скальпель, прицеливаясь, какую часть моего организма отчекрыжить. Учитывая, что у меня на сегодня были запланированы еще встреча с аббатом, а также проведение казней во второй половине дня, я не стал тянуть кота за причиндалы и сразу перешел к делу:

– Доктор, скажите, что вы знаете о человеческой крови и кровообращении? Коротко!

Кавалер задумался, видимо, прикидывая, как объяснить чайнику такие тонкие материи и обреченно вздохнув, ответил:

– Э…, человеческое сердце является своеобразным насосом, перекачивающим кровь по двум замкнутым кругам кровообращения, а сама кровь, по моему мнению, является вместилищем жизненной силы!

– Хорошо, уверен, что мои слова будут вам понятны. Про жизненную силу, в целом, верно, но все объясняется немного проще. Без чего не может прожить человек? Воздух, которым мы дышим, вода и пища. Вода, кислород из воздуха и питательные вещества из пищи попадают в кровь и переносятся к внутренним органам, а обратно кровь забирает всё ненужное, углекислый газ и прочие отходы жизнедеятельности. Если представить артерии и вены, как русла рек, то кровь будет одновременно и водой и кораблями с грузом. Погрузка, разгрузка, переход к другому порту. Пока все ясно?

Кавалер утвердительно помотал головой и я продолжил:

– Если река пересохла, жизнь вдоль реки будет чахнуть, а потом совсем замрет. Так и с человеком, без крови сразу смерть. Здесь сразу на ум приходит кровопускание и его, скажем так, сомнительность, как способа лечения. Ведь организм больного и так ослаблен, а мы еще и забираем у него жизненную силу, заставляя организм восполнять потерю крови, вместо того, чтобы бороться с недугом. Но это вам господа информация к размышлению. Меня же больше волнуют боевые действия. В бою, если смерть не наступила мгновенно, основных угроз для жизни солдата две – болевой шок и кровопотеря. Ну с шоком мы пока ничего поделать не сможем, а вот с потерей крови бороться нужно и можно! – достал я кровоостанавливающий жгут, которым были обеспечены все мои спецназовцы и морпехи.

Со способами остановки кровотечения присутствующие были знакомы, поэтому быстро показав, как работает жгут, я, уже под восхищённый взгляд итальянца, продолжил:

– Но остановить кровотечение мало, очень часто, чтобы спасти человека, без восполнения её потери не обойтись. Согласны?

После этих слов, кавалер с сожалением вздохнул и разведя руки, ответил:

– Согласен Ваше Величество, только эдиктом Святого престола от 1675 года опыты с переливанием крови между живыми существами, к сожалению, запрещены!

– И в этом, что удивительно, Святой престол совершенно прав, – усмехнулся я, – без знаний о группах крови, это преступление. Но у нас есть шанс разобраться с этим вопросом. У вас есть микроскоп?

– Да, конечно, великолепный микроскоп Левенгука. Я уже проводил некоторые наблюдения и сейчас изучаю красные частицы, плавающие в прозрачной жидкости, видимо они придают цвет крови! – ответил он.

– Отлично, вы на верном пути. В крови много чего намешано, но сейчас нас интересуют именно красные частицы. Вся человеческая кровь делится на четыре группы, каждая из которых еще на два вида, но главное группа. Человек с первой группой, может отдать свою кровь всем, но сам примет только свою группу или умрет. А человек с четвертой группой наоборот. Но самое верное, это переливать человеку кровь такой же группы, как у него самого. И здесь мы возвращаемся к красным частицам. Я не знаю подробностей, но если они не подходят друг другу, то должны слипаться. А остановка кровотока – это смерть. Значит вы должны научиться определять группу крови человека!

– Но… Ваше Величество, откуда у вас такие сведения? – вмешался в разговор, смотревший на меня с выпученными глазами, главный инфермемарий.

– Это совершенно не важно брат Роган, важно только то, что разобравшись с этим вопросом, вы спасете множество жизней и поставите свои имена в один ряд с Гиппократом и Авиценной. Я издам указ, по которому каждый житель острова будет обязан сдать кровь на исследования. Только медицинские инструменты следует кипятить, а перед применением обрабатывать инструменты и кожу самым крепким алкоголем. А то устроите мне тут эпидемию!

Оставив кавалера, по лицу которого было видно, что мысленно он уже погрузился в исследования, мы прошли в кабинет брата Рогана, где я добил его предложением начать изучение бактерицидных свойств плесени, для получения прообраза пенициллина, а после поставил задачу первостепенной важности по созданию мобильной медицинской группы, укомплектованной самым опытным персоналом, для действий в составе экспедиционного корпуса и переоборудованию для этих целей линейного корабля в госпитальное судно.

Глава 13

Закончив разговор, мы вышли в главный зал госпиталя, который не переставал восхищать меня своими размерами и помпезностью, чтобы я смог выполнить еженедельные обязанности Великого магистра. А именно, лично совершить обход больных, поговорить с ними и раздать, по старинному обычаю, пищу своими руками. Неожиданная задача, меня, конечно же, не обрадовала и я попытался было спрыгнуть с нее, сославшись на неотложные императорские дела, но брат Роган вцепился, как клещ, и мне все же пришлось пойти ему на встречу.

Больные были из местных и кроме мальтийского, другими языками не владели, поэтому разговор с ними, естественно, не клеился и мне оставалось только раздавать хлеб с сочувствующей миной на лице. Но не успели мы пройти и пары рядов коек, как на центральном проходе появился аббат Альферан де Буссан и я внутренне возликовал, поняв, на кого сейчас скину этот геморрой. А что, служитель церкви и целый премьер-министр в одном лице. Отличная подмена для и.о. Великого магистра, занятого подготовкой к великим делам, то есть меня.

– Аббат, добрый день, – сразу переключился я на него, остановив обход, – брат Роган, представляю вам главу правительства герцогства Мальта, лично, я думаю, вы знакомы?

Главный инфермемарий подтвердил факт знакомства и я начал расспрашивать аббата:

– Как вчера все прошло? Желающих отправиться в самостоятельное плавание не нашлось?

– Вы были очень убедительны Ваше Величество, в течение трех-четырех дней города будут готовы присягнуть вам! – отчитался аббат.

– Не сомневался, хотя предела человеческой глупости не существует, как, впрочем и жадности. А вы почему, аббат, так напряжены? Я чего-то не знаю? – внимательно посмотрел я ему в глаза.

Глава правительства взгляда не отвел и ответил прямо:

– Вы взвалили