её… – голос Мореллы истончился, сорвавшись на истерическое рыдание. В исступлении она билась лбом об пол снова и снова. – О, Ньяра! Ньяра… лик благословенный, прости, что не узрела… Прости… не узнала! Я вечная твоя слуга! Я буду служить тебе вечность!

Морелла продолжала биться об пол.

“Смотри как эта гремучая змея вымаливает твоё прощение. Разве не приятно?” – захихикала тень.

Но я не разделяла её радости.

Меня тошнило от вида Мореллы. Голова кружилась. Теперь в Обители Ньяры не осталось никого, кто знал бы моё истинное лицо. Но это не надолго. Скоро маски будут сброшены.

Мой отец – последний мерзавец. Мать – жаждущая мести ведьма. А я та – на кого завязано страшное проклятие.

Скоро все узнают об этом…

Я не собираюсь скрываться.

Я всё решила. С самого начала не было другого исхода, кроме как сказать правду. И принять свой итог.

Сейчас Дейвару будет куда проще всё закончить.

Здесь, в реальности, между нами ещё нет метки. Нет близости. Нет обещаний.

Ему будет легко отсечь мне голову. Или это сделает кто-то из его воинов… Может, Кайрон? Кайрон… Точно, через него я и передам про ведьму. Морелла подтвердит. И тогда мой Дейвар… Он… он…

Меня затрясло мелкой колючей дрожью. Зубы стукнулись друг о друга. Я обхватила плечи руками. На самом деле, страшнее, чем прекратить быть, я боялась вновь увидеть как страшно леденеют синие глаза арха. Как тепло сменяется бесконечной пустотой. Лучше бы не он взялся за меч… Лучше бы кто-то другой…

Раньше я боролась за свою жизнь. Дралась за неё. Но я так устала. Все мечты и надежды утонули в вязкой внутренней пустоте. В сердечной боли. И только смешки вырвались хрипами:

Кха-кха…

Шатаясь, я побрела прочь. Поднялась по лестнице. Не видя ничего перед собой, прошла мимо стражников.

“Лиззи… Смотри, насколько тебе благоволит судьба. Враги склоняют головы. Это ли не знак, что ты можешь подчинить целый мир?” – тем временем шептала тень.

Её слова были нелепы. Даже смешны. Я могла бы посмеяться на ними. Но смех получался неправильным, поэтому я просто молчала. Просто шла.

Мимо бежали люди – сестры, воины. Все спешили, готовились к встрече “гостей”. Волновались, суетились. Жили. Надеялись на лучшее. Но я больше не имела к этому отношения. Мне мерещилось, что я просто одна из теней, что бесшумно скользит по стене и…

Ой!

Это Янтар почти столкнулся со мной на повороте. И тут же поймал меня за плечи, чтобы я не упала.

– Элиза, что ты здесь дел… У тебя всё нормально? – он нахмурился, соскочив с одного вопроса на другой. Отпустив мои плечи, вгляделся в лицо. Его глаза с рыжевато-золотистой радужкой светились в сумраке. Он был красив и полон жизни. Мне хотелось, чтобы он жил.

– Да, милостью Ньяры, – мой голос прозвучал так, будто тяжёлый сапог наступил на битое стекло. Я прочистила горло. И сказала более привычным тоном: – Я в порядке. И у Обители тоже всё будет хорошо. Всё разрешится.

Я улыбалась.

Но видно делала это как-то неправильно. Потому что в золотых глазах волка мелькнула тревога. Он пошарил по моему лицу взглядом, будто пытался прочитать невидимый ответ. А не найдя, ободряюще оскалился в привычной для него ухмылистой манере:

– Конечно, разрешится, синеглазка. Не сомневайся. Эти пятнистые кошки зубы о нас обломают. А ты… – но тут его кто-то окликнул. Янтар обернулся. Отвлёкся. Я тут же проскользнула мимо, продолжив свой путь.

Но вновь не ушла далеко.

– О, Элиза! Ты сейчас на склад? – это меня заметила Фаира, которая пробегала мимо. – Если да, то прихвати факелов, занеси в главный зал.

– Нет, я не на склад.

– А, ну ладно, тогда я сама заскочу, – Фаира уже поворачивалась, чтобы бежать дальше. Но вдруг вернулась ко мне взглядом. Нахмурилась, почти повторив встревоженное лицо Янтара. Вгляделась в меня. Её рука коснулась моей руки, потом лба: – Элиза, ты в порядке? Ты белая как снег… И холодная. Может, тебе дать что-то потеплее? Я могла бы…

– Спасибо, но не надо.

– Но…

– Правда, не беспокойся, Фаира. Я просто… переволновалась. Всё же ирбисы у стен.

Пару вздохов сестра Обители ещё хмурилась, а потом понимающе вздохнула.

– Да уж… Я тоже вся на иголках, – она поправила свои шоколадные локоны, стрельнула глазами по сторонам и, наклонившись, заговорщицки шепнула: – Янтар рассказал мне про твой план. Звучит безумно! Но похоже, эти ледяные кошки серьёзно верят, что тут прячется ведьма. Скоро уже начнутся переговоры… Буря ослабевает. Рассвет близко. И Ян… он собирается пойти и встретить их… Кстати, всего-то с парой солдат.

Похоже, она переживала за волка. И я поспешила её успокоить.

– Янтар справится. Он хороший переговорщик.

– Не сомневаюсь. Но… Но знаешь, он бывает слишком… волком. Что, если не удержится от своих шуточек и разозлит их? – она беспокойно облизнула губы. Пошарила глазами по коридору.

Впереди стоял Янтар, что-то обсуждая с другими воинами, и стоило Фаире его увидеть, как что-то неуловимо изменилось в её лице – будто нежные черты осветил внутренний свет.

Она любила этого оборотня.

Даже если между ними не было метки.

Янтан, будто почувствовав взгляд, тоже посмотрел на Фаиру. И между ними словно чиркнула спичка, и пробежала искра.

Это было красиво.

Их связь. Их любовь. Я так хотела, чтобы хотя бы у них было всё хорошо.

– Мне надо идти, – шепнула я Фаире, и она медленно кивнула. Так что я пошла дальше.

К башне.

…

“Что ты задумала, Элиза?” – насторожённо спросила тень, когда я поднималась по последним, узким ступеням.

– Разве ты не знаешь? Разве мы не одно целое? – я вышла на открытую площадку башни. Ступила на хрустящий снег, который укрывал плиты.

Буря закончилась.

Воздух был холодным и чистым. На востоке, над зубчатыми хребтами гор, разливалась первая алая полоса рассвета. От вида захватывало дух.

“Некоторые твои мысли слишком тихие, чтобы я могла их расслышать”, – тем временем призналась тень.

– Тогда просто наблюдай.

Я подошла к каменной ограде, которая доставала мне до талии и, приложив руку к глазам, поискала взглядом в небе… А вот и он! Чёрная точка, кружила в розовеющем небе. Ворон.

Вдохнув полной грудью ледяной воздух, я крикнула:

– Кайрон! Кайрон!

Точка сделала разворот, пошла на снижение. Ворон услышал. Подлетел ближе. Недовольно сердито закаркал, кружа рядом. С этой башни его когда-то подстрелил Янтар, наверное он до сих пор это помнил.

– Здесь только я, Кайрон, – я махала ворону рукой. – То что я тебе скажу – это очень важно.