатно толкая дуб вместе с остальными и пытаясь вернуть его в нужное положение.

— Сам ты олух! — прозвучал ответ от передового отряда.

Я стал раздавать команды, чтобы восстановить порядок, но толку от них было немного. Дуб, вновь сойдя с намеченного пути, чуть не придавил двух крестьян. Хаос и неразбериха теперь властвовали на переправе. Сколько было криков, воплей, мата и ора. Даже описать сложно.

Дуб не уплыл вниз по реке только по одной причине. Он был слишком тяжелым, а река мелкой. Так что он попросту утонул, намертво застряв в камнях