еще не было во всем царстве. Впрочем, за них остается только порадоваться, а вот нам сейчас встретить Талиту и надеяться, что очередное наше приключение счастливо завершится. Ой, что мне ма-а-ама скажет… Улыбнется очень по-доброму, и все. А то я мамочку не знаю.

— Варь! — зову я подругу. — Есть мнение, что с ногами у малышки не все ладно.

— Если болезнь, то переход подлечит, — отвечает мне Варенька. — А если не подлечит, значит, проблема в голове.

— А голову мы вылечим теплом, — киваю я. — Тоже правильно.

Кареты споро идут к школе, и хотя лекарская сейчас пуста, но она может пригодиться. Варя это тоже очень хорошо понимает, потому и взяла ее с собой. Чувствую я, что сюрпризы только начинаются. Впрочем, ребята рядом, решат они сюрпризы. Колдовство и потерянные конечности отращивать умеет, и переломы лечит любые, а все врожденное вылечит переход, есть у него такое свойство.

Карета тормозится, и мы все большой толпой вываливаемся наружу, удивляя школяров. Затем движемся к Комнате Выбора, еще известной как Определения, ну и много других названий есть, кто как хочет, так и называет. По времени Кикимора скоро появится, поэтому надо быть готовыми. Вперед Аленка с навсегда своим Всеславом выходят. Талита должна увидеть ту, что стала ей всем в прошлой еще жизни. Я уже уверена в том, что малышка воспринимает именно доченьку, а все остальное будет делать, «потому что так мама сказала». Значит, не станем и неволить.

Мы проходим комнату насквозь, выходя в коридор как раз в тот момент, когда открывается дверь на дорогу между мирами. Сначала в коридоре слышится настолько отчаянный рев, что Аленка просто не контролирует себя, бросаясь к держащей какого-то слишком маленького ребенка Кикиморе. Учительница выглядит растерянной, но тут подскакивает дочь моя ушастая, буквально выхватывая ребенка. И тут я понимаю — у малышки нет ног, при этом они не восстановились.

— Варя! — зову я подругу, но она уже все видит и сама.

Лекари медленно подходят к Аленке, на руках которой обнаруживается навскидку двухлетний котенок, потому что с ушками. Ног у Талиты почти что и нет, потому моментально замолчавшая девочка неплохо умещается на руках моей доченьки. Славка помогает Аленке, при этом малышка очень спокойно на него реагирует.

— Ничего не понимаю, — говорит нам с Сережей Кикимора. — Всю дорогу ревела, и непонятно с чего.

— А что вы ей сказали? — интересуется мой муж.

— Ну, как всегда… — отвечает школьная учительница, а я вздыхаю.

— Надо было сказать, что отнесете ее к маме, — объясняю я. — Она же маленькая совсем, кто знает, что подумала… Где вы ее нашли?

— В приюте, — негромко произносит Кикимора Александровна. — Ох, Милалика, не видеть бы такого никогда — одна в комнате…

Я понимаю ее, еще как понимаю, потому что очень хорошо знаю, а тут маленький ребенок. Равнодушие страшнее жестокости во много раз, но тут сказка другая — малышку решили наказать одиночеством, судя по рассказу Кикиморы, за то, что она не принимала приемных родителей даже теоретически. Ну вот она и подумала, что ее кому-то отдали насильно, потому и ревела.

— Ма… — сообщает Талита, потом делает паузу и добавляет: — Ма!

— Где-то так и ожидалось, — кивает мой Сережа и добавляет ехидно: — Поздравляю вас, дети.

— Ампутация хирургическая, — спокойно сообщает Варвара, осмотрев малышку в Аленкиных руках. — Заживление нормальное, где-то месяц-полтора.

— За час отрастим, — добавляет ее муж. — А вот потом пойдет реабилитация и тараканы.

Тут он прав, тараканов будет много, даже слишком много, по-моему. Причем не только у малышки. Так что будем учитывать, а пока берем ребенка с собой; старшие дети ее несут, а Талита с интересом оглядывается по сторонам. Варя делает характерный жест, отчего Аленка благодарно кивает, понятно все — поддерживает колдовством ребенка.

— Алена и Всеслав с дитем в лекарскую карету, — распоряжается тот Сергей, который лекарь. — Остальные понятно куда.

— Будете ноги восстанавливать? — интересуюсь я, на что он только кивает.

Это правильно, на самом деле. Мы пока все приготовим, потому что первое время Талита с Аленкой расстаться не сможет, да и не нужны никому детские слезы, поэтому надо изменить вид спальни теперь уже старших детей: рядом стоящие кровати Всеслава и Алены, друг друга стесняться они все равно не будут, истинные же, и кроватку для малышки. Именно поэтому мы очень быстро едем домой, а я думаю о том, как бы потактичнее сказать маме, что она уже, строго говоря, прабабушка. Решаю пока никак не говорить. Малышка и малышка, а кто у нас там мама, потом разберемся, хотя это и так видно, по-моему.

Карета СКЛП отъезжает, чтобы начать свое кружение вокруг дворца, потому что лекарям нужен час на восстановление ног малышки, а нам… Где-то столько же времени, чтобы все подготовить и всех известить. Тут реабилитация, кстати, может и не понадобиться. Талита же ребенок, ножки маленькие, могут и сразу мышцы восстановить, только останется научить ходить, чем Аленка со Всеславом и займутся.

Очень хорошо, по-моему. Старшие дети будут плотно заняты, включая школу, младшие и так радостны, так что, похоже, пора приключений становится на паузу. Ой… Академия же еще, но мы ее уже почти все, Аленка пока во снах с нами только будет, а Всеслав…

— Сережа… — хихикаю я. — Всеславу и Аленке Академия же предстоит.

— Смешно, да, — кивает он. — Ты, кстати, в курсе, что нас в нее преподавать зовут?

— Пока еще нет, — качаю я головой, пытаясь сообразить, когда пропустила.

— Ну вот теперь уже в курсе, — сообщает он мне.

— Хм, а мотив? — интересуюсь я, раздумывая о том, соглашаться или нет.

— Майя мужа подцепила где-то, чуть ли не в Таурис, — объясняет мне муж. — Ну и сама понимаешь… По слухам, там еще и дети — истинные, а Таурис…

Тут можно не продолжать — миры Таурис широко известны. Самопроизвольно возникшая ветвь миров со смесью колдовства, магии и технологии, еще и демиурги там в явном виде присутствуют, особенно хорошо известная Забава, очень не зря прозванная Тринадцатой. Бр-р-р-р. А есть ведь и закрытые от демиургов миры, в общем, с ними не все так просто. Там даже своя версия Тридевятого есть, между прочим…

Эпилог

Царица Алена

— Ирод! А ну, иди сюда! — зову я мужа, это у нас шутка такая семейная.

— Чего сразу ирод-то? — делано обиженно отзывается царь-батюшка. Ну это для всех он царь, для меня-то муж. — Случилось что?

— Яга Смерть приводила, — объясняю я ему.

— Что, пора нам? — интересуется довольно спокойно уже относящийся к этому вопросу муж. — Детей