купальнике, сделала несколько упражнений, ещё раз спросила Стасика, не передумал ли он? Обратив внимание на то, что её разминка привлекла его намного меньше, чем пиво. Стасик ответил, что не передумал, и девушка отправилась вдоль прибоя, решив сначала прогуляться. К тому же она увидела небольшую толпу дальше по пляжу и захотела посмотреть, что привлекло их внимание. Подсознательно надеясь, что увидит там…

Увидела. Надежда оправдалась.

Джина поняла это, ещё не пробившись сквозь небольшую, но плотную толпу зевак, ещё не видя, что именно они разглядывают. Просто поняла. А когда увидела – рассмеялась от радости. И вновь, как позавчера, восхитилась филигранной работой мастера.

На этот раз «замок» получился почти в два раза больше предыдущего, но при этом не напоминал город. Теперь это был именно замок, а скорее всего – дворец. Королевский дворец, находящийся за пределами города на высоком берегу моря и хорошо защищённый с суши – мощными стенами и стройными башнями. Стены длинные, огораживают огромное пространство, внутри которого поместились и парк, и небольшой храм, и сам дворец – огромное сооружение, производящее впечатление даже несмотря на то, что здесь оно было выстроено из грубого песка. Но если приглядеться внимательно, если пройти сквозь туман времени и пространства и оказаться в городе живом, в городе, стоящем на берегу моря…

– Очень круто.

– Восхитительная работа.

– Такую на конкурс нужно было делать.

Громкие голоса вырвали Джину из очаровывающего видения, она сделала шаг назад и машинально спросила:

– На какой конкурс?

– Проводят же разные конкурсы, на которых люди строят всякие штуки из песка, – ответил крепкий парень в красных плавках. И протянул девушке руку: – Николай.

– На конкурс нужно там прямо лепить, – громко добавил чернявый мужчина. – Чтобы жюри видело.

И крепко выручил Джину, которой не хотелось знакомиться с парнем в красном.

– А почему не здесь? – спросила она, будто действительно не понимала.

– Кто здесь увидит эту крепость, кроме нас? – ответил чернявый. – Не знаю, кто её построил, но сделал он это для души, не для конкурса.

Джина мысленно согласилась с чернявым, медленно обошла дворец – это дало ей возможность не только полюбоваться строением, но и отойти от парня в красном, и неожиданно заметила то, что пропустила при первом просмотре: на центральной площади парка белыми камешками было выложено изображение какого-то…

«Это Кракен!»

Мысль пришла неожиданно, показалась чужой, показалось, что чей-то голос прозвучал из-за спины, показалось так, что Джина даже обернулась, но стоящие позади люди увлечённо разглядывали дворец и молчали, а значит, мысль была её собственной. Или же фразу произнёс невидимка.

«Да, это Кракен…»

Девушка покачала головой, отдавая должное мастерству обладателя приятного голоса – она догадалась, что никто больше не смог бы продолжить строительство чудесного древнего города, пусть даже на другом пляже, и обратилась к одному из зевак:

– Красивый Кракен, да?

– Где? – не понял тот.

– Что где? – не поняла она.

– Где Кракен?

– Так вот же. – Джина указала на выложенное белыми камешками изображение.

– Не вижу. Там просто белые камешки утоптаны, они изображают брусчатку.

Девушка посмотрела на центральную площадь парка и шумно выдохнула: изображение Кракена исчезло! А в центре парка красовался круг, полностью выложенный белыми камешками. И неловко улыбнулась:

– Показалось.

Джина отвернулась от дворца, подождала немного, вновь повернулась и закусила губу: Кракен вернулся. Искусно выложенный белыми камешками на центральной площади парка.

«У меня галлюцинации? Или я заснула на лежаке и всё это мне снится?» А что ещё она могла подумать? Что ещё можно подумать в такой ситуации? «Хорошо ещё, если я просто сплю, а не лежу без сознания, получив тепловой удар…»

Мысль показалась настолько глупой, что вполне могла описывать настоящее, и девушка сделала то, чего не делала никогда в жизни: незаметно ущипнула себя за левую руку. Ничего не изменилось. «Это хорошо или плохо? Что лучше с медицинской точки зрения: галлюцинации или тепловой удар?»

– Кто это построил? – спросил чернявый.

– Не знаю, мы рано приехали, а замок уже стоял, – ответил кто-то из толпы.

– Мы вчера поздно уехали, уже в темноте, но замка точно не было, – добавил парень в красных плавках. – Не ночью же он его построил?

– Наверное, совсем рано, – произнёс мужчина из-за левого плеча девушки.

И Джина вздрогнула – узнала голос: приятный, немного бархатный. Именно этот мужчина говорил позавчера с бабушкой Тарасика – обладатель весьма характерного голоса, который невозможно не узнать.

– Но зачем кому-то приходить сюда рано утром и строить замок? – не оборачиваясь, спросила девушка.

– Приходит, наверное, купаться, многим нравится купаться по утрам, а многим – по ночам, – ответил мужчина и, как показалось Джине, ответил только ей. – А зачем построил… Кто знает?

– Хотела бы я с ним поговорить.

– О чём?

– А разве не о чем? Он строит красивые замки.

– Просто красивые?

– Завораживающие, – ответила девушка.

– Но зачем он их строит? – вдруг спросил мужчина.

– Кто знает?

Джина наконец-то собралась с духом, повернулась и в упор посмотрела на незнакомца с приятным голосом. Он оказался среднего роста, поджарым, очень сухим и дочерна загорелым. Почему-то на это девушка обратила особое внимание: незнакомец был покрыт очень тёмным, ровным и красивым загаром. А волосы выгорели, превратились в белые. Глаза голубые. И ещё она не поняла, каков его возраст. Наверное, из-за загара, который с одной стороны выставлял морщины напоказ, с другой – скрывал их истинную глубину. Мужчине могло быть и тридцать пять, и за пятьдесят. На какое-то время Джина задумалась, причём, как потом признавалась себе, не помнила, о чём, а затем увидела, что незнакомец удаляется неспешным шагом человека, который, проходя мимо, поглазел на занятное строение, возможно, сфотографировал его, а теперь продолжил путь по своим делам.

«Что делать?» Всё так глупо, необычно, странно, неподвластно разуму… Да! Неподвластно разуму.

– Подождите! – Джина шла быстрее незнакомца и догнала его легко. И натолкнулась на спокойный, абсолютно безмятежный взгляд чистейших голубых глаз.

«Черт! Что я делаю?» – Она почувствовала себя полной дурой.

– Вы хотели о чём-то спросить?

«А что я могу спросить? Почему я вижу Кракена, которого не видит никто? Как об этом спросить? А вдруг он засмеётся?»

Мужчина вопросительно поднял брови.

– Нет. – А в следующее мгновение Джина поняла, что он видит её насквозь. – Да.

– О чём?

И вопрос пришёл сам собой. Правильный вопрос.

– Что вы построили? – И уточнила: – Там, в центре парка.

– Тот образ предназначен только для вас, – мягко ответил незнакомец.

– Почему? Вы ведь меня не знаете!

– Я не знаю почему, – ответил мужчина. – Я создал образ – вы его увидели. А почему – я не знаю.