хотя говорил сердито и грозно, но таким его вообразить себе было невероятно.

— Бальит, — перекривляла она вопрос парня с акцентом; губы отозвались болью. Но хоть говорить было можно. — Где друид?

И снова попыталась сесть, на сей раз — медленно. Пелена невероятным чудом упала с глаз, на поверку оказавшись всего лишь компрессом. Ис поморщилась, прикладывая руку к затылку, яркий свет, отразившийся от снега, хлынул в глаза немилосердно.

Но она по-прежнему видела.

— Нье так бистро, красавьица, — попытался обнять ее иностранец.

Но Ис отстранилась. Проморгалась и холодно уточнила:

— Так где друид?

Прямо перед ее лицом сидел смуглый, очень смуглый мужчина с… изумрудным взглядом, пронзающим будто клинком до самых почек. Смуглее гудруитян, да и глаз таких ни у кого нет. Одет в нечто свободное и удобное, как балахоны друидов, роскошное и яркое, как мода Мерчевиля, дерзкое и свободное, будто буканбуржец. А вел себя… учтиво и сдержанно, как вестландец.

И непохож ни на кого из всех. Незнакомец широко улыбался белоснежным оскалом, будто они тут на балу во дворце, а не…

— И где я? — уточнила императрица, прежде чем осмотреться.

Потому что пусть не придуриваются, а докладывают. Нечего… Но кроме троих оборванных и обветренных мужчин, от которых несло костром и недожаренным мясом, кроме снежного леса, кроме шкур и костра, кроме… низкой повозки на… вместо колес — что-то ползущее… полозья какие-то. А вместо коней — это волки?.. Высунув язык смотрят на нее?

Ис поежилась, незаметно размяла все еще ноющие запястья…

— Тяк тебья интьересует гьде ти или гьде друид? — насмешливо поинтересовался незнакомец.

— Пусть лучше расскажет, кто она такая и сколько их там вообще — в нашей пещере?! — перебили пришельца оборвыши от костра.

— И откуда они, вообще, взялись? Тоже лавиной занесло?

— Не было лавин в этом году!

Исмея смерила разбойников презрительным взглядом: ну, не смогла иначе… Даже пусть они бедны, но снега хотя бы умыться вокруг — завались! А они, наверное, с лета вялятся в собственном соку…

Незнакомец морщился подобным образом. И сделал своим людям небрежный жест рукой. В духе «заткнуться»:

— Пьусть дьевушька сама ськажет.

Ис хмыкнула. Похищение похищением, но… она протянула незнакомцу ладонь требовательно: пусть помогает подняться. Тот тихо и насмешливо фыркнул в ответ, однако жест понял. Слегка потянул на себя, когда Ис покачнулась на оказавшихся нетвердыми ногах.

— Не сьвалисся, красавьица?

Она продолжила опираться на его локоть — а то и правда, не приведи Видящий, протаранит носом снег, и тогда прощай, имперское величество — заглянула в его странно изумрудные глаза, щурясь:

— «Не сьвальюсь», иностранец. Но ты не ответил: где я? И где друид? И по какому такому сиренову праву вы меня похитили?

Разбойники у костра расхохотались. Гадко, противно, совершенно по-плебейски, и вонь из их ртов весело с ветерком донеслась до чуткого императорского носа. Ис скривилась. Незнакомец лишь улыбнулся краешком губ. Не слишком довольно.

Гад был привлекателен. И в мочке его левого уха позвякивала… длинная прямоугольная серьга. Мужчины носят серьги?!. Кто он такой?

— А пачьему, марской дьракон минья сешь, нет?

Морской дракон?.. Его акцент бесил дополнительно. Ухмылочка, и эта рожа цвета цикорры с молоком, и снисходительный тон. Ис поборола порыв оттолкнуть локоть мужчины. Она не была уверена, что выстоит. Да и вообще… императрица она или нет?

— Потому что ты говоришь с императрицей этих земель, болван.

И в ярости обернулась к затихшим вонючим разбойникам, не интересуясь реакцией незнакомца, сжавшей ее локоть сильнее, до боли, но сейчас это Ис волновало мало.

— Как вы посмели похитить императрицу?! — голос ее дрожал праведным гневом.

А лица разбойников вытягивались. То-то! Ис задрала подбородок.

— Доставьте меня обратно к пещере, — велела она. — За помощь… — она прикоснулась к болезненно набухшему затылку, — спасибо.

Сдержанно, но поблагодарить. Императрица должна быть справедлива, пусть и гневаться есть за что. Что возьмешь с этих остолопов? Щурясь, Исмея подняла голову к небу, и оперлась второй рукой на пальцы яркого незнакомца с зелеными глазами — ей было дурно, как никогда. Но сейчас для дурноты не время. Судя по солнцу, уже скоро полдень…

Ребята, должно быть, с ума сходят!

— И друида мне найти очень важно, — посмотрела она снова на разбойников.

Но у тех лица приняли отчего-то… зверское выражение. Ис на миг дрогнула.

— Так империя… жива? — прошептал один из них. Злобно?..

— Как никогда, — подтвердила Ис.

И перевела взгляд на смуглого зеленоглазого — «атамана». Он пожирал ее этими самыми глазами весьма… заинтересованно.

— Этот друид — государственный преступник, — пояснила императрица, делая над собой усилие, чтобы нервно не сглотнуть.

— А зьачем тибье государствений приступьник?

Он тянул гласные и все смягчал, что мог. И это бесило еще больше, чем вся нелепая ситуация. Только Ис было не привыкать.

— Он мой проводник. Мы идем к королю Аяну Двенадцатому по его собственному приглашению. На день солнцестояния. Ты представляешь, что он с тобой сделает, если ты меня не пустишь?

И, увидев очередной проблеск интереса, добавила веский довод:

— Он ведь друид. Деревья ему уже вас сдали. С потрохами.

Ей нечего бояться, правда? Ну — ведь правда?

— Бей! — крикнул один из оборвышей-разбойников, и вся троица… дернулась на нее с кулаками!

— Сдохни, Басс!

Ис так и застыла на месте, не веря собственным ушам, глазам и обонянию вместе взятым… Цветной незнакомец резко отодвинул ее с пути разъяренных разбойников:

— Сьтойти, ребьята, — и обернулся к вмиг потерявшейся Ис: она пыталась, очень пыталась прийти в себя, но, потрясенная неожиданным нападением, травмой, похищением… в общем, ее начинала бить крупная дрожь, которую не могла сдержать никакая императорская сила воли. — И кяк жи импьератрицца оказаляс зьдесь, в неделе путьи от… Сътольного? — при этом он бросил взгляд на остановившихся на расстоянии протянутой руки разбойников, словно… не был уверен.

И по-прежнему держал ее локоть крепко, когда толкнул слегка вперед. Между собой и этой… вонючей и страшной братией. По чести говоря — если бы не мужчина, Ис явно уже бы упала. От запаха, дурноты, испуга, глубокого снега.

— Т-так… — безуспешно сдерживая танцующую нижнюю челюсть, она обратилась к самому адекватному здесь — вот этому красивому попугаю с серьгой в ухе, — а вы т-тогда к-кто? Д-друид?

Ее прыгающий подбородок атамана разбойников позабавил. Хотя он вязался с