— Да ну? А мне вы, значит, решили обо всем доложить попозже, где-то через полчасика, после очередного вашего совещания? — И тут не сдержался, много чего уже накопилось к руководству: — Послушайте, любезные! А вам не кажется, что вся оперативная информация — подчеркиваю, вся! — должна поступать в первую очередь ко мне, вот через этот инк! — и Ким ткнул себе в правую подмышку, где под сверхпрочной тканью комбинезона находился желеобразный мозг «Отшельника», соединенный с человеком-носителем тонкими, с волос, нейроэлектронными нитями. — А что выходит на деле? Я тут один разгадываю эту головоломку, распутываю этот чертов клубок, пытаясь концы отыскать, а вы даже не удосужились поставить меня в известность относительно того, что происходит в городе! И это после всего, что случилось каких-то двенадцать часов назад! Как все это понимать, уважаемые?

«Амплитуда возрастает, приобретает скачкообразный характер, опасаюсь возможности резонанса», — доложил тем временем «Отшельник», в активном режиме прощупывая, сканируя и просвечивая окружающее пространство всеми доступными ему способами. До претензий Баева к руководству проекта ему не было ровным счетом никакого дела. Он работал, анализировал и сопоставлял, пока было время.

— Мы только-только хотели с вами связаться. Да и отозванные спутники ушли на орбиту совсем недавно и еще не успели развернуть сеть.

— То есть как? Зачем вы их вообще снимали?!

— Так ведь обстановка ранее благоприятствовала! — Кушевич понимал, что со спутниками они перемудрили, даже больше, напортачили, но оправдываться никакого желания не было, да, видно придется, обстоятельства вынуждали. — Ведь что было до тревоги и эвакуации? Три недели ничего, тишь и гладь, вот и оставили над Мизаем необходимый минимум, пару спутников слежения и трэк-связи да мобильные комплексы на самой поверхности... Кто ж знал?! Что так вот? Без всякого намека даже?.. Естественно, мы решили, что раз планета биологически неактивна, а аборигены угрозы не представляют, не враждебны и пассивны, раз ничто не мешает выполнению поставленной задачи, то и оставили лишь необходимый минимум, чего ради тратить столько усилий и средств? — Кушевич продолжал гнуть свое, но Баев слушал уже вполуха — оправдания, как и все оправдания, всегда почему-то высказывались после и поэтому не вызывали ничего, кроме глухого раздражения. Он поглядывал на мизайцев сверху, и наряду с раздражением внутри так же закономерно нарастала и тревога, ибо колыхание толпы приобрело уже определенный ритм, тоже синхронный, как и биение сердец, будто все делалось по единой команде. И он догадывался, откуда команды эти подаются — из-под башни. С глубины восемнадцати метров. Ох, не нравилось ему все это!

Кушевич меж тем сменил неприятную для него тему и перешел к более конкретному и в то же время обтекаемому:

— Мне тут начмед доложил, что люди погибли в результате направленного пси-излучения, сходного по параметрам с «черным». А это значит, что где-то в городе должны быть и соответствующая психотронная установка, и ее оператор. Как-то не вяжется все это с мизайцами...

Он кивнул в сторону раскачивающейся толпы, невольно присматриваясь. Зрелище не для слабонервных, но оно и завораживало, хотелось смотреть и смотреть, чтобы понять, в чем же тут дело, чем все закончится.

Выводы Праттера Баеву были известны, и сейчас, имея данные «Отшельника», он был с ними полностью согласен. Да, наверняка что-то очень схожее с «блэк-излучением», только куда разрушительнее. Тут одна мысль пришла ему в голову.

— Я надеюсь, есть видеозапись того, что происходило в городе непосредственно перед ударом?

Если сравнить ее, скажем, с тем, что они сейчас тут наблюдают, то можно уже делать окончательные выводы, подумал Ким. Мысль сама по себе здравая и очень даже заслуживающая внимания. Вдруг они здесь с самого утра торчат? Баев смотрел на мизайцев и поэтому не видел, как Кушевич развел руками.

— Нет, к сожалению... Я тоже об этом подумал, но спутник тогда вышел из зоны приема. Стечение обстоятельств, черт бы их побрал!

Лаони вздохнул, но ничего не сказал, все и так было понятно. Баев молча, тяжело посмотрел на обоих, потом сухо произнес:

— Обстоятельства, говорите? А по-моему, элементарное разгильдяйство! — Жаль, очень жаль, что нет записи, было куда бы проще и сравнивать, и делать выводы. — Ладно, об этом после, а сейчас посмотрите, что происходит в других частях города.

Кушевич тут же связался с Центром наблюдения и через минуту доложил:

— Здесь фактически все жители. Дать общий план местности?

— Не надо, верю... Сделайте спектральный анализ той башни, — он указал на мрачное сооружение. «Отшельника» подключать не хотелось, пусть следит за общим фоном.

— Секунду... Хм, да ничего особенного, обыкновенный булыжник.

— Понятно... Знаете, инк моего «Отшельника» тут, на месте, сразу разобрался, что все дело в пси-энергии, и теперь осталось только выяснить, какой именно. Сдается мне, что дело не в одних мизайцах. Но кто тогда нагнетает тут пси-энергию, кто гонит пси-волну, кто ввел их в ступор? — Баев дернул подбородком в сторону Лаони, который никак не участвовал в разговоре, а лишь заинтересованно посматривал да иногда хмыкал. И то и другое делал набычившись. — Вы исследовали Мизай по стандартной программе, отметили что-нибудь необычное, хоть что-то, не вписывающееся в рамки этой программы?

Лаони пошевелился в кресле и сдержанно ответил:

— Ну, не знаю, с человеческой точки зрения тут много чего, все-таки иная раса, пусть разумная жизнь и произошла от приматов, земной аналог — гиббоны. Но выделить что-нибудь необычное? — Он развел руками, как и Кушевич совсем недавно. — За три недели наблюдений и сбора информации ничего такого, что заслужило бы самого пристального внимания, разве что относительная цикличность их развития. Но наблюдения эти стоят с научной точки зрения немного, ибо нет доказательной базы, для этого нужно время. А что за три недели успеешь? Только поверхностные исследования. Да и на «Ронаре» у нас всего лишь научный сектор, а не полноценный отдел с многопрофильными специалистами, которые смогли бы...

— Ближе к делу!

— Я и говорю, такое ощущение, что их общество развивалось скачкообразно, если можно так выразиться. Причина подобного неясна, но это явно какой-то внутренний фактор, дестабилизирующий все общество в целом, по крайней мере в этом районе. В связи с этим наблюдается заторможенность объективного восприятия ими окружающей действительности, отсюда и их апатия, производственные отношения в зачаточном состоянии, общество менового типа, а сама цивилизация классифицирована как низшая...

— А что там с культами?

Баев, расспрашивая, преследовал одну цель: он хотел выяснить хоть что-то, имеющее отношение к психотронной установке — как, например, она сюда попала, откуда вообще взялась. И цикличность развития местного общества доказывала, что действие установки влияло и на них. То