меня простит, я как раз-таки не сомневался, но на душе было гадко. Отвыкшее от таких нагрузок тело горело после танца, а в голове скребся мерзкий червячок сомнения: не в моём положении было демонстрировать характер.

Хаммер — не просто мафия, он владел этим городом целиком и делал это так, что конкуренты лишь беспомощно скалили зубы.

Каков был процент вероятности того, что Нэйту придётся ответить за случившееся?

Зависело от Лоры, но явно не маленький.

Мне не хотелось, чтобы он потерял работу из-за меня.

Что-то похуже?..

Нет, вряд ли.

И всё же от мысли о том, что я сам могу попрощаться с наметившейся краткой карьерой обнажённого танцора, становилось отчаянно весело.

Денег Нэйтон, конечно, даст.

И я, конечно же, найду работу. После Рождества.

Таша забудет ублюдков, с которыми связалась, как страшный сон.

Всё хорошо, ничего страшного.

Только что ж так паршиво?..

Я обернулся, бросил последний взгляд на «чёрный» вход «Порока».

Возвращаться и пытаться что-то изменить было глупо.

«Мисс Хаммер, я передумал!» — я бы сам посмеялся, расскажи мне кто-нибудь о таком.

Рассмеялся и побрезговал.

Побрезговал ли я ею?

Красивой и одинокой женщиной с голубыми глазами, которая хотела забыться так же, как я забылся на сцене?

Самому бы знать ответ на этот вопрос.

Дверь за моей спиной хлопнула, послышались шаги — вышли несколько человек.

Я не стал оборачиваться и точно не подумал бы любопытствовать, но шаги приблизились, и секунду спустя Лора Хаммер встала со мной рядом, тоже посмотрела на снег.

На ней было лёгкое и стильное пальто. Ни шапки, ни перчаток.

Бросив взгляд через плечо, я всё же обнаружил двоих охранников, топчущихся чуть поодаль.

То-то смеху будет, переломать танцору ноги…

Понимая, что боец из меня так себе, а на помощь в случае чего рассчитывать не приходится, я попытался прикинуть, как сберечь руки.

Пусть не сейчас и не завтра, и, с большой долей вероятности, даже не здесь, но я ещё собирался оперировать.

— Хреновое Рождество, да? — Лора заговорила первой.

Она всё ещё смотрела на снег, почти ему улыбалась.

Такую же улыбку я видел несколько дней назад в своём зеркале. Улыбку человека, знающего, что ничего непоправимого не произошло. Он сам не умирает и никто не погиб. Проблема преодолима, если подойти к ней с должным умом.

Вот только знобит от способа, которым приходится её решать.

— Бывало и получше.

Мы переглянулись, и теперь в её глазах мелькнула усталость.

Она хотела ещё что-то сказать. Нечто уничижительное, быть может. Но успела только открыть рот, а потом откуда-то сбоку раздался выстрел.

Глава 7

На желании полезть под пули я никогда не был пойман ни Нэйтом, ни собой лично, но безошибочно узнал этот звук.

Один из охранников выматерился и бросился к нам, и тут же второй выстрел последовал за первым.

Лора не кричала. Её шальной, расфокусированный взгляд метнулся по сторонам, и, не думая о том, что делаю, я схватил её за плечи, повалил в снег, накрывая своим телом.

Третий выстрел прозвучал ближе. Охранник.

Четвёртый.

Вскрик.

Грохот, с которым что-то тяжёлое упало на землю.

Человек.

Новый выстрел, и тут же ещё один.

Отвратительный скрежет по металлу — попали в одну из припаркованных машин.

Лора подо мной пошевелилась, и я, всё так же не думая, прижал её к земле крепче.

Запоздало сообразил, что валяться в снегу в тонком платье под пальто ей холодно.

— Не вставать, — рыкнул кто-то сверху, и этот негромкий голос занял собой всё пространство.

Шаги, топот.

Бег.

Тишина.

Лора дёрнулась снова, на этот раз настойчивее, и я отпустил.

Наплевав на запрет, отодвинулся, честно и просто наблюдал, как поднимается она. Предсказуемо первым делом отряхивает забившийся за воротник снег.

— Вот так. От судьбы не уйдёшь, док. Ты всё-таки оказался на мне. Хотя я и планировала по-другому.

Оглушённая и вместе с тем готовая к чему угодно, она осматривалась по сторонам и несла абсолютную чушь, но явно контролировала ситуацию.

Её охранник бежал назад из темноты. В руке у него был пистолет, а лицо…

Я развернулся, чтобы увидеть то, что видел он. То, что уже поняла Лора Хаммер.

Второй телохранитель.

Ноги позорно дрожали и, даже не пытаясь встать, я пополз к нему на четвереньках, путаясь всё в том же снегу.

Парень дышал. У губ выступила кровавая пена, глаза были прикрыты, но он был жив, и где-то в моей голове будто щёлкнул предохранитель.

— Дверь открой, — я приказал, не сомневаясь, что меня послушают.

Не имело значения, что случилось со стрелком. Наплевать стало, чего ради всё это было. Важна была только его жизнь.

Мисс Хаммер среагировала похвально быстро. Сообразив, что двоим мужчинам нести раненого будет проще, чем ей, она обежала нас, некрасиво утопая в снегу, и распахнула заднюю дверь.

В голове звенело, уши закладывало. На удачу второй охранник оказался не идиотом, и мы легко занесли пострадавшего в бар.

— Нэйт!

Я наверняка заорал слишком громко.

Слишком нервно.

Откуда-то сбоку выскочила Бэкки, оценила обстановку, выругалась и скрылась.

— Нэйтон, стол!

Я не видел, когда и откуда он появился. Не понял, куда делось всё, что стояло на его столе в кабинете. Наверное, он просто сбросил на пол…

Оторванная с моей собственной рубашки пуговица — время было дорого, нужно было закатать рукава.

Как мы мыли руки, откуда взялась аптечка…

На хрен.

Нэйт двигался идеально. Как будто не бросил медицину три года назад. Как будто через день извлекал из кого-то бандитские пули.

Или в самом деле извлекал?

Забавно, что именно сейчас я задумался об этом впервые.

Единственное, что я заметил, помимо лежащего перед нами на столе человека, — глаза Лоры.

Она так и осталась стоять у двери. Не на проходе, но привалившись к стене спиной. Не сняла пальто, и смотрела, смотрела, смотрела.

Не кривилась при виде крови, не кричала, не злилась, не пыталась командовать или упасть в обморок. Просто осталась.

Когда мы закончили шить, пот заливал глаза, а в груди было пусто и холодно.

— «Скорая» едет, — доложил парень с квадратной челюстью, стоявший на входе в качестве вышибалы.

Всё.

Скоро тут будут нормальные врачи, парня транспортируют в палату. Он будет жить.

Я сел на пол и уткнулся лицом в ладони.

Хотелось уже не в душ, а в горячую ванну. Надолго.

В коридоре послышался шум, началась какая-то суета. Наверняка Бэкки пыталась перенаправить людей, чтобы нам не помешали.

Превратившийся в вату мозг отказывался воспринимать.

— Гордон, — Нэйт