— Повезло, что у них бронь отменили, а то поблизости больше ничего приличного не было. Надо будет туда съездить. Вам понравилось, значит, да?

— Да, классно, — согласилась я. — И ресторан в отеле приличный.

— Эльдару точно понравилось, — сказала она. — Я много чего знаю об этой семье, уже давно с ними работаю. — Она посмотрела на меня и тихо добавила: — Так давно, что могу по пальцам пересчитать, сколько женщин было в этом доме. Даже если считать на одной руке, все равно останутся свободные пальцы.

Я не знала, что ответить. Я не была готова к тому, что она скажет. Эльдар не особо рассказывал о своих прошлых отношениях, а я не спрашивала. У такого парня, как он, наверняка было много девушек. Я не хотела знать об этом.

— Эльдар — он такой, он всегда знает, что делает. И он не из тех, кто теряет голову из-за красивой фигуры или смазливой мордашки. Я никогда не видела, чтобы он мешал работу и личные отношения. Никогда. И поверь мне, у него была куча возможностей. Эльдар — он деловой человек до мозга костей. Феликс примет ваше решение. Ты не злись на него, пока он ведет себя как мудак. Я знаю, это сложно, но в глубине души он хороший человек.

— Я тебе верю, — сказала я, все еще думая о том, что Эльдар обычно не приводит девушек к себе домой и не завязывает отношений с клиентами.

Эльдар сказал, что любит меня. Я знаю, что я его тоже люблю. Я бы многое вытерпела ради этого. Даже раздражающий старший брат не помеха. А еще мне помогли слова Лизы, они меня успокоили.

Мы вернулись в дом. В дальнем углу кухни Эльдара стоял большой стол, за которым мы все и уселись. Столовой у него, похоже, не было, но стол был такой огромный, что места хватило всем.

Я поставила пакет с едой на стол и повернулась к Эльдару.

— Платон может пока побыть наверху. Машина закрыта? Я схожу за его коробкой и принесу, чтобы он не скучал.

Эльдар улыбнулся и чмокнул меня в щеку.

— Я сам заберу.

Он вышел и через секунду входная дверь закрылась за ним.

Я думала, что Феликс воспользуется моментом, чтобы сказать что-нибудь неприятное, но нет, он сменил тему.

— Пусть Эльдар говорит с ней, когда вы будете у Николаевой. Эта баба — та еще сучка. Она тебе не по зубам.

— Ты ее знаешь? — осторожно спросила я.

— Да, я с ней уже сталкивался пару месяцев назад. Пусть Эльдар с ней разберется, — повторил Феликс.

Я открыла рот, чтобы возразить, что я сама могу поговорить, но Феликс поднял руку.

— Я не говорю, что ты не сможешь. Я говорю, что Эльдар хочет тебя защитить. Будет проще, если ты не будешь лезть.

— Он прав, — добавил Кирилл. — Было бы лучше, если бы ты вообще осталась здесь...

— Я не собираюсь здесь оставаться, — сказала я прежде, чем он договорил.

— Вот об этом я и говорю, — сказал Феликс, и в его голосе снова послышалось раздражение.

Лиза с кривой усмешкой вставила:

— Да ладно тебе, она не может сидеть дома. Мы ведь о ее сыне говорим.

Так приятно, что у меня есть союзник.

— Я буду молчать, ладно? Мне нужно знать, что случилось, какое отношение эта мадам имеет к Платону. Он же мой сын! Но это не значит, что я собираюсь встревать в разговор. Это слишком серьезно, и я доверяю Эльдару.

Я сжалась под тяжелыми взглядами двух пар ледяных голубых глаз. Я не могу гарантировать, что смогу сдержаться, но я попробую.

Мы с Эльдаром хотели одного и того же. Если нужно будет сидеть и молчать, я так и сделаю.

Если бы я только знала, во что ввязываюсь, я бы пообещала совсем другое.

Я бы пообещала выцарапать глаза Анне Николаевой.

Глава 37

Ева

Я буду молчать.

Я понятия не имела, насколько это будет тяжело.

Феликс назвал ее сучкой.

Сучка — это еще мягко сказано.

Дорога к ней заняла у нас чуть больше часа. Я не хотела оставлять Платона. Это звучит глупо, но за пять лет я никогда ни с кем его не оставляла.

Я никогда не ездила никуда без него. Да и куда? Мы с Денисом не ездили в отпуск вместе, и я не ездила домой навестить семью.

Поехать куда-то без сына, пусть даже с Эльдаром, было все равно что забыть дома руку. Мне пришлось его оставить. Я ни за что не повезу его туда, где может быть опасно. Особенно к этой Николаевой. Пока мы не узнаем, какую роль она сыграла в рождении и усыновлении Платона.

Эльдар, казалось, был уверен, что у нас все получится. Я не была так в этом уверена.

Лиза вызвалась посидеть с Платоном в доме Эльдара, пока мы не вернемся. Сын проводил меня неуверенным взглядом, крепко сжимая руку Лизы.

Мне было неловко оставлять его с ней, как бы сильно она мне ни нравилась. Эльдар сказал, что доверит ей свою жизнь. Этого должно было быть достаточно.

Мы приехали в закрытый коттеджный поселок, где жила Анна Николаева. На въезде охрана отказалась нас пропускать. Эльдар вышел из машины, напряженно поговорил с охранником и протянул руку за телефоном. Я не знаю, кому он позвонил, но через две минуты он прыгнул за руль, включив передачу, и ворота плавно распахнулись. Мы нашли нужный дом всего через несколько поворотов по почти одинаковым улицам. Эльдар припарковал машину.

Я подкрасила губы и одернула юбку. Никакое количество макияжа не могло заставить меня перестать нервничать. Эльдар взял меня за руку, когда мы приближались к дому. Дверь открылась прежде, чем мы дошли до нее.

На секунду я подумала, что мы ошиблись адресом. Женщина в дверном проеме была выше меня, у нее были платиновые светлые волосы и красивые глаза, которые обрамляла тяжелая черная подводка и густая тушь. На ней были самые короткие шорты, которые я когда-либо видела.

Это не могла быть Николаева. Эльдар сказал, что ей за полтинник. Я бы дала этой женщине лет сорок, и то с натяжкой.

Она ничего не сказала, изучая Эльдара глазами, прежде чем обратить внимание на меня. Когда ее глаза встретились с моими, расцвело понимание. Эта женщина точно поняла, кто я такая.

Ее рот скривился в подобии улыбки. Морщины расцвели вокруг ее ярко-розовых губ, и я почти поверила ее возрасту.