— А я тебя как раз ищу, — расплывается в улыбке Макс и уже сгребает меня в охапку.

Я даже слова в ответ сказать не успеваю, как оказываюсь прижата к его мощному телу. Он наклоняется и глубоко, страстно целует меня прямо на виду у Кристины и Артёма, у которых, кажется, назрели какие-то серьёзные проблемы.

Но меня так ведёт от Макса, что я совершенно не контролирую свои реакции. И мне становится глубоко фиолетово на правила приличия.

Я уже вжимаюсь в него в ответ, обнимаю за шею и активно отвечаю, позабыв обо всём на свете. В груди всё теплеет, а ещё я отчётливо понимаю, что до безумия его хочу.

Чёрт. Невыносимый просто.

Он меня так заводит, что я готова наброситься на него прямо здесь. На этом пустующем стадионе.

С некоторых пор ещё одно препятствие для наших встреч — тренировки футбольной команды. И иногда я прихожу посмотреть, как он занимается. Просто чтобы побольше побыть вместе.

Он говорит, что я его вдохновение. Что когда я рядом, он лучше играет. А я… я просто тащусь, когда вижу его в форме. И да. Я представляю, что после своей тренировки он не скидывает её с себя, а тянет меня куда-нибудь в укромное место и… весь такой потный, липкий делает такой же потной и липкой меня.

Кажется, я теперь совсем невменяемая стала, как и он сам. Нас ведёт друг от друга и ничего с этим не поделать. Да и не надо. Это ведь такой кайф.

— Макс… — выдыхаю я, когда мы перестаём целоваться как ненормальные.

— Слышу в твоём голосе разочарование, киса, — хмыкает он, целуя меня в нос. — Дождись вечера…

— Вечером у меня чёртова работа, — перебиваю я и тихонечко хнычу.

— Я буду рядом. Всю ночь с тобой.

Это правда. Все мои смены теперь проходят вместе с ним. Благородно, но глупо. У него ведь физические нагрузки серьёзные, нужно отдыхать, а не следить, чтобы ко мне никто не клеился. Но я совру, если скажу, что мне неприятно.

Куда там. Я в диком восторге, что он у меня такой… защитник. Настоящий мужчина.

А может просто ревнует? Думает, что Альберт снова начнёт меня на свидание звать? Хотя, конечно, коллега на меня закусил. Больше никаких кофе не предлагает и общается по минимуму. Из разряда «привет», «пока».

— Ну да. Только это совсем не в том смысле, в каком бы мне хотелось, — говорю я и прижимаюсь к нему ещё сильнее.

— Поверь мне. Я думаю точно так же, — говорит он и целует меня в макушку.

На стадион начинают подтягиваться ребята, и уже кричат Фросту и Арту, свистят и привлекают всяческими способами внимание парней. Максим вздыхает и выпускает меня из объятий, спешит вниз в раздевалку. Мы с Крис снова остаёмся одни. Она задумчиво тарабанит пальцами по сидушке впереди.

Я как-то не рискую начать снова разговор про Артёма. Не хочется мне её травмировать, хотя любопытство зашкаливает. И пока я взвешиваю свои слова, чтобы вернуться к прерванному разговору, она вдруг резко меняет тему.

— Помнишь Дубова? Я тебе про него говорила.

— Тот самый, к которому мы собирались зайти в общаге? Поверь мне, такое я точно никогда в жизни не забуду, — передёргиваю плечами, мгновенно погружаясь в тот день.

Да, потом было очень сладко, вкусно и приятно, когда Максим меня привёз к себе домой. И это второе перебило впечатления от пережитого, но осадочек-то всё равно остался. Надеюсь, что я случайно не пересекусь в универе с теми двумя. Со Стасом и Толиком. Бррр…

— Ну да. Он ведь в футбольной команде. Вон. Смотри. Светленький.

Кристина исподтишка тыкает пальцем, и я вижу парня, о котором он говорит. Высокий, худощавый и хмурый. Тимофей, значит. Так. И к чему она клонит?

Перевожу вопросительный взгляд на подругу.

— В общем, я решила, что нужно довести дело до конца. Пообщалась со знакомыми с общаги и… с ним.

— Что? Без меня? — возмущаюсь я.

Сначала она пыталась меня втянуть во всю эту историю, а потом решила всё сделать втихую. Ну вот как же так? Несправедливость в чистом виде. Мне становится до чёртиков обидно. Но при этом капец как интересно.

— Ну и что там? — дёргаю я подругу за рукав толстовки.

— Ну там, я тебе скажу, всё очень запутанно.

— Конкретней, блин!

— Короче, как я и предполагала, наша Катюша вовсе не ангелочек. Мало того, что со слов знакомых она с самим Дубовым иногда развлекается, так ещё и со слов этого самого Дубова… девчонка-то любительница побывать на разных вписках.

Опаньки. А вот это интересно. Я вот не хочу сильно радоваться раньше времени, но губы сами собой расплываются в стороны. Есть! Есть надежда!

— И что… этот Дубов вот так просто взял и слил информацию про свою подружку? — удивляюсь я.

— Блин, Маш, ты со своей влюблённостью совсем мозги растеряла, — хихикает Крис, а мне хочется ударить её.

Ну зачем она так? И вообще… почему так жарко? Я смущаюсь от слов подруги? Приехали.

— Я тебе подскажу, дорогая. Не благодари.

Мрачно гляжу на неё. Вот зараза же, а. И почему мы вообще с ней так спелись? Иногда её характер вымораживает меня. Я даже в какой-то мере понимаю Артёма, который постоянно её подкалывает и злится за её выходки.

— Она пыталась повесить ребёнка на Дубова, а тот ищет способ от неё отделаться. Он даже нашёл фотки с этих вписок, чтобы она к нему не докапывалась, типа, что он — папаша. Сказал ей: проверяй тогда всех товарищей, дорогая.

Ох ты ж… Да эта Катя времени даром не теряла. Вот это я понимаю… уйти в отрыв.

Глава 38. Утро доброе

Просыпаюсь от странного, очень жаркого… ощущения.

По моему обнажённому бедру, прямо под краем одеяла, медленно скользит тяжёлая мужская ладонь. Шероховатая подушечка большого пальца проводит линию от колена вверх к самому чувствительному месту.

Сзади в макушку доносится горячее, прерывистое дыхание, знакомое до мурашек. Его дыхание.

Внизу живота мгновенно вспыхивает сладкое, томительное желание. Глухое, настойчивое, влажное. Оно разливается по жилам сладким сиропом.

Вот они. Новые, головокружительные реалии моей жизни.

С тех пор, как мы с Максимом вместе, все ночи мы проводим вдвоём. То у него, в стерильно-идеальной квартире, где я непременно навожу хаос своим присутствием, то у меня — где уже пахнет его дорогим парфюмом, его кожей... Или на моей дурацкой работе, где мы заняты тем, что переглядываемся