прической. Четко очерченные скулы, прямой нос, проницательные светло-карие глаза. Он был одет в костюм глубокого синего цвета с серебряной вышивкой вдоль воротника и рукавов. На среднем пальце правой руки – массивный перстень с темно-синим камнем.

Но не его внешность поразила меня больше всего, а выражение лица – смесь недоумения и удивления. Он смотрел на меня так, словно я была какой-то ошибкой, недоразумением.

– Это вы – Дорина? – произнес он чистым русским языком, без малейшего акцента.

Мои колени подкосились от облегчения, что он говорит на моем языке, и от возмущения одновременно. Я бы рухнула на кушетку, что стояла рядом, но из чистого упрямства осталась стоять.

Не хотела смотреть на этого мужчину снизу вверх.

– Меня зовут Надежда, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – И я понятия не имею, что здесь происходит, но требую объяснений. Прямо сейчас.

– Давайте присядем, – он указал на пару кресел у камина.

Пожалуй, я была даже благодарна ему за этот жест. Колени и правда уже подрагивали, а стопы ужасно ныли после этой гонки по брусчатке на каблуках.

Сдержанно кивнула и опустилась в одно из них.

– Честно говоря, я думал, вы будете несколько… – он оглядел меня с головы до ног. Я непроизвольно поджала ноги под себя и поправила подол своего платья, – старше.

– С чего бы? – Я нахмурилась. – И почему вы вообще чего-то от меня ждали? Слушайте…

– Но вы ведь здесь.

– Да, а должна быть на шезлонге возле моря! – последние слова буквально прошипела. Раздражение брало свое. – Вы, наконец, объясните мне, где я? Или я просто так сюда шла через весь этот город с этими странными людьми? Да они словно из исторических романов вышли! Это, какое-то особое поселение? Вы… не знаю, мормоны?

Бастиан нахмурился еще сильнее. Поднес руку к лицу, задумчиво постучал по губам указательным пальцем.

– А вы, значит, не знаете?

– Логично предположить, что нет!

– Интересно…

– А мне вот ни капельки! Верните меня обратно в аэропорт, и я обещаю, что просто забуду обо всем.

Я и сама была готова в это поверить, лишь бы эта странная ситуация осталась в прошлом.

Мужчина продолжал задумчиво разглядывать меня, но молчал. И это ужасно действовало мне на нервы.

– Скажите-ка, а вы не умирали?

Я уставилась на него во все глаза.

– Что, простите? – даже ресницами захлопала, как какая-нибудь непонятливая дурочка. – С чего я должна умирать? Как видите, я перед вами из плоти и крови!

Я все же поднялась из кресла, не удержалась.

– Я собиралась отдохнуть! В законном, между прочим, отпуске! А ваш этот… провожатый! Он, похоже, что-то напутал.

Я сжала письмо, только сейчас сообразила, что оно все еще у меня в руке после того, как камердинер его вернул. Развернула лист и протянула в раскрытом виде прямо этому мужчине.

– Еще и фамилию мою исковеркали!

– Исковеркали? – его брови дернулись вверх.

Письмо, кажется, его не слишком интересовало. Он забрал его из моих рук и просто положил на столик рядом со своим креслом.

– Да, я Дорохина, а не Дорина! Но он сказал, что он из отеля Лазурный Излом. Прекраснейшее ли, знаете, место, где голубая вода огибает пляж на изломе…

Я начинала сама путаться в словах и тараторить. Так бывало, стоило мне перенервничать. А сейчас была как раз именно та ситуация.

Оборвала себя на полуслове, прикрыла глаза, губы поджала, чтобы прекратить этот словесный поток.

– Просто верните меня, пожалуйста, обратно. Вот где взяли, туда и положите обратно.

– Боюсь, это… затруднительно, – мужчина усмехнулся, перекинул ногу с одной на другую. – Видите ли, вы уже не в своем мире. Похоже, и правда случилась какая-то накладка. Я ждал стажера по программе обмена…

Его слова постепенно заглушал стук пульса у меня в ушах. Что он сказал?

Я не… где?

Села обратно в кресло. Даже плюхнулась. Как-то не по себе сделалось.

И вот разум стал подкидывать детали, которые очень даже отзывались на все им сказанное… Обстановка в городе. Странная дверь, куда меня толкнули. И даже внутренний голосок как-то поддакивал ему.

Но разум!

Разум отказывался воспринимать.

Я подскочила, скидывая одеяло. Направилась к каминной полке и принялась перебирать все, что там стояло.

– Что вы делаете?

– Ищу скрытые камеры! Это все, должно быть, какой-то розыгрыш!

Бастиан поднялся, подошел ко мне и мягко взял за руку, останавливая. Но этот жест показался мне слишком неуместным. Слишком… тактильным.

– Не трогайте меня! – Я отпрянула.

И вместе с тем все в комнате вдруг пришло в движение. Те вещицы, которые я только что тормошила, все повзлетали со своих мест. Даже мое одеяло и подушечки в креслах… Все это закружилось в воздухе странный хороводом. Мои глаза распахнулись от ужаса.

Хороводом вокруг