Она добралась до боковой стены, где огонь был не таким плотным. Отсюда ей были видны роботы «Церберы», медленно продвигающиеся к их с Кайденом укрытию, и турели, поливающие огнем все вокруг. Она вспомнила свой опыт с «Цербером» на полигоне — его мертвую зону под брюхом, уязвимый кабель. Но эти роботы были боевыми, наверняка лучше защищенными. И подобраться к ним под таким огнем было невозможно.

Нужно было что-то другое. Что-то… нестандартное. Ее сила. Та, что реагировала на ее эмоции. Сейчас она чувствовала внутри себя целый ураган — гнев, страх за Кайдена, отчаяние, желание выжить. Сможет ли она направить эту бурю? Не просто создать помеху или открыть замок, а… атаковать?

Она посмотрела на ближайшего «Цербера». Огромная, бездушная машина из стали и проводов. Но внутри — сложная электроника, системы управления, источники питания. Что, если?..

Лина закрыла глаза, отгоняя мысли о бластерных лучах и грохоте боя. Она сосредоточилась на своей ярости, на своем желании уничтожить эту угрозу. Она представила себе внутренности робота — не как механизм, а как сложную энергетическую сеть. И она направила свою эмоцию, свою волю, как таран, в самое сердце этой сети. Она не знала, что делает, просто отчаянно хотела, чтобы он остановился, чтобы он… сломался.

Она почувствовала знакомое давление в висках, но на этот раз оно было сильнее, почти болезненным. Тепло в ладонях превратилось в жар. Ей показалось, что она слышит тихий треск, словно что-то перегорает.

Она открыла глаза. Робот «Цербер», который был ближе к ней, замер. Его орудия опустились. Из его сочленений повалил дым. Он не взорвался, но явно был выведен из строя — его системы перегорели от какого-то внутреннего скачка напряжения. Сработало!

— Один готов! — крикнула она Кайдену, сама не веря своему успеху.

Кайден бросил на нее быстрый, изумленный взгляд, но тут же переключился на второго робота, сосредоточив на нем огонь своего бластера и пытаясь подавить оставшиеся турели.

Лина почувствовала прилив сил от своей маленькой победы. Она снова сосредоточилась, на этот раз на втором «Цербере». Ярость все еще кипела в ней. Она направила новый импульс своей силы на машину. И снова — треск, дым, остановка! Два тяжелых боевых робота были обезврежены без единого выстрела с ее стороны!

Но это далось ей нелегко. Голова раскалывалась, перед глазами плыли темные пятна. Она чувствовала себя совершенно опустошенной, словно отдала всю свою энергию. Она оперлась о стену, пытаясь отдышаться.

Теперь оставались только турели. Их было много, и они продолжали вести огонь, хотя и менее интенсивно, так как Кайдену удалось уничтожить еще пару. Но прорываться под их огнем к гермодвери было все еще смертельно опасно.

— Лина! Ты сможешь… сделать это еще раз? С турелями? — крикнул Кайден, перезаряжая бластер за укрытием.

Лина посмотрела на потолок, усеянный красными огоньками сенсоров. Их было слишком много. И она была слишком истощена.

— Не знаю… — прохрипела она. — Я попробую…

Она снова попыталась сконцентрироваться, собрать остатки своей ярости, своей силы. Но внутри была пустота. Она отдала все.

И тут одна из турелей, самая ближняя к ней, развернулась и нацелилась прямо на нее. Лина застыла, понимая, что увернуться не успеет.

Часть 3: Пробуждение Истинной Силы

В этот момент, когда бластерный заряд уже летел к ней, когда смерть казалась неминуемой, произошло нечто совершенно неожиданное. Страх и отчаяние достигли своего пика, но вместо паники Лина ощутила внутри себя… тишину. Словно буря эмоций внезапно стихла, уступив место чему-то иному — глубокому, спокойному, но невероятно мощному потоку энергии.

Это была не ярость, не страх. Это была… воля. Чистая, несгибаемая воля к жизни. И эта воля, казалось, резонировала с чем-то вокруг нее, с самой структурой Цитадели, с энергией, пронизывающей ее металл и провода.

Она не думала, не пыталась что-то сделать. Она просто пожелала быть защищенной.

И перед ней, за долю секунды до попадания заряда, вспыхнул щит. Но не такой, как стандартные энергетические щиты кадетов — полупрозрачный, мерцающий. Этот был другим. Он был плотным, почти материальным, серебристо-белого цвета, и он не просто отразил заряд — он поглотил его, растворил в себе без следа. Щит продержался лишь мгновение, а затем исчез, оставив Лину невредимой, но потрясенной до глубины души.

Что это было? Откуда? Это тоже ее сила? Но она ощущалась совершенно иначе — не как стихийный выброс эмоций, а как осознанный, контролируемый акт творения.

Кайден, видевший это из своего укрытия, замер на мгновение, его глаза расширились от изумления, которое было видно даже на расстоянии. Он явно не ожидал ничего подобного.

Но времени на раздумья не было. Турели продолжали стрелять. И Лина, ощутившая эту новую, спокойную силу внутри себя, поняла, что может больше, чем просто защищаться. Она посмотрела на турели — не как на врагов, а как на механизмы, подчиняющиеся приказам, на узлы энергии и информации. Она снова сосредоточилась, но на этот раз — спокойно, уверенно. Она не пыталась их уничтожить. Она попыталась… отключить. Передать им команду «стоп».

Она протянула руку в их сторону, и серебристое сияние, похожее на то, что было у щита, окутало ее ладонь. Она направила этот поток спокойной воли на ближайшую турель. Красный огонек сенсора моргнул… и погас. Турель замерла. Лина перевела поток на следующую. Тот же результат. Одна за другой, турели в зале начали отключаться под ее безмолвным приказом.

Это было похоже на чудо. Она чувствовала поток энергии, проходящий сквозь нее, она чувствовала ответ от механизмов, их подчинение ее воле. Это не истощало ее так, как эмоциональные всплески. Наоборот, она ощущала… правильность происходящего. Словно она наконец нашла ключ к своей истинной природе.

Через несколько мгновений последние турели затихли. В зале воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь потрескиванием поврежденных роботов и их собственным дыханием.

Кайден медленно вышел из укрытия, его бластер был опущен. Он смотрел на Лину с выражением благоговейного ужаса и безграничного изумления. Он подошел к ней, его взгляд блуждал от нее к замершим турелям и обратно.

— Лина… — прошептал он, и в его голосе слышался трепет. — Что… что это было? Это… это не похоже на пси-выброс… Это… контроль?

Лина посмотрела на свои руки, на которых все еще ощущалось остаточное тепло энергии.

— Я… я не знаю, — честно ответила она, чувствуя себя одновременно опустошенной и наполненной чем-то новым, неизведанным. — Я просто… захотела, чтобы они остановились. И они остановились.

Он протянул руку и осторожно коснулся ее щеки,