– Тогда продолжай, – он развел руки в стороны. – Я не стану тебе мешать. Просто понаблюдаю.

– Так же, как наблюдал за своим братом, когда в твоей голове зрели мысли о его убийстве? – оскалилась Софи, почувствовав спиной холодную стену. – Навряд ли у тебя получится быть таким мудрым и сильным правителем, как Филипп Ангальт.

На лице Армана отразилось удивление и непонимание. Брови сошлись у переносицы, а в черных глазах появился красный блеск.

Откуда она знает про Филиппа?

– Духи… – протянул он. – Это они решили поведать тебе обо мне?

– Можно и так сказать, – уклончиво ответила Софи. – Зачем ты убил брата?

– А разве я его убивал?

– Да. Руками Лаэты.

Арман тяжело вздохнул и покачал головой…

– Ах, Софи… – оскалился он. – Не руками, милая… А магией.

– Ты использовал ее, – произнесла Софи, взглянув через его плечо.

Да! Получилось!

– Знаешь, ведь все мы в каком-то смысле используем людей, так же, как и используют нас. Разве не так?

Софи лишь мельком взглянула на меч позади себя и тут же привлекла к нему внимание Армана.

– Ты оживила Вириата?! – прошипел он, увидев знакомый древний атрибут.

– Тебе он не по душе? – женская бровь вопросительно изогнулась.

– Где он?

Вместо ответа, Софи стремительно повернулась и попыталась схватить меч, но попытка не удалась.

Арман, схватив ее за плечо, отбросил в сторону, и она ударилась о перила лестницы.

– У тебя не получится, милая, – рассмеялся он и кивнул головой в сторону меча. – В твоих руках – это просто кусок железа.

– Давай проверим, – процедила сквозь зубы Софи, поднимаясь на ноги.

– Открой Чистилище! – закричал Арман, оказавшись в секунду рядом с ней и схватив ее за подбородок. Его терпение подходило к концу. – Живо открой его, – процедил он, сверкнув глазами и обнажив клыки. – Или я открою его сам.

– Пожалуйста, – она с вызовом посмотрела на противника. – Но вот только ты не сможешь покинуть этот дом, пока я жива. И не сможешь провести ритуал, потому что книга Сантино осталась в гостиной. А без нее ты точно пробудишь и Вириата, и ведьм. И какой смысл тебе разрывать связь, если Вириат тебя все равно убьет?

Арман оскалился и сильнее сжал ее лицо. А потом так же резко отпустил ее.

– У тебя минута, чтобы открыть Чистилище. Если ты не сделаешь этого – я заставлю тебя страдать. Буду медленно калечить твое тело, заставляя испытывать адские муки.

– Зачем ты хочешь вернуть ее? – спросила Софи, смотря в черные глаза напротив. – Скажи? Ты так сильно её любишь?

Арман взглянул на нее, как на сумасшедшую.

– Женщины… – протянул он. – Вы в любом веке одинаковы… Всегда влюбленные, глупые… Готовые идти до конца. Но ради чего? Что есть любовь, Софи? Что вы называете любовью?

– Когда ты готов умереть ради того, кого любишь. Или же сражаться. За двоих. Даже если у второго не остаётся ни надежды, ни сил… Ты становишься его опорой и помогаешь двигаться дальше.

– Умереть? Это ты называешь любовью? Это называется глупость. Умереть за Лаэту я точно не хочу.

– Она любит тебя, – тихо произнесла Софи, вновь взглянув через плечо Армана, туда, где уже несколько минут стояла Лаэта.

– Так пусть умрет за меня. Ведь женщины любят умирать ЗА любовь, – усмехнулся первородный вампир. – И я хочу ей в этом помочь.

Софи видела, что как только душа Лаэты появилась в гостиной, она устремилась к любимому, но остановилась. Слова Армана погасили в голубых глазах радостный огонек… И теперь в них отражалась огромная боль.

Лаэта стояла прямо в центре гостиной. Белокурые кудрявые волосы были растрепаны, а измученное лицо отражало глубокую скорбь. Она выглядела не так, как показывалась в отражении зеркал в доме у озера. Сейчас по ее виду можно было сказать, что ее выпустили из заброшенного склепа. Высокая и худощавая… Ее грязно-светлое одеяние словно было ей велико…

Но никто из присутствующих словно не видел ее. Так же, как Эрона и Шайлу, стоявших прямо возле лестницы. Вид у них тоже был очень измученный.

Почему их вижу только я? Но ведь их души уже в этом мире! Что происходит?

Арман прищурился, словно пытаясь прочесть ее мысли. И невольно обернулся, посмотрев прямо туда, где стояла Лаэта.

– Она здесь… Да? – ухмыльнулся вампир, понимая, что его перехитрили. Впервые. Но он не готов к проигрышу.

Никогда.

– Да. И она все слышала, – ответила Софи. – Я освободила ее. Сделала то, что ты не смог сделать за тысячу лет.

– Лаэта! – окликнул Арман, обернувшись и пытаясь найти ее глазами.

Софи, воспользовавшись случаем, вытянула руку в сторону висевшего на стене оружия и закрыв глаза, прошептала лишь одно слово. Магический меч тут же сорвался со стены и оказался в ее руках.

– Она ушла, – громко произнесла Софи, обращая на себя внимание первородного вампира. – Мне кажется, что она услышала все, что ей нужно знать.

На лице Армана отразилось удивление, когда он увидел, как пылает в ее руках меч Вириата. И его глаза тут же опустились на ее живот. Он сразу все понял…

– Хитрая дрянь… – рассмеялся он, проведя ладонью по лицу. – Вы не понимаете, что наделали. Вам ее не победить. Только я знаю, как ее убить.

– А может ее и не нужно побеждать? – усмехнулась Софи, крепче сжав рукоять меча. – Может, она стала злом из-за тебя? Ведь в первую очередь она – женщина, которая любит, а лишь потом уже ведьма.

– Хватит этого бреда про любовь! – закричал Арман и двинулся на Софи. – Я устал от этой многовековой глупости!

Они с Арманом схлестнулись взглядами.

Софи лишь мельком посмотрела на двери гостиной. Там, закрыв глаза, стоял Рэй. Казалось, что ему больно было смотреть на эту картину…

Ни Шайлы, ни Эрона, ни Лаэты не было… Словно они просто испарились.

Куда они делись?

– Не думай, что сможешь победить меня, сакрита, – Арман кружил вокруг нее, как хищник, и девушка, держа огненный меч в руке, смотрела за передвижениями своего противника. – Я всегда буду на шаг впереди.

Зелёные глаза пытались уследить за его