— Я люблю тебя. Я всю жизнь ждал такую женщину, как ты, Ева. Если ты не хочешь торопиться, я могу подождать. Нам нужно уехать из города, но если ты еще не готова...

— Я готова. Я готова. Я просто... я не знала, что ты...

Я выпрямился и сосредоточился на том, что нужно сделать.

— Лучше уехать прямо сейчас. Загрузим все, что влезет в багажник, остальное потом перевезем, когда все уладим.

Ева кивнула:

— Хорошо. Как быстро надо уехать? Я уже собрала некоторые вещи, которые могут понадобиться сразу, но не все…

— Думаю, лучше успеть выехать к обеду. Успеешь?

— Успею, — ответила Ева и бросилась в комнату.

— Ева! — крикнул я.

Она остановилась и повернулась, уже отвлеченная всеми делами, которые ей нужно сделать в ближайшие несколько часов.

— Не думаю, что Рома будет писать заявление. Если он вернется, скажи, что ты не знаешь, куда я уехал.

— А куда ты едешь?

— Никуда, но он этого не знает.

Тени мелькнули в глазах Евы. Я ждал, что она возразит, будет меня отчитывать. Все что угодно. Но она просто сказала:

— Хорошо.

Она повернулась и бросилась ко мне, обняла и поцеловала в губы. Как только ее теплые губы оторвались от моих, она исчезла, убежав вверх по лестнице.

Я не знал, что я сделал, чтобы заслужить такое доверие, но я сделаю все, чтобы его оправдать.

Я слишком тороплю события. Феликс разозлится, если я перееду с Евой ко мне. Но мне все равно. Я сказал ей правду. Я ждал этого всю свою жизнь. Может быть, все изменится, может быть, нет, но я не собирался срывать ее с места, думая, что все это несерьезно.

Я хочу быть с Евой и Платоном и позабочусь о них.

Глава 33

Эльдар

Я быстро собрал все вещи. Пока что Рома с дружками не заявился к нам, чтобы задержать меня. Я не знаю, хорошо это или плохо.

Я встретил Еву на лестнице. Она чуть не упала, но я успел подхватить сумку.

— Что ты делаешь?

— Спускаю сумки.

— Я сам их отнесу. Все собрано наверху?

— Да, все в спальне. Мои вещи, Платона, несколько коробок с вещами, которые мне сейчас не нужны, но я не хочу оставлять их в доме. Мне нужно собрать кое-что из прихожей — обувь, куртки. А так мы готовы к отъезду.

Я загрузил в машину все, что собрала Ева.

Платон ходил за мной по пятам и задавал кучу вопросов. Я на большинство не мог ответить, но его легко отвлечь. Я давал ему мелкие поручения, и он был рад помочь.

Ева принесла еще одну сумку, на этот раз последнюю.

Пронзительный вой сигнализации периметра наполнил дом, когда мы уже собирались уходить.

Мимо окна у входной двери промелькнула тень. Платон, который был позади меня, рванул к двери и заорал:

— Это дядя Рома! Наверное, принес нам еще булочек!

— Платон, стой! — крикнул я.

Но было уже поздно.

Платон уже открыл дверь.

Он на секунду замер, увидев, как лицо Ромы, обычно приветливое, исказилось от ярости и отчаяния. Негодяй бросился к ребенку, схватил его за футболку.

Платон, сообразив, что Рома не шутит, попятился назад. Тот схватил его за грудки, но малыш вырвался и бросился к Еве. Она стояла в нескольких шагах, широко раскрыв глаза. Рома угрожал ей пистолетом.

Рома не обращал на меня внимания, но я не собирался подходить к нему. Он сосредоточился на Еве.

— Отдай мне яйцо, Ева. Мне это надоело. Денис обещал мне его. Отдай мне яйцо, и я уйду.

— Так ты все-таки работал с Денисом? — Ева сделала шаг в мою сторону, но я выставил руку, чтобы она не приближалась.

Роман усмехнулся.

— Да, я работал с Денисом. Ты вообще в курсе, что он вытворял у тебя под носом? Ты что, не задумывалась, откуда у вас деньги? Ты когда-нибудь спрашивала его, чем он занимался в своих командировках?

Рома посмотрел на Платона, потом снова на Еву.

— Я знаю, что у тебя нет доказательств, что он твой сын. Отдай мне яйцо, или я позвоню в органы опеки, и ты потеряешь то, что тебе дорого.

Платон не отреагировал на угрозу, а Ева побледнела от страха. Я встал перед ней, чтобы она не смотрела на Романа.

— Какое яйцо, Ром?

— Блять, да оно стоит кучу денег! Денис сказал, что оно мое! Отдай его мне, и я уйду, — потребовал Роман.

— Его здесь нет, — ответил я. — Я перерыл весь дом, но яйцо так и не нашел. Тебе не повезло.

— Оно не могло просто пропасть! — закричал придурок. — Оно было в его кабинете. Что ты с ним сделала, а? Я несколько месяцев его ищу!

Я не дал Еве ответить.

— Она ничего с ним не делала. Его здесь нет.

— Тогда отдай мне деньги. Я знаю, что он оставил тебе много. Он мне должен.

— У Евы нет наличных дома, — ответил я.

— Тогда пойдем в банк, — предложил мудила. Жадность затуманила ему мозг.

— И как ты это себе представляешь? — спросил я. — Ты что, будешь наставлять на нее пистолет перед кассиром?

— Она может перевести их на мой счет, — он хватался за соломинку.

Что бы он ни сделал для Дениса, он не думал головой.

— И это будет документально подтвержденный перевод на счет государственного служащего. Ситуация у тебя херовая, друг. Лучше уходи, — сказал я.

Рома качнулся вперед, бросаясь на меня, но не подобрался достаточно близко, чтобы ударить. Его план разваливался, а разочарование росло.

Это был его конец. Но он не хотел уходить, не получив своего.

Я чувствовал, как Платон за моей спиной извивается, прижимаясь к Еве. Я повернулся, чтобы схватить его за руку, чтобы удержать на месте. Ева оттолкнула его еще дальше за себя, отходя в сторону, из-под моей защиты. Я не мог защитить их, если они не будут стоять четко за мной.

— Ром, — сказала она, — я не знаю, что Денис сделал с этим яйцом, но в доме есть ценные вещи. Это картины. Они не стоят столько, сколько стоит яйцо, но можешь их забрать. Мне все равно. Что бы Денис тебе ни был должен, я тут совершенно ни при чем.

— Ты здесь очень даже причем, ебаная сука! Он должен был все это оставить мне. Я был его другом всю жизнь. Ты просто какая-то шлюха, которую он подцепил, всем назло.

Ева обиженно вскрикнула от резкого эпитета. Платон вырвался из моей хватки