Дворце музыки к нему и фонограмму нужную приклеила. Перегнала фильм на бетакам и тридцатого июня по Центральному телевидению показали первую серию. А первого июля — вторую, и, по слухам, первого июля вечером улицы всех городов, куда это самое Центральное дотягивалось, были абсолютно пусты…

На совещании в Госкино (на котором присутствовал и товарищ Месяцев как «заказчик») относительно фильма «31 июня» было высказано очень много разных слов. Но отнюдь не критических: тот же Алексей Владимирович в присутствии толпы ведущих режиссеров страны изложил свое видение проблемы:

— Эта молодая девушка наглядно показала, что вы все, вместо того, чтобы работать, занимаетесь дурью какой-то. Берите с нее пример: она заранее все неторопливо подготовила, то есть декорации, реквизит, костюмы — а затем двухсерийный полнометражный фильм отсняла вообще за три дня! И еще хочу заметить, что она и дорогостоящую пленку напрасно не тратит, все с одного дубля снимает. Ну, почти все, переснимает только если пленка с браком попалась.

— Так это же Гадина, а она — вообще не человек, — недовольно огрызнулся начальник лаборатории Мосфильма, на которой пленку проявляли.

— Что вы имеете в виду? — как-то недобро поинтересовался Николай Николаевич.

— Что сказал, то и имею: не могут люди такого проделывать, что Гадина творит. Я пробирался у ней на площадку, посмотреть, как она снимает — так у нее девчонки танцевали без музыки! И как танцевали — никаким балеринам Большого такого в жизнь не повторить!

— Так вроде танцы-то там были не особо сложные…

— Да? А у нас запороли одну катушку, как раз с танцами… по нашей вине, не скрываю, на проявителе импортном сэкономить попробовали. И Гадина нас с дерьмом за это не смешала, а просто кадры пересняла.

— И вы считаете, что нормальный человек без матерщины с вами разговаривать не способен? — саркастически ухмыльнулся товарищ Месяцев.

— Я не об этом. Второй дубль мы, конечно, уже с соблюдением технологии проявили… так вот, я из любопытства сравнил: девочки ее на втором дубле станцевали так, что весь эпизод покадрово совпадал с первым дублем! Больше того: отклонения девочек от тех позиций, где они в первом были, составляло не больше сантиметра! И это они в полной тишине танцевали, но синхронность до одной двадцать четвертой секунды продемонстрировали! На такое человек не способен, Гадина, которая тут и хореографом работала, наверняка колдунья, которая девочек заколдовала!

— А вы верите в колдуний? И не верите в то, что молоденькие девочки в состоянии отрепетировать танец так, чтобы его повторять снова и снова без изменений?

— Тут и в нечистого поверишь, и в колдовство: я же видел, как у нее дела с репетициями! Она просто выталкивает девчонок на площадку, им показывает: танцевать вы будете вот так, один раз показывает — и они все за ней сразу повторяют, под камеру повторяют! И все у них с первого же дубля идеально получается! Я там как-то спросил, у девочки из провинции, которую Гадина на главную роль взяла: как это у вас так танцевать-то получается без репетиций? А она ответила, что «просто не помнит». То есть сделала то, что ей Гадина показала, а как это у нее вышло, не помнит. И вообще плохо помнит, что на площадке делала…

— И это как раз все и объясняет, — пояснил всем присутствующим Басов, — я у Елены Александровны после съемок в Италии спросил, почему мы сами плохо помним, что на площадке делали. И она пояснила: актеров она перед командой «мотор» гипнотизирует… не совсем, а как-то в особый транс вводит — и все актеры просто повторяют то, что она им показывает. Но когда этот транс проходит, уже не очень хорошо помнят, что делали.

— Слава богу, хоть с этим разобрались, — выдохнул Николай Николаевич, — а то я и сам чуть было в нечистую силу не поверил. А так как гипнотизеров среди вас, товарищи режиссеры, не наблюдается, вы пока старайтесь использовать другие ее приемы: ту же предварительную разработку декораций и съемочных площадок, реквизита, прочего всего.

— Мы бы и рады, но ее фильм поручился настолько дорогим… а нам-то кто на такое деньги даст? — недовольно высказался Рязанов.

— А вы бы, прежде чем за съемки браться, с ней бы поговорили, — хмыкнул Гайдай, — я вот поговорил — и пленку от нее получил, и по сути карт-бланш на приобретение реквизита. А еще она сказала, что если мне потребуется что-то из-за границы привезти, то она мне это обеспечит. Правда, доказать ей, что что-то действительно нужно, не очень-то и просто — но уж если она тебе поверит, то все достанет, буквально из-под земли достанет…

— Так, товарищи, мы здесь собрались не для того, чтобы обсуждать доставальные способности Гадины! Итак, переходим к планам на конец года…

Фильм народу понравился, хотя у меня относительно него несколько вопросов остались нераскрытыми. И прежде всего я так и не разобралась до конца, почему и зачем в СССР вообще именно телевизионные фильмы снимались. Почему такие снимались у капиталистов, было понятно, ведь во время их пока по телевизорам туда и кучу рекламы впихивали — но в СССР-то рекламы не было. То есть был вариант «социальной рекламы» — но по телевизору-то показывали не только про то, как советские комсомольцы и коммунисты героически героичили на стройках коммунизма, но и просто фильмы развлекательные. К тому же многие из них были вообще «про капитализм», так что их точно к пропаганде отнести не получалось.

С другой стороны, можно было их считать в чистом виде «заботой об отдыхе простых трудящихся» — но тогда было не очень понятно, почему и зачем там показывали столько много откровенного дерьма. И особенно много дерьма почему-то по телевизору крутили в дни школьных каникул — но я с этим бороться вообще не собиралась, пусть крутят что хотят. А вот с людьми, которые хотят крутить дерьмо, пусть специально обученные люди борются, а я им в этом помогу, конечно. Ну, чем смогу помогу — а помочь я могла разве что денежкой. Да и то небольшой, большие деньги у меня на другие проекты со