class="p1">Взгляд упал на портрет сбежавшей невесты, что все еще красовался на моем столе. Огонь от камина подсвечивал резную раму теплыми бликами.

Изменница!

Ледяная ярость наполнила меня.

В два счета оказался у стола и схватил портрет, с которого улыбалась мне та, кто еще совсем недавно клялась в верности. Посмотрел на изображение в последний раз и со злостью швырнул в камин.

Пламя зашипело, пожирая подношение.

Немного успокоив дыхание, опустился в кресло и нарочно отвернул его от рабочего стола.

Не хотел видеть сиротливой дыры между стопками бумаг, которая будто укоряла меня за излишнюю порывистость.

Запустил пальцы в волосы.

Откуда Николас притащил эту девчонку? Как она сможет заменить мою невесту?

Настоящая Вианель изящная и утонченная. И, пусть она взбалмошна и своевольна, но умеет подать себя.

А эта — сущее недоразумение. Выглядит, как испуганная дворняжка, которая случайно забежала на псарню и попыталась затесаться среди гончих.

В дверь кабинета тихонько поскреблись.

— Убирайтесь. - крикнул я, не поворачивая головы.

Видеть никого не хотелось.

Замок тихо щелкнул, и дверь отворилась.

Только два человека могли ослушаться моего прямого приказа: Николас и Риана. Но последняя лежала с приступом уже третий день.

Еще была Вианель... но она больше не войдет в эту дверь.

Вспомнив про ее поступок, стиснул руками подлокотники кресла.

Чтобы успокоиться, я откинулся на спинку и прикрыл глаза. Глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

Ярость — плохой советчик.

Мягкий ковер скрадывал звуки, но я все равно услышал тихие шаги.

— Николас, она нам не подходит, — сказал я, не открывая глаз.

— Возможно и так, мой господин, — донесся вкрадчивый голос старого плута. — Она не так изящна и не обучена манерам.

Я кивнул. Николас все понимал и сам, но просто так сдаваться не хотел.

— Ксаврен, я знаю тебя с малолетства, его голос стал уверенным и сильным, каким я его помнил с детства.

Он больше не был моим верным слугой. Теперь передо мной снова стоял мой учитель, который был мудр и всегда знал ответы на все вопросы.

— Подумай, ради чего затевался этот брак? Все приготовления завершены. Да и ключ к источнику остался у нас, — в руке старика сверкнула древняя вещица. — А теперь я нашел ту, кто будет принята древним артефактом и сможет пройти обряд вместо...

Я недовольно скривился.

— И что мне прикажешь делать с этой, как ее? — спросил я брезгливо.

— Зачем тебе ее имя? Для всех она будет Вианель Трейгард, герцогиня Гардии. Она готова сыграть ее роль от начала до конца.

Древний кулон на старинной цепочке притягивал взгляд. Дешевая с виду безделушка, а такая магическая мощь в ней заключена. Я невольно потянулся к руке Николаса.

Так много сулило обладание этим артефактом.

— Даже не хочу знать, что ты ей пообещал за такую работу.

Николас многозначительно улыбнулся.

— Поверь, мой мальчик, цена ее устроила, — сказал он, пряча артефакт. — Теперь главное и тебе не отступить только потому, что строптивая девчонка посмела сбежать с другим.

— Я не отступлю. Готовь ее к свадьбе.

Верховный маг глубоко поклонился.

— Это мудрое решение, мой господин, — с почтением произнес он.

2.

Я ожидала вердикта, опустившись в кресло.

Сердце отчаянно отбивало ритм. От страха, что все отменят, темнело в глазах.

Одно слово этого Ксаврена, и меня вернут в прошлую жизнь.

Минуты тянулись бесконечно долго. Я нервно крутила в руках зеркальце, где видела ‘улыбающуюся и совершенно здоровую себя.

Только бы все получилось.

Наконец, Николас вернулся.

Я поднялась навстречу старику, стараясь по лицу прочитать, какая судьба мне уготована.

Но Николас пришел не один.

Следом за ним вошли женщины в таких же, как у мага балахонах, только цвет наряда каждой из них отличался. Белый, розовый, красный, зеленый, синий... в глазах рябило от ярких красок.

Лица вошедших скрывали вуали. Женщины двигались бесшумно и плавно, не произнося ни слова. Они окружили меня плотным кольцом, внутри которого будто сразу кончился кислород.

Я не видела их глаз, но чувствовала, что они осматривают, ощупывают взглядом каждый сантиметр моего тела. Я повела обнаженными плечами, стараясь избавиться от этого липкого чувства.

Николас подошел ближе, но в круг не вошел.

— По древнему обряду к свадьбе невесту готовят молчаливые служительницы. Каждая из них олицетворяет благодетель, которой должна обладать молодая жена: кротость, целомудрие, бережливость... — пояснил мужчина. — Они проведут с вами в молчании всю ночь и утром приведут на церемонию.

Я подалась вперед, чтобы лучше видеть Николаса, но женщины не дали мне покинуть круга.

Встав плечом к плечу, они сомкнули ряд.

Было в этом движении что-то зловещее. Необъяснимый страх охватил меня.

— И они так и будут молчать? — спросила я. — Какая же это подготовка, если они мне ни слова не скажут?

По недовольному дыханию я поняла, что служительницы местного культа не одобряют сказанных мной слов.

— Не волнуйтесь, файре Вианель, — продолжил мужчина. — На свадьбе от вас не потребуется многого. Всего-то повторить клятвы у алтаря, а потом молча сидеть подле мужа, принимая поздравления от ваших подданных.

Переговариваться через людей было неудобно. Да и посвящать их в особенности моего положения не хотелось.

— Хорошо, — смирилась я. — Надеюсь, это действительно будет так же просто, как вы сказали.

Николас низко поклонился, будто я и правда была знатной особой. А после ушел, оставив меня на попечении женщин.

Я не знала, куда себя деть и что сказать, а они не делали подсказок или намеков.

— Ну, что будем делать? — спросила я у служительниц, которые так и стояли вокруг меня плотным кольцом.

Но мне никто не ответил. Я пожала плечами.

Странные у них тут обычаи. Вместо того, чтобы выдать мне подробные инструкции или научить каким-то правилам местного этикета, меня заперли на ночь с толпой молчащих женщин.

— Так и будем стоять? — поинтересовалась я с раздражением. — Спать мне, я так понимаю, не полагается?

Вместо ответа будто по команде женщины повернулись влево. Они двинулись по кругу, ускоряясь с каждым новым шагом.

Я только удивилась тому, как у них получается делать это столь плавно и бесшумно, будто они и не шли вовсе, а плыли вокруг меня.

Цвета их нарядов слились в один яркий поток, расползлись, растянулись.

Голова кружилась, будто меня в транс погрузили.

На мгновение я прикрыла глаза, чтобы не