* * *

Автор вытаскивает из кочующей в сети подборки американских нелепых законов один: «В Аризоне запрещена охота на верблюдов». Вот казалось бы, где Аризона, а где верблюды? Разве что в зоопарке. Ну да, в зоопарке в верблюдов лучше не стрелять.

Но блогеры, передирая друг у друга подборку, обычно не думают о том, что каждый нелепый закон имел основания для того, чтобы его вдруг приняли. Вот например, в Техасе мужчинам запрещено носить с собой кусачки. Нелепо? Да. А если вспомнить, что в этом Техасе после гражданской войны и по сию пору пастбища огораживаются колючей проволокой, то становится ясно, что наличие кусачек в кармане вполне может свидетельствовать о намерении границу пастбища нарушить и стадо угнать.

Вот и насчет верблюдов та же самая история.

Когда в середине девятнадцатого века у американцев возникла необходимость пересекать континент, они обнаружили, что в некоторых местах передвигаться на лошадях проблематично: рек нет или они пересыхают, колодцев и источников мало, да и в тех может оказаться не так много воды, чтобы напоить лошадей сравнительно крупного военного отряда. И вот тогда вспомнили о верблюдах. Идею пробивали несколько лет, и наконец, когда военным министром США стал Джефферсон Дэвис (тот самый, который потом станет президентом Конфедерации), деньги выделили и верблюдов закупили. Их привезли в Техас и отправили своим ходом вглубь континента, а тем временем закупщики сделали еще один рейс в Тунис и привезли еще одно стадо. Всего Американский Верблюжий Корпус получил семьдесят верблюдов. Несколько пробных экспедиций доказали превосходство верблюдов над лошадьми и мулами в засушливых районах; тем не менее, эта идея мало нравилась американским военным: они привыкли к лошадям, а для использования верблюдов нужны были другие навыки. Тем временем, военный министр сменился, новый отнесся к верблюдам без особого энтузиазма, а потом и вовсе забыли про верблюдов: началась война, и стало как-то не до экспериментов.

Верблюдов частью продали, частью выпустили в дикую природу.

Так что Дэн зря пошутил про боевых верблюдов. Вполне может оказаться, что Джейк когда-нибудь поставит перед ним такого зверя и потребует продемонстрировать умения.

10

Я свалился с мерина только раз, и Фокс, вот человек ангельской души, ни слова мне по этому поводу не сказал, только глянул укоризненно. Джейк скалил зубы и пообещал купить мне верблюда. Норман сочувственно осведомился, не сильно ли я ушибся. Ушибся-то я не сильно и мог снова садиться в седло, но сперва мы решили пообедать. Чуть дальше по улице находилась столовая с гордым названием «Ресторан Фишера». Обеденный зал ресторана находился во дворе под парусиновым навесом, посетители располагались за длинными дощатыми столами. Две немецкие девы подходили, принимали у посетителя двадцать пять центов и ставили перед ним комплексный обед, состоящий в основном из бобов и кукурузы с небольшим добавлением жилистого мяса. Ложки и ножи полагалось иметь свои, а девы зорко следили за тем, чтобы посетители после обеда не уволокли с собой миски и кружки. Фокс сказал, что вряд ли где-нибудь в городе мы получим за свои деньги что-нибудь лучше. Мы и не мечтали.

После обеда Норман засобирался посмотреть на реку Пото, но поскольку бить ножки ему было лень, начал седлать лошадь. Джейк решил составить ему компанию, а мне Фокс сказал: «И чего же ты ждешь?», так что мне пришлось присоединиться. Право же, хлопоты с седланием, а особенно ожидание, пока управлюсь со своим мерином я, заняли больше времени, чем сама прогулка. Река Пото, несмотря на то, что писалась не абы как, а по-французски Poteau, выглядела как широкая канава. В канаве текла бурая вода, за канавой виднелись Индейские территории, которые, в свою очередь, выглядели как пустырь, заросший сорным кустарником. Если верить карте, с которой сверялся Норман, граница Индейских территорий почему-то проходила не по реке, а по нашему берегу. Что ж, с этим можно было согласиться, наш берег был в таком же неопрятном кустарнике.

— Я вообще-то и полагал, что прокладывать кабель нам не понадобится, — сказал Норман, — но кажется, нам не понадобится и проектировать мачты. Столбами обойдемся. Как вы полагаете, джентльмены, это сейчас высокая вода или низкая?

— Пожалуй, высокая, — сказал Джейк.

Я согласился.

— Фургон, что ли, поломать? — поразмыслил вслух Норман. — Пока починимся, пока соберемся…

— Лошадей надо прикупить, — сказал Джейк. — Надо бы еще две верховые. А то эта, — он ткнул пальцем в свою лошадь, — под седлом нервничает. Не привыкла.

— Поищите завтра с Фоксом, — ответил Норман, созерцая сомнительные красоты поймы Пото. — Но даже не знаю, найдете ли чего.

Когда мы вернулись домой (а я уже привык считать домом наш фургон), Фокс развлекал разговорами какого-то человека. Это был, на первый взгляд, типичный пруссак: на вид суровый, прямой и правильный, как линейка.

— Мистер Ирвинг, — позвал Фокс, заметив нас. — Вот тут с вами хочет поговорить редактор здешней газеты.

Норман спешился и передал поводья своей лошади Джейку. Джейк подождал, пока я сползу со своего мерина, и передал поводья мне: «Тренируйся!», причем добавил и свою лошадь. Фокс подошел, забрал у меня двух лошадей, пока я в них не запутался, помог отвести их к коновязи и предоставил мне полную свободу… не в том смысле, что отпустил меня погулять, а в том, что заставил расседлывать лошадей под его молчаливым присмотром.

Норман тем временем рассказывал мистеру Валентину Деллу, редактору газеты «Новая Эра», о состоянии линии Форт-Смит — Литл-Рок (сносное состояние, если не считать диверсий бушвакеров), и линии Литл-Рок — Мемфис (отвратительное состояние, даже если бушвакеров не учитывать). Однако телеграфная компания прилагает все усилия, чтобы наладить сообщение между Теннесси и Арканзасом, и не далее как в этом месяце наша команда обеспечила работу кабеля через Миссисипи. Что же касается ближайших планов, то наша группа прибыла в Форт-Смит для проектирования линии до Техаса вдоль почтовой дороги, до города Шерман.

— Очень хорошо, — заметил мистер Делл, выслушав Нормана. — А не хотите ли вы прочитать нашим горожанам лекцию о том, какие исследования ведутся в Европе, какие изобретения в области дальней связи можно ожидать в ближайшем и далеком будущем?

— Я не в курсе, что там происходит в Европе, — ответил Норман. — Я даже не в курсе, что сейчас изучают в восточных штатах, потому что в Теннесси, где я был два последних года, научные журналы редко попадали.

— Но сегодня в салуне Хансена вы говорили о перспективах беспроводного телеграфа…

— Я не был в салуне Хансена, — сказал Норман. — Пиво я не пью,