class="p1">— Не ругайтесь, кто ж знал-то, что они так быстро соберутся, — Прохор попятился. — Но я всё передам Каролине!

Я не стал больше задерживаться, спустил Бекона на мостовую и рванул к ратуше. Хорошо, что людей было мало и мне не приходилось лавировать между ними. И едва мы с котом выскочили на главной площади, я сразу нашёл глазами нужных мне людей. Удивительно, что они шли с пустыми руками, я бы обязательно прихватил вилы и факелы.

Первым шёл Пузырь, я прекрасно его запомнил ещё с первой встречи. Толстяк почти терялся среди других торговцев и одной тощей дамы. Все шли, как на войну, с напряжёнными спинами и сжатыми кулаками.

Я рванул вперёд, чтобы перегородить им дорогу. Пузырь в этот момент заливал в уши торговцам про справедливость и заметил меня, только когда моя ладонь упёрлась ему в грудь. Бекон низко зарычал в мою поддержку. Увидев меня, компания растерянно застыла на месте.

— Винтер! — Пузырь сжал кулаки. — Отойди и не стой у нас на пути! Мы идём к бургомистру, и не тебе нас останавливать!

— Я и не собираюсь вас останавливать, — мне с трудом удалось говорить спокойно. — Прежде чем туда идти, выслушайте меня. Вы разве не понимаете, что князь только и ждёт повода добить вас окончательно? Вы же последние на рынке, кто ещё не под его пяткой. И знаете, что он сделает, едва вы войдёте к бургомистру? Натравит на вас стражников и своих наёмников. Тогда вам не то что разрешение, но и место на рынке не светит, не говоря о том, что он отберёт у вас товар. Возможно, посадит в тюрьму. Как вы из неё кормить семью будете?

— А что нам остаётся⁈ — выкрикнул молодой парень с растрёпанными волосами. — Мы уже потеряли всё! Ты про нас и не вспомнил, только своим разрешение сделал. А ведь мы тебе скидки делали! И помогали!

Я узнал его, он один раз мне продал крупу. Неужели князь добрался даже до тех, у кого я был всего лишь один раз⁈

— А договориться с теми, кто получил разрешение, не смогли, что ли? Жадность глаза закрыла? — сказал я, обводя их всех тяжёлым взглядом. — К тому же никого из вас в ратуше не было, когда я там стоял и выбивал разрешения. Что вы сделали для того, чтобы исправить ситуацию? А? Ничего. Вы решили, что вправе пойти и забрать разрешения силой, в обход меня. Не узнав все обстоятельства и планы. Ваш поход к бургомистру перечеркнёт всё, над чем я работал уже не одну неделю. Переступите через порог ратуши, и князь будет довольно потирать руки. Вы этого хотите?

— А с чего вдруг мы должны тебе верить, а? — Пузырь нахмурился, и его лицо пошло красными пятнами. — Откуда мы знаем, что ты сделаешь тоже и для нас? Сейчас ты умные слова говоришь, а как до дела дойдёт, выберешь тех, кто к тебе ближе.

— Пузырь, — я шагнул к нему, и он невольно попятился. — Неужели ты думаешь, что я хочу, чтобы ты и остальные оказались без работы? С кем мне тогда торговать? У кого брать рыбу, специи, крупы? Я ведь сам ещё недавно готовил на потеху толпе, потому что у меня не было ни медяка расплатиться за твоего судака. Но при этом всё равно нашёл способ подняться. Работал, договаривался, искал пути, а не бросался на врага, — я оглядел их, — с кулаками. Что вы собирались предъявить бургомистру? Грязные фартуки и слова? Я уже почти собрал нужные бумаги против князя. Дайте мне время, и ваши разрешения будут у вас, но если вы пойдёте в ратушу, то всё испортите.

Торговцы переглянулись, и я видел, как они теряют весь боевой запал. Только Пузырь всё ещё стоял, скрестив руки на груди, и сверлил меня взглядом.

— Ты говоришь красиво, — упрямо сказал он. — А что мы будем делать, пока ты будешь ждать подходящего момента?

— Я не пойму, вы с неба, что ли, свалились? — я удивлённо поднял брови. — У вас нет запасов? Связей? Или вы уже забыли, как впервые пришли на рынок? Торгуйте с рук, через знакомых. Не мне вас учить. А если опять решите устроить бунт, то сначала подумайте: кому этот он больше на руку? Вам или князю?

Бекон после этих слов рыкнул, словно подтверждая мои слова. Торговцы от неожиданности вздрогнули.

— Мы слышали, что ты на днях в трактире кормил наёмников князя и даже тифлинга, — вдруг сказал Семён. — Мол, ушли довольные, не тронули тебе. Мы-то думали, что это всё твоя удача, но сейчас я считаю, что дело тут в другом. Неужели ты и вправду что-то можешь?

— Могу, конечно, — кивнул я. — Только без вашей помощи я не справлюсь. Сейчас мне нужны от вас бумаги, чтобы я с ними мог за вас просить. Чем больше таких, тем весомее будут мои слова, когда я приду к бургомистру. Он должен знать, сколько таких, как вы. Вы можете такое сделать?

Пузырь посмотрел на меня тяжёлым взглядом. Я знал, что от этого разговора сейчас зависит очень многое. Пауза тянулась, и я уже начал закипать. Впрочем, внешне мне удалось сохранить спокойствие.

Наконец, Пузырь разжал кулаки и сплюнул на мостовую.

— Ладно, — сказал он хрипло. — Мы подождём. Но если ты не выполнишь обещания, то мы не будет сидеть сложа руки.

— Вы узнаете первыми, — кивнул я. — Слухи на рынке разносятся быстрее ветра.

Следующие полчаса Пузырь составлял бумагу от имени всех стоящих вокруг него торговцев. Я аккуратно подсказывал, чтобы в этом прошении были сухие факты, а не угрозы или ругательства. Пока он страдал, вырисовывая буквы, ко мне повернулась женщина. Я у неё как-то брал овощи, запомнил по синему платку. Она единственная из всех подготовилась к визиту в ратушу, составив письмо от себя лично. Его-то она мне и отдала. Я мельком глянул на него и кивнул, убрав в котомку. Торговка хоть и с эмоциями, но описала все действия наёмников князя довольно подробно.

— Спасибо, — сказал я, оглядывая притихшую группу. — Теперь расходитесь, мы и так уже привлекли много внимания. Запомните, сегодня здесь ничего не было. Торгуйте тихо, на глаза князю не показывайтесь. Я сделаю всё, что обещал.

Пузырь ещё раз окинул меня взглядом и, резко развернувшись на пятках, пошёл прочь с площади. Остальные последовали его примеру, быстро растворившись среди людей. А я позволил себе выдохнуть, присел и погладил Бекона.

— Спасибо, дружище, — сказал я. — Ты здорово мне помог.

Кот довольно рыкнул и потёрся о мою ногу.