Хм, неожиданное сравнение. Наверное, пора завязывать с изучением любовных романов в историческом антураже и переключаться на более современные аналоги, а то еще сморозит подобное посреди совещания…

Сев и пригласив гостя располагаться напротив, патриарх перешел к делу:

– Марат упомянул АСИМ. Боюсь, слабо понимаю, чем могу…

– В роли одного из крупнейших спонсоров интерната и главы совета попечителей школы вы имеете прямое отношение как к бюджетным тратам, так и к принятию решений об их оптимизации, – с апломбом начал визитер, перебив. Тут, конечно, чистая вкусовщина, но Богдан Иванович был Богданом Ивановичем, и со звонким чпоком в воображаемый вампиром пазл личности Лаэрта вошла еще одна деталь. – Выяснилось, что Альма Диановна взяла на грант о безбарьерной среде ученицу, которой мой клин лишь рад оказать содействие. Поэтому я рискнул бы предложить вам изучить нецелевую трату средств и переписать обучение девушки на мой счет.

За долгие годы руководства огромной компанией Богдан Иванович неоднократно сталкивался с самодурами и мнящими себя гениями управленцами всех мастей, а потому при встрече с подобными начинал испытывать нечто схожее с профессиональным любопытством. Внимательно следя за собеседником, он словно из праздного интереса спросил:

– Но почему вы решили озаботить меня этим вопросом именно в четыре утра двадцать восьмого июля?

На мгновение по лицам скользнуло недовольство – с таким самоконтролем, а все туда же: за целый клин отвечать собрался, – но быстро сменилось чем-то вроде снисходительного понимания, которое понравилось патриарху еще меньше.

– Простите, уже поздно и мои слова не поспевают за мыслями. Конечно, будь это типичный случай, я бы не посмел вламываться в ваш офис подобным образом. Дело в том, что вышеупомянутая девица въехала в АСИМ до начала учебного года и, как следствие, прямо сейчас тратит ваши деньги.

Теперь диалог патриарху разонравился окончательно. На данный момент в школе находилось только четверо ребят: его сын, вассал его сына, дочь очень далеких деловых партнеров, всеми силами пытавшихся стать ближе, да Пандора, и ошибиться, о ком вел речь Лаэрт, делалось невозможным. Пожалуй, если подобная тенденция сложилась изначально, становилось понятнее, отчего Марго хотела спрятать девочку буквально ото всех. А еще – очень успокаивало, что шанс Татьяны наткнуться сейчас на них стремился к нулю.

– Раз госпожа директор приняла такое решение…

– Она исходила исключительно из чувства личной неприязни, – вновь перебил Лаэрт. Интересно, ему и вправду в головы даже не приходит мысль хотя бы дать договорить тому, от кого ждет услугу? – Боюсь, Альма Диановна имела со мной несколько конфликтов и по старой памяти не готова идти в том числе и на разумные уступки. Согласитесь, склочность одной пожилой волчицы явно не стоит трат на годовое содержание.

– При всем уважении, Лютая наш проверенный партнер, чей способ ведения дел ранее не вызывал вопросов, – покачал головой патриарх. – Если она полагает данный выбор наиболее верным – значит, таковым он и является.

– Она просто бросает ваши деньги на ветер. – Ну, хотя бы не перебил, зато повысил голос. Показалось, или этим он теперь пытается привлечь внимание еще и Ивана Карловича? – Судите сами: от лица всего клина гусей-лебедей я обязуюсь взять на себя полное обеспечение учащейся. Зачем в таком случае лишний раз пользоваться вашим великодушием и запрашивать бюджетные средства?

– Если мне не изменяет память, – вампиров она не подводила никогда, а оттого сей речевой оборот Богдан Иванович особенно ценил, – грант выписывается на целевые нужды и после утверждения обеспечивает получателю полное содержание на все время пребывания в интернате. Обязательства же, о которых ведете речь вы, напротив, подразумевают исключительно перевод обучающейся под вашу ответственность. Следовательно, если того пожелаете, сможете прекратить спонсорство в одностороннем порядке – и дни упомянутой подопечной в АСИМ будут сочтены. На мой сугубо непрофессиональный взгляд, Альма Диановна в данной ситуации поступила исключительно дальновидно и приняла решение в интересах учащейся – чего я и как спонсор, и как глава совета попечителей в первую очередь от нее и ожидаю.

Обе головы сокрушенно закачались – любо-дорого посмотреть. По крайней мере, сожалеть собеседник умел совершенно искренне, пусть и исключительно в ситуации, когда у него не шли на поводу.

– Как продолжающий образование в стенах нашего замечательного интерната я бесконечно рад, что уважаемый совет попечителей во главу угла ставит интересы учеников. Но в случае, если мы, как вы выразились, прекратим спонсорство в одностороннем порядке, вы же по-прежнему можете выписать указанный грант постфактум?

– Да, – честно признал Богдан Иванович. – Но для этого сначала нужно вмешаться в решение госпожи директора и отменить его, а потом снова восстановить. В моем представлении сэкономленная сумма явно не стоит испорченных отношений.

– Вы что, боитесь? – внезапно подался вперед Лаэрт. – Она живет на ваши деньги, а вы не смеете ей и слова сказать? Вот это номер!

– Юношеству порой свойственна дихотомия, – и тут не стал отрицать патриарх. – Но, как водится, спектр наших взаимных договоренностей чуть сложнее. Я не пытаюсь управлять ее интернатом, она в свою очередь не учит меня руководить компанией, но век за веком воспитывает моих новых сотрудников. Подобные верность и стабильность прайд ценит.

– Все, чему она может научить, – сойти за человека, – хмыкнул собеседник. – Не самое полезное умение, когда большую часть жизни проводишь среди себе подобных.

– Во-первых, мы ведем бизнес не в вакууме, и личных встреч, в том числе на самом высоком уровне, никто не отменял, – стремясь завершить разговор, устало пояснил очевидное патриарх. – А во-вторых, вы недооцениваете пестуемые ею идеалы, которые так или иначе застревают в умах подопечных.

– Глупости, – отмахнулся принц гусей-лебедей. – Может, старуха и хочет, чтобы в это верили окружающие, но ее максимум – гневно прожигать взглядом и поджимать губы. К примеру, со мной она ничегошеньки сделать не смогла, хоть и пыталась.

«И все равно год за годом продолжает набирать классы, – мысленно поразился Богдан Иванович. – Пожалуй, ангелам стоило поучиться у Лютой смирению». Вслух предсказуемо сказал совершенно иное:

– Не сочтите за дерзость, но, повторюсь, вы юны и, скорее всего, проживете в разы меньше среднего представителя моего вида. А я в свою очередь имел честь лично наблюдать, как зерно сомнений вырастает в могучее древо, а крошечная идея, засев в дальнем углу подсознания, со временем заполняет его полностью. Вы абсолютно правы: образование редко показывает выдающиеся результаты в спринте, но отрицать его влияние на длинных дистанциях уже невозможно. Наш род дорожит достигнутым взаимопониманием, поэтому со всем прискорбием я вынужден отклонить ваше безусловно самоотверженное предложение, но обязуюсь учесть его при составлении вашей характеристики.

Кажется, разговор наскучил принцу,