— Нет, все хорошо. Ребята отличные. Кормят неплохо, — отчитался старший Уинтергар.

После раздолья в оазисе приютская еда должна была показаться Стигу и его братьям скромной и однообразной, зато ради нее не приходится ползать по кустам, вздрагивая от каждого шороха. По мне, лучше уж пресно, но сытно и в тепле, чем свежие разносолы под страхом казни.

— Ну и славненько, — просияла я, переключаясь на магическое зрение.

Нить от резерва Стига светилась ярко и уверенно, да и подросток истощенным не выглядел. Вроде пока держится.

А вот где остальные?

Я оглядела детей, но больше никто с оазисом связан не был. Тогда откуда еще две линии?

Господина Эйсгема занимали те же мысли. Он проверил себя, удовлетворенно кивнул, разглядев ауру Стига, и наклонился ко мне:

— Здесь не все, кое-кто еще спит.

— Малыши поздно встают, — кивнул Фред, услышав реплику мага.

— Вряд ли это совсем мелкий. Резерв должен сформироваться, — покачала я головой. — Может, кто-то из персонала?

— Ну пойдем, прогуляемся по зданию. Подскажешь, в каком направлении искать?

— Мы кого-то ищем? — оживился Родд.

Дети такие дети!

Я улыбнулась и кивнула.

— Есть ли кто-то из наставников с даром воды?

— Да, и несколько! — мальчишки обрадовались, что могут быть полезны, и с энтузиазмом потянули нас с господином Эйсгемом вглубь приюта.

Глава 25

Сквозь толщину стен магическое зрение проходило с трудом. Два слоя, три, а после начиналась невнятная муть. Щупы пробирались дальше, но определить, есть ли связующая нить с оазисом, я могла лишь визуально. К счастью, местные служащие и не думали от нас прятаться.

Вторая нить обнаружилась на директоре, чем меня совершенно не порадовала. Сухонький старичок держался бодро, но по его морщинистому лицу было понятно, что времени у нас в запасе почти нет. Господин Остерн разменял уже девятый десяток, что по местным меркам практически рекорд.

— У вас есть семья? — брякнула я после положенных любезностей.

Господин Эйсгем выразительно кашлянул, но мне было не до этикета.

— Один я, девочка моя. Последний остался, — проскрипел дед, похоронив мою зыбкую надежду на наследников рода.

— Вы уж себя берегите, — искренне попросила я господина Остерна, сканируя его резерв и общее состояние.

Удивительно неплохое для его возраста, к слову. Если бы не оазисы, из него получился бы маг посильнее господина Эйсгема. Но, похоже, связь урезала его дар в раннем возрасте, позволив миновать «Кущи».

— Третий. Нам нужен третий, — пробормотала я себе под нос, покидая кабинет директора.

— Давай выйдем во внутренний двор, может, оттуда будет лучше видно? — предложил мой спутник.

Я кивнула. Квадратный участок, обрамленный стенами приюта, выглядел куда более обитаемым и веселым, чем внешняя площадка. В сарае кудахтали куры, один из проемов уводил в скудно освещенный парник, где, невзирая на раннее утро, копошились ребята постарше. Видимо, собирали ингредиенты на завтрак.

Нити отсюда и правда было отлично видно. Все четыре. Господин Эйсгем, Стиг, директор на третьем этаже… и еще одна, уходящая куда-то в сторону от основного здания.

— Что там? — махнула я рукой, обозначая направление.

— Лекарская, — сообщил Стиг.

Мне стало нехорошо.

Еще хуже я себя почувствовала, когда мы переступили порог небольшого, светлого и неуместно жизнерадостного помещения. Стены, выкрашенные в зеленый и оранжевый, резко контрастировали с сероватыми застиранными простынями. Внутри было откровенно холодно, артефакт отопления не справлялся, но закрывать окна, видимо, никто не собирался.

— Господин Эйсгем! — поднялся со своего места штатный целитель приюта.

Крепкий, основательный, как большинство магов земли, с аккуратной бородой и в теплой меховой накидке.

— Почему тут такая холодрыга? — вместо приветствия поинтересовалась я. — Больных застудите!

— Мне нужен свет для операций и осмотров! — с достоинством отозвался врач. — Сами понимаете, на артефакты бюджет у приюта ограничен. Приходится работать с естественным освещением.

Тут мне возразить было нечего. Суровая правда жизни — либо лампы, либо еда. Учитывая, что мучился от мороза в основном сам целитель, предъявить ему было особо нечего.

— Много у вас пациентов? — подал голос господин Эйсгем.

— Только один, но он, вероятно, ненадолго, — мрачно вздохнул лекарь, темнея лицом. — Бедолага уже неделю не встает с постели.

Внутри меня все похолодело, и вовсе не от пониженной температуры в палате.

— Можно? — спросила для галочки и, не дожидаясь разрешения, метнулась за занавеску, где располагалась единственная занятая койка.

* * *

Мальчишка был плох.

Совсем.

Опоздай мы еще на сутки, он бы, вероятно, нас не дождался.

— Как зовут? — бросила я.

— Меня? Линдвейн, — неуверенно отозвался целитель.

— Да не вас, его!

— А, он… Лорнвик. Ривен Лорнвик. Сирота, поступил два месяца назад и почти тогда же попал ко мне.

— В роду были аристократы? — спросила я, ни к кому особо не обращаясь.

Как же жаль, что нет списка замешанных в создании куполов! Было бы крайне удобно: сверился, галочку поставил, дальше пошел. Но увы, заговорщики не занимались переписью. Если что-то подобное и существует, скорее всего, осталось в одном из схронов, или вовсе похоронено на том проклятом острове. Я даже не уверена, что аристократическое происхождение — обязательное условие. Пока что мне попадались сплошь знатные особы, что Эйсгем, что потомки Уинтергаров. Дедуля-директор под вопросом, но, судя по благородным чертам лица, лишь немного обезображенных возрастом, вполне может быть. Надо будет потом уточнить. Если я права, искать будет немного проще — залезть в королевский архив да пошерстить списки знатных родов со стихией воды.

Надеюсь, их не уничтожили за ненадобностью…

— Понятия не имею, — честно ответил господин Линдвейн, но я не его спрашивала.

Лежавший на постели, почти сравнявшийся цветом лица с простыней парень с трудом приоткрыл глаза и сфокусировал на мне мутный взгляд.

— Аристократы? Вы смеетесь, госпожа? — прокаркал он пересохшим горлом.

Ну да, пустующий резерв первым делом бьет по слабому месту. Обезвоживание налицо.

— Воды принесите, — распорядилась я, не оборачиваясь.

Позади зашуршало, забулькало, и в мою ладонь лег обжигающе ледяной стакан.

Нельзя. Иммунитет и без того ослаблен, нужна комнатная температура.

От поверхности пошел пар, и выглядевший довольно вяло до сих пор мальчишка оживился.

— Вы тоже водник?

Я помогла ему сесть и осторожно поднесла край стакана к потрескавшимся губам.

— Пей, не отвлекайся, — скомандовала с притворной суровостью.

А сама полезла проверять, что происходит.

Ничего хорошего, как и ожидалось. Внезапно открывшийся дар — похоже, кто-то из старших родственников скоропостижно помер, заставив наследника активироваться вне очереди. Слишком слабый, чтобы поддерживать нужный уровень магии для передачи в систему. Недостаточно слабый, чтобы убить носителя на месте и избавить от мук. Точно на грани, когда агония медленного истощения может длиться месяцами. При хорошем питании