яркие циновки, витражные окна, причудливые лампы из разноцветного стекла и выставленные в углах кадочные пальмы. При кажущейся пестроте оттенки сочетались на редкость удачно, радуя глаз. Это, правда, уже была заслуга не отца, а матери, которая сама подбирала ткани и мебель.

Залов насчитывалось два. По одной стороне первого шли диванчики красного цвета и высокие столики, предназначавшиеся для посетителей побогаче. По другой стороне – низкие круглые столики с красными же подушками вместо стульев. Там предпочитала разваливаться веселая молодежь.

Второй зал был строже и заполнялся реже, но уж если кто-то заказывал в нем место – значит, дело у этого посетителя важное. Или же он богат и ценит тишину. Ведь каждый стол, окруженный с трех сторон мягким диваном, отгораживался от других деревянными ширмами, обитыми плотной тканью. Она заглушала звуки, не позволяя подслушать, что обсуждают за соседними столиками.

Разумеется, это была лишь видимость. Сверху все слышалось прекрасно. Отец предусмотрительно разместил в каждой нише под потолком небольшое отверстие, которое нельзя было заметить, если точно не знаешь, где оно. Эта хитрость позволяла стоять в соседнем помещении за каменной стеной и благодаря специальной трубке слышать разговор так, словно сидишь рядом с этими людьми.

В кофейне всего несколько надежных человек знали о потайной комнате – управляющий заведением и два подавальщика, собиравших для меня слухи. Им не запрещалось приторговывать сведениями на стороне – с условием, что я обо всем буду узнавать первая. Система, отлаженная еще отцом, устраивала всех нас и успешно работала много лет.

Не прослушивался всего один стол – в хозяйской нише. Туда-то я и направилась, приветственно кивая и улыбаясь гостям.

Снаружи стоял жаркий послеобеденный час – то самое время, когда люди склонны искать укрытие от жары под навесами и в уютных заведениях вроде этого. Первый зал оказался почти полным. То тут, то там встречались знакомые лица: пара лордов-игроков с недавнего вечера у Элая, молодая леди, с которой мы дружили когда-то давно, до моего побега в Хелсаррет. Теперь она сидела на диванчике с мужем, свекровью и тремя детьми разного возраста и лишь бледно улыбнулась мне в ответ.

К моему удивлению, в середине зала в компании мужчин распивал кофе и Хведер. На меня он даже не глянул. Судя по донесшемуся обрывку разговора, они обсуждали обнаглевших атликийских пиратов и безопасность морской перевозки грузов.

Ну, официально Хведер ведь именно этим и занимается – договаривается о доставке товаров по морю на север. Может, он здесь оказался в одно время со мной совершенно случайно.

У пары столиков мы с Нисой задержались, обмениваясь вежливостями. Когда наконец дошли до своего, то нас уже ждали напитки и закуски – кофе с молоком для Нисы, шербет для меня, горка сладостей и фруктов. Я устало опустилась на диван, с блаженством вытянула ноги и окинула взглядом яства.

– Что же ты померанцевый мармелад не заказала, – съехидничала я. – Думала, он твой любимый.

– Самый вкусный – спертый с кухни и съеденный ночью под деревом, – парировала Ниса. – Который день меня из-за него уже пилишь. Сама так будто не делала.

Я сделала гораздо хуже – сбежала из дома. Но об этом племяннице говорить не стоило, так что я неопределенно пожала плечами.

Ниса сделала всего один глоток кофе и высунулась из-за ширмы, кого-то разыскивая. Я проследила за ее взглядом. В первом зале на одном из диванчиков устроились три девушки примерно такого же, как у племянницы, возраста. Все трое пока не были замужем и пришли с матерями, которые воодушевленно сплетничали за соседним столом, предоставив дочерей себе. Те, впрочем, занимались тем же самым. Как говорят на севере, яблочко от яблоньки…

– Иди, – разрешила я. – Только обещай, что потом поделишься, о чем сейчас болтают в девичьих кругах.

– Ага, – и девчонку как ветром сдуло.

Я тоже высунулась посмотреть, как она с гордым видом усаживается среди подруг. Наверняка будет сейчас рассказывать о предстоящем официальном знакомстве с внуком Мирале. Мне было интересно, как это могут воспринять девушки из ее окружения, но обзор быстро загородили.

Двое мужчин направлялись к моему столику, причем одним из них был Хведер. Приподняв брови, я выпрямилась и приняла более приличествующую хозяйке заведения позу.

Вторым мужчиной оказался знакомый молодой купец, с которым мы когда-то недолго, хоть и успешно сотрудничали. Он поспорил с Хведером насчет безопасности определенных морских путей и хотел уточнить у меня, не отправляю ли я товары морем. Быстро выяснилось, что я ничем не могу помочь, потому что мои закупки идут с другой стороны, и мы разошлись. Хведер под тем предлогом, что хочет сделать мне такое предложение, после которого я почти наверняка передумаю не вести дела с северными государствами и заключу контракт, остался.

Как только его товарищ исчез, северянин фамильярно закинул ногу на ногу и бросил в рот виноградину с моего блюда.

– Ты не слишком обнаглел? – поинтересовалась я. – Сам говорил, что нам лучше не встречаться прилюдно.

– Милая Мелевин, – ядовито ответил тот, – тебе следовало об этом задуматься до того, как ты ворвалась в мою комнату в таверне в разгар моего отдыха. Разозленная девица, которая рассчитывала в ту ночь сорвать на мне больший куш, пустила сплетню, что ты приревновала меня и теперь будешь разгонять всех моих любовниц.

– Какая чушь…

– Внимательно посмотри на меня, а потом – на свое отражение в зеркале. Мы с тобой похожи гораздо больше, чем ты и Элай и тем более чем ты и некий дроу. Одного этого в глазах многих сплетников хватит, чтобы считать нас любовниками. А если учесть, при каких обстоятельствах ты ко мне вломилась, то прости, ты сама себя подставила.

– Ладно, – поморщилась я, признавая его правоту. – Надеюсь, ты все-таки пришел с чем-то важным, а не с праздными упреками.

– Я же не дурак, Мелевин. Не будь у меня серьезных новостей, я бы дождался твоего посещения храма Ланоны.

– Тогда закажи черный кофе.

– Зачем? Никогда не понимал этой вашей страсти…

– Закажи, – перебила я.

Хведер подался вперед и оперся на локти. Голос его стал низким и угрожающим.

– Ты правда думаешь, что можешь бесконечно на меня давить и это сойдет тебе с рук?