своего истинного состояния. Натягивает на лицо улыбку, нервно покачивается на качелях, отталкиваясь ногами от площадки, засыпанной песком.

– У вас что-то случилось?

Она неопределенно дергает плечом и опускает голову, но я, даже учитывая плохенькое освещение, вижу, что в ее глазах блестят слезы.

– Сначала поругалась с подругой, – глухо отвечает девушка через минуту. Я молчу, понимая, что это еще не все. Спустя длинную паузу добавляет: – А потом столкнулась с тем, что мое прошлое ничего не стоит.

Пожалуй, я догадываюсь, что она имеет в виду, но не спешу делиться с ней своей догадкой. Даю пару минут собраться с мыслями.

Девушка запрокидывает голову и рассматривает ночное небо. Сейчас, когда поблизости нет огней крупных зданий, клубов и магазинов, можно даже различить небольшую россыпь самых ярких звезд. Ксюша вздыхает, а потом начинает тихонько смеяться. Лишь спустя какое-то время я улавливаю, что смех ее перемешивается с короткими всхлипами, которые она старается подавить.

Вздыхаю.

Видимо, у меня карма такая – успокаивать девушек, которым разбили сердце.

Отрываю свой зад от скамьи и подхожу к качелям. Молча протягиваю Ксении руку. Она сначала смотрит на нее растерянно, а потом вкладывает свою ладошку и встает.

Спустя миг – прячет лицо у меня на груди. Вздрагивает и срывается. Ткань футболки тут же промокает от ее слез.

Я осторожно обнимаю хрупкую фигурку, прижимаю к себе, поглаживаю по спине. Позволяю расслабиться и отпустить себя, прожить эти эмоции. Не знаю, сколько мы так стоим. Просто в какой-то момент улавливаю, как Ксения напрягается и отстраняется от меня, вытирая глаза тыльной стороной ладони.

– Простите, – запальчиво выдыхает, глядя на меня снизу вверх. – Наверное, это нервы.

– Ничего, – слегка улыбаюсь я. – У меня есть опыт и я довольно эмпатичный человек, женских слез не боюсь.

Ксения тихонько смеется, но я понимаю, что она чувствует себя максимально неловко. Чтобы хотя бы немного сгладить эту неловкость, предлагаю раньше, чем успеваю подумать:

– Давайте выбираться отсюда. Найдем небольшое кафе и выпьем чего-нибудь горячего. Кофе или чай здорово помогают собраться с мыслями.

Меня удивляет даже не то, что я добровольно продлеваю наше общение, а то, что Ксения соглашается. Мы садимся в машину, я быстро нахожу адрес ближайшего круглосуточного кафе, и через некоторое время мы подъезжаем к невысокому зданию с яркой вывеской.

– Внутрь пойдем или на улице останемся? – спрашиваю я, кивнув на аккуратный ряд столиков, занимающих всю площадь крытой террасы, утопающей в зелени.

– Давайте на улице, – пожимает плечами Ксения.

Мы находим свободные места в углу террасы и делаем заказ. Молчим, пока ждем заказ. При этом молчание не раздражает, просто девушка погрузилась в свои мысли и рассеянным взглядом рассматривает поздних посетителей кафе, а я, не скрываясь, наблюдаю за ней.

Дружелюбная официантка приносит наш заказ – два сэндвича и две порции латте, – и протягивает Ксении тонкий плед. Та накидывает его на плечи и осторожно отпивает из своей кружки.

– Еще раз простите, что выдернула вас из постели, – произносит она.

– Еще раз прощаю, – улыбаюсь, приступая к еде. Сэндвич радует хрустящим хлебом и большим количеством начинки из тонких слайсов ветчины и свежих овощей. – Ешьте, пока тосты не размякли от соуса.

С поздним ужином (или очень ранним завтраком?) мы расправляемся очень быстро. Вытерев губы салфеткой, откидываюсь назад, делаю глоток кофе и спокойно напоминаю:

– Если вам нужно выговориться, то я в вашем полном распоряжении.

Ксения задумчиво смотрит на меня какое-то время.

– Зачем вы делаете это? – наконец, спрашивает она.

– Что именно?

– Все это, – неопределенно пожимает плечами. – Успокаиваете, поддерживаете, кофе отпаиваете.

– Считаю, что вам не идет грустное выражение лица? – отшучиваюсь я.

– А если серьезно? – не принимает она такой ответ.

Я разглядываю кофейную пенку, чуть присыпанную корицей. Если честно, не знаю, как ответить на этот вопрос. Возможно, причин несколько?

Наблюдал за тем, как моя сестра переживала развод, и теперь имею представление, насколько больно бывает человеку. Не физически, а именно душевно.

Не могу игнорировать женские слезы.

Испытываю к этой девушке иррациональную симпатию, хотя ее моральный облик вызывает у меня вопросы, но… Кто я такой, чтобы судить ее?

Ксения хмурится в ответ на мое молчание. И тогда я задаю давно волнующий меня вопрос:

– Почему вы с Русланом расстались?

На лице девушки – удивление и растерянность. Я тут же жалею о том, что поддался импульсивному порыву и влез туда, куда не следовало. Меня не должны волновать подробности личной жизни почти незнакомой мне девушки.

– Я думала, что раз вы ищите Лиду, то в курсе случившегося с моим браком.

Теперь пришел черед удивляться мне.

– А как в этом замешана она?

С минуту мы смотрим друг на друга. Ксения прячет свое замешательство за глотком кофе, а затем отвечает на мой вопрос, жутко смущаясь:

– Руслан изменил мне с ней. Возможно, я бы никогда об этом не узнала, но Лида посчитала сообщить мне об этом романе, прислав стопку фотографий… интимного содержания.

– Как интересно… – тяну я. – Я этого не знал.

– Какой же тогда из вас сыщик? – усмехается девушка.

– Легко и просто найти любую информацию о человеке можно только в фильме или книге. Реальная жизнь сильно отличается от художественного вымысла. Я уже говорил, что просто помогаю близкому человеку. Сестре, если быть более точным. Наверное, следовало обратиться в какое-нибудь агентство, но все мои средства вложены в бизнес, а сестра только-только пережила болезненный развод, после которого осталась буквально с голым задом. Поэтому приходится решать все своими силами.

– Ваша сестра разошлась с мужем из-за Лиды? – оживляется Ксения.

– О, нет. Их брак и без того трещал по швам, они планировали развестись еще пару лет назад, но решили дать друг другу еще один шанс. Не вышло. – Морщусь, вспоминая тот период. Женька из кожи вон лезла, чтобы ее семья не превратилась в потонувший корабль. А этот ублюдок не только потоптался на ее чувствах, но и провернул невероятную аферу, последствия которой я и разгребаю теперь. – Но я все равно не понимаю, почему вы бросили…

Меня перебивает официантка, которая подходит к столику, чтобы забрать посуду и сообщить, что кафе скоро закрывается. Я прошу еще две порции латте с собой и счет. Ксения все это время нервно сминает салфетку, превращая ее