на очень опасные работы, куда люди не хотят идти за те же деньги, что уйдут на некроманта. Но, как ты помнишь, подновлять энергию Смерти лучше у того же мастера, что изначально поднимал умертвий, иначе происходит некоторая потеря эффективности. А мы из Рамсфьела уезжаем. Нет, невыгодно выходит для покупателей, с какой стороны ни посмотри! Так что не такая уж и потеря.

— Как хорошо, когда муж рачительный и в деньгах понимает! — прокомментировала это Игнис. — Повезло мне.

Бьер искоса взглянул на нее.

— Муж?

— А ты как-то по-другому видишь наши отношения? — воздушница сказала это очень буднично, даже без игривости, но мне показалось, что что-то мелькнуло в ее тоне, какая-то неуверенность.

Я даже не сразу понял, почему она вдруг так заговорила, потом только доперло: так-то в Империи принято, чтобы именно мужчина делал предложение. Но Игнис как стихийница сильно выше некроманта Бьера по статусу, даже учитывая, что она вроде как отказалась от работы на Империю, а он — заслуженный преподаватель элитного учебного заведения. А в этих случаях, как и на Земле, первое слово за дамой. Но ей, видно, все-таки было неловко подчеркивать это различие в социальном положении, вот она и нашла выход — вроде бы между делом упомянуть.

— Что ты, ни в коем случае, — немедленно отозвался Элсин.

Сказал бы я, что некромант просиял, но с учетом его темперамента он скорее начал тихо светиться, как неяркая лампочка.

Эх. Снова завидно. Хотя даже не знаю, чему. Вот хомут на шею надевать я точно пока не готов!

И это, кстати, не шовинстическое описание. «Супруги» — это пара волов. Брак — это не только «впрячься за кого-то», но и «впрячься с кем-то», рискнуть своей шкурой, в надежде, что второй человек вывезет. Не знаю, сумею ли я теперь вообще настолько довериться кому-то. Что бы я там ни плел Игнис о переосмыслении собственного опыта как не такого уж травматичного! Даже если взять саму Игнис: да, пожалуй, ей я теперь доверяю. Но видеть ее своей женой все равно не хотел бы. Не тот у нее темперамент, ухватки, манеры… Сложно объяснить. Чувствую, что не подошла бы она мне, даже не полюби она Бьера. Неуютно нам было бы вдвоем. Может быть, это «зелен виноград» с моей стороны, но жизнь не имеет сослагательного наклонения. Проехали.

Еще, впервые имея возможность спокойно посидеть за разговором в теплой палатке под охраной птиц и волков, мы наконец-то обсудили мою теорию эльфийской магии.

— Если вкратце, я считаю, что это магия планеты, — пояснил я. — В смысле, этого мира. Поэтому она тем сильнее, чем глубже в ее недра мы погружаемся. И эльфам она так же чужда, как и нам. Думаю, они пришлые здесь, как и люди. Иначе как объяснить, что у них из всех видов фауны буквально два-три на них работают, а не полный комплект? Некроманты умертвий мастерят из кого попало, от хомячков до лошадей, а у эльфов горил… тьфу, снежные обезьяны, лемуры да кабаны… М-м, вроде, во время атаки на Ичир-Эрсейн там были еще какие-то похожие на бизонов звери — или мне почудилось с перепугу?

— Нет, не почудилось. Львинолапые бизоны — это очень мощные звери, применяются именно для атак крепостей, в патрули по лесу их, в отличие от снежных обезьян, почти не берут. Не очень им удобно среди деревьев ходить. Умелый маг иногда может подчинить и отправить в атаку шерстистого слона — кстати, ты их в Ичир-Эрсейн не видел? Ройга клялась, что хотя бы одного под стены тогда приволокли, так, мол, по следам получалось.

Я припомнил те события, поморщился, передернул плечами.

— Там глубокой ночью правда какое-то чудо-юдо подтащили эльфы, но я уже не видел. В лазарете сидел и охреневал.

— Отрадно, что тебя как вновь обнаруженного мага вовремя отправили в относительно безопасное укрытие, — заметил Бьер. — Хотя от Гарета я ничего другого и не ожидал, — он вздохнул. — Как же жаль!.. Но в целом ты прав, арсенал у эльфов ограниченный.

— Вот, — сказал я. — Одно к одному. Ладно, у них меньше населения, чем у людей. Но они не ходят в атаки даже на приграничные деревни — только, бывает, на те, которые непосредственно на их территории, на фронтире, вроде Королевского брода.

— Им без своей эльфийской магии тяжело, с катушек слетают, — нахмурилась Метелица. — Вот тебе и объяснение.

— Да, но… — я запнулся, подбирая слова. — Ребят, в том-то и дело, что те объяснения, которые я слышал, дают сносную картину реальности. Но очень неполную. Например — магические эльфийские растения, которые спокойно подпитываются магией Жизни! Если бы эльфийская магия была такой чуждой, то неужели эти магические растения могли бы без нее существовать? Наоборот, я бы сказал, что когда я свои грядочки на относительно свободных землях разводил, они там еще лучше росли! Просто им магия нужна резидентная в воздухе, любая. Но без таковой и подпитка Жизнью тоже вполне годится.

Затем я повторил им свой довод об отсутствии полукровок, шпионов, перебежчиков и перекрестного выучивания языка.

— Просто по закону больших чисел, — сказал я. — Фронтир как зона столкновения с эльфами тянется на несколько тысяч километров. Все эти события, о которых я говорю, хоть где-то должны происходить! Где-то прекрасная добытчица должна нечаянно спасти раненого эльфа и влюбиться по уши, как кое-кто из здесь присутствующих, — Игнис хмыкнула. — Где-то мудрый эльфийский вождь должен сообразить, как использовать силу захватчиков в своих интересах, и предложить союз деревне вроде Королевского брода… Где-то такое случалось? Или я чего-то не знаю?

— Насколько я слышала, нигде… — нахмурилась Метелица. — Но…

— Точно нигде не случалось, — кивнул Бьер, — я бы знал. Однако, Влад. Что если это просто показывает, насколько эльфы чужды нам? Просто по своей природе? И не в состоянии жить мирно.

— Они едят, пьют, рожают себе подобных, изготавливают красивые вещи, даже зачатки науки имеют, — я пожал плечами. — Или, если я прав, скорее, деградировавшие остатки прежней магической науки… В общем, я не вижу, как они могут быть настолько чуждыми, что ни одна попытка поговорить с ними миром — а ты мне сам рассказывал, что такие попытки делались, пусть и врагами Империи! — не увенчалась успехом.

— Такие попытки действительно делались, и не только врагами, но и на начальном этапе колонизации, если книги по истории не врут, — кивнул Элсин. — После чего эльфов и списали как полностью деструктивную, неконтактную культуру.

— Так я думаю, что это не они неконтактные. Это просто долбанная местная магия влияет им на мозги поколениями. Они кое-как приспособились, но…