Сергей прикинул в уме: это больше, чем можно получить за налет на какой-нибудь средний монастырь во Фризии. И риск меньше — лехиты не защищены стенами, их можно бить с воды из луков, а потом высаживаться на берег.

— Идет, — кивнул он. — Что возьмем товарами — выкупишь по справедливой цене. Своим дружинникам сам заплатишь, они идут со мной без доли в добыче. Через три дня на рассвете отплываем. А сейчас, княже, прости, но мы пойдем к своим. Надо людям объяснить, куда мы отправляемся.

— Идет, согласен, — кивнул Велимир. — Оставайтесь у меня на подворье, зачем уходить? К чему вам на съемных дворах ютиться?

— Мы привыкли быть вместе со своими хирдманами, — Сергей усмехнулся. — Это что ж получится — я тут с серебра ем и из золотых кубков пью, а люди мои лишения испытывают⁈ Нет, я так не умею. Воинам нашим важно знать, что их ярлы не спят в мягкой постели, когда они дрогнут в сыром длинном доме. Да, еще одна мысль мне в голову пришла. Просьба к тебе, княже — хотим купеческое представительство славного города Полоцка у тебя в Данциге открыть. Для этого обширные земли нужны, с домами, складскими помещениями, амбарами. Поможешь подобрать, княже?

Велимир на секунду задумался, просчитывая выгоду и тут же расплылся в улыбке. Найти нужное подворье — не проблема, а цена ему будет — как раз те трофейные товары, что принесет Храфн, а может и побольше. Может так статься, что и платить ему вовсе не придется — подворьем сторговаться удастся.

— Помогу, обязательно помогу! — ответил князь. — Пока дело делаете, татей ловите, я землю с постройками нужными и подберу.

— Что ж, благодарю! — кивнул Сергей удовлетворенно. — Спокойной ночи, княже. Утро вечера мудренее.

Гости дружно поднялись, поклонились хозяину и вышли на свежий воздух. Ночное небо над Данцигом было усыпано звездами, пахло рекой и дымом костров.

Сергей глубоко вздохнул.

— Вот так, — сказал он Ратибору. — Хотели просто отдохнуть, а теперь снова война. Ну что ж… В конце концов, зачем тогда все это? Чтобы мы мирно торговали мехами с воском? Нет — чтобы мы переписывали историю. Ну или хотя бы ее маленький кусочек.

Ратибор ничего не ответил и только покачал головой.

* * *

Подворье, что сняли для обоих хирдов, стояло прямо у причала, на высоком берегу, где не было грязи. Три больших костра горели в центре двора, освещая суровые лица хускарлов и дренгов, гридней и отроков. Кто-то чистил оружие, кто-то чинил порванную рубаху, двое играли в кости, а трое сноровисто готовили пищу в объемных котлах.

Сергей подошел к самому большому костру, бросил в огонь охапку хвороста. В ночное небо взметнулись искры. Воины замолчали, повернули головы. Они поняли — если ярлы сами пришли вечером, а не послали гонца, значит будет серьезный разговор.

— Садитесь ближе, — сказали Сергей и Ратибор, садясь у костра на перевернутую лодку. — Разговор есть.

Они подождали, пока все разместятся вокруг. В свете огня их лица казались выкованными из старой бронзы — жесткие, решительные, но не жестокие.

Воевода Ратибор взял слово первым.

— Мы уходим через три дня, потому, что время не ждет, наш путь в Альвхейм еще очень долог. Уходим только мы, — он обвел глазами своих старших дружинников. — Ярл Храфн со своими здесь задержится.

Сергей знал, что его хирдманы не любят долгих предисловий, поэтому начал прямо:

— Князь Велимир просит нас помочь. На Висле лехиты грабят купцов. Он хочет, чтобы мы вышли на своих драккарах и прочесали реку. Побить разбойников, захватить их корабли, сжечь стоянки. Плата хорошая — за каждый вражеский струг — три гривны серебра, за десять убитых лехитов — еще две, а за голову их воеводы — двадцать гривен золотом. Вся добыча — наша, князь выкупит ее по справедливой цене.

Воины загудели. Асмунд Два Топора присвистнул:

— Двадцать гривен золотом⁈ Это же целый корабль можно купить!

— Или два, — добавил кормчий Бьёрн Корабел, который вообще был немногословен, но когда говорил — все его слушали. — Но где гарантии, что князь заплатит?

— Гарантии — мое слово, — Сергей прищурился. — Велимир не глупец. Он знает: если обманет меня, то потеряет не только союзника в Полоцке, но и репутацию на всем побережье. А без репутации торговать не с кем. Так что деньги будут.

— А сколько их, лехитов? — спросил Маклауд, который сидел с ножом и вырезал из дерева фигурку коня.

— По словам поморян — до двух сотен в трех отрядах. Но я не верю на слово. Мы сами посмотрим и все проверим. Если окажется больше — не полезем. Если меньше — нападем. У нас два драккара, быстроходные. Можем ударить в одном месте, уйти, ударить в другом. Лехиты — не викинги, они не привыкли к речным битвам. Наши стрелы достанут их раньше, чем они успеют выйти на берег с топорами.

Орм Длинный, хольд, который только что подошел с вахты у кораблей, хмыкнул:

— Висла — река широкая, но извилистая. В одном месте течение быстрое, в другом — мели. Я там ходил как-то с товаром до Кракова, еще когда дренгом был у одного хевдинга. Надо быть осторожными.

— Потому и пойдешь со мной на первом драккаре, раз ты Вислу знаешь, — сказал Сергей. — У нас будет еще двадцать поморян на подмоге, разделим их на два корабля — они и мели знают, и места для стоянок. Но учтите, что поморяне идут под моим началом — не надо с ними собачиться.

Наступила тишина, только костер потрескивал. Все обдумывали сказанное.

— Значит так, — Сергей хлопнул ладонью по колену. — Завтра начинаем подготовку, грузим припасы, воду, стрелы, копья запасаем. Через три дня на рассвете отплываем. Сегодня — спать, но не напиваться. Оружие проверить, луки — наготове. Всем понятно?

— Мы ждем неприятностей, ярл? — спросил Асмунд.

— Нет, но в чужом месте нужно быть наготове всегда. Понятно всем?

— Да, ярл! — ответили несколько голосов.

Сергей поднялся, махнул Ратибору, чтобы тот остался. Отошли в сторону, к воде.

— Что думаешь, Юра? — спросил он тихо, чтобы не слышали остальные. — Не западня? Вдруг Велимир с лехитами сговорился против нас?

Ратибор сплюнул сквозь зубы в темную воду.

— Все