— Стоят на своём. Говорят, что не обязаны давать никаких показаний и что никаких договорённостей об этом между нами не было. — В голосе Финира появилась досада. — Но в принципе я уже восстановил примерную картину по косвенным данным. Минуточку… Ты хочешь сказать, что они передали записи тебе? До того, как уничтожили их?

— Ты, как всегда, быстро соображаешь, — подтвердил начальник флотского СБ с лёгкой усмешкой.

— И что там было? Что на записях?

— Братья, Финир. Те самые братья Сапфиро. Живые, здоровые, и в полном порядке.

— Сапфиро? Это не ошибка? Неужели они?

— В тот то и дело, что не ошибка. Они самые. Те, кого мы искали.

— То есть они выжили в пустыне?

— Да. Это подтверждено искином с точностью выше девяноста девяти процентов. Все визуальные доказательства в наличии. А теперь объясни мне вот что. Почему ты дал приказ не стрелять по ним?

— Всё просто. Падальщики с посредником наотрез отказались проводить сделку в один этап. Принципиальное условие. Согласились только на многоступенчатую схему с несколькими этапами обмена. Трогать их на той встрече было категорически нельзя — иначе вся операция шла под откос. Представляю, что тебе высказало начальство.

— Боюсь, ты даже представить не можешь, — с горечью ответил начальник СБ. — Досталось всему командованию станции. Выговоры получило всё командование станцией, угрозы понижений, требования объяснительных. Мы ведь все официально отписались наверх, что братья погибли в песках. Координаты, обстоятельства, подписи.

А теперь командование флота требует их. Живыми или мёртвыми. И я должен объяснить, почему мои агенты, обнаружив братьев живыми, не предприняли ничего. Хотя и были вооружены и один из них великолепный стрелок, который мог их ликвидировать там на месте, но увы. Тебе очень многое придётся объяснить сейчас, и не только мне.

— Понимаю твоё затруднительное положение, — с искренним сочувствием сказал Финир. — Но операция была сложной, многоходовой. Я не знал точно, с кем веду переговоры. С самими братьями напрямую не общался — всё шло через посредника. Причём я контактировал с этим посредником ещё через одного посредника. И всё это было лишь частью большой схемы, которая разрабатывалась не одну неделю.

— Какой именно схемы? Объясни мне толком.

— Наша главная задача заключалась в том, чтобы выменять своих пленных. Шестеро разумных, захваченных после неудачной операции, — начал излагать Финир. — Официальные каналы закрыты, политика корпорации исключает прямой обмен с падальщиками. Пришлось выстраивать цепочку контактов. Через посредника мы вышли на тех, кто был готов организовать обмен. Они вроде согласились принять в качестве компенсации партию оружия. Качественного, современного. Через второго посредника мы вышли на контрабандистов, которые должны были доставить груз оружия в оговорённое место в оговорённое время. Разумеется, всё делалось не напрямую, а через подставные счета, но вместо контрабандистов на встречу приехал Мидланд со своими людьми. И всё полетело к чертям.

Начальник службы безопасности флота долго молчал. Потом тяжело, с усталостью вздохнул.

— Ситуация запутанная. Всё понимаю. Но учти: если в ближайшее время братья Сапфиро не будут найдены и доставлены в любом виде, тебе не избежать серьёзной проверки. С привлечением внутренней безопасности империи. Командование флота уже проявляет нездоровый интерес к твоей деятельности. Задаёт неудобные вопросы.

— Понимаю всю серьёзность проблемы, — заверил его Финир. — Сделаю всё возможное.

— И ещё. Мне необходимо завтра встретиться со своими агентами лично. Это можно организовать без лишнего шума?

— Без проблем. Они сейчас на базе. Устрою встречу.

Связь оборвалась — внезапно, без предупреждения, как будто кто-то просто перерезал нить.

Финир остался один в своём просторном кабинете. Пальцы нервно забарабанили по поверхности стола — ровный, равномерный звук, который он не сразу заметил.

Ситуация была препоганая. Это он понимал с профессиональной ясностью человека, двадцать лет проработавшего в службе безопасности, и проблемы у него — серьёзней не придумаешь.

Через час в кабинет после короткого стука вошёл начальник охраны. Он остановился в двух шагах от порога и ждал.

— Что с нашими двумя проблемами? — спросил Финир, не отрываясь от экрана терминала, на котором разворачивалась схема контактных цепочек. — Где они сейчас?

— Сидят в гаражных боксах. Под постоянной охраной. По-прежнему отказываются разговаривать. Ни на какие вопросы не отвечают.

— Не удивительно, — заметил Финир задумчиво. — После того, что они видели на встрече, доверия к нам у них нет. Они думают, что мы их подставили. И с их точки зрения — у них достаточно оснований так думать.

— Что будем делать? — уточнил начальник охраны, и в его голосе не было ни настойчивости, ни нетерпения — просто вопрос, ждущий ответа.

— Пока ничего. Пусть немного остынут, придут в себя. — Финир, наконец, поднял взгляд от терминала. — Потом поговорю с ними сам. Один на один. Попытаюсь объяснить.

— А наши пленные? Те, что в песках у падальщиков?

— Сложный вопрос, — признал Финир. — Если я здесь продолжу работать… — он посмотрел в глаза начальника охраны. — Потом можно будет прощупать почву через второго посредника. Но ты сам должен понимать, после вчерашнего они могут просто прикончить всех наших. Просто из мести.

Начальник охраны кивнул и вышел, так же бесшумно, как вошёл.

Глава 2

* * *

В это самое время в гаражном боксе номер семь, с двумя металлическими койками, столом из композитного материала, двумя стульями и окном, зарешеченным толстыми прутьями — Клим и Ори обдумывали своё незавидное положение.

Камера или бывший бокс была достаточно чистой и опрятной для того, чтобы не вызывать ощущения о том, что они находятся в заключение, и в то же время достаточно маленькой, стены начинали давить на них второй день.

Клим потерял уже точный счёт. Это был третий день. Или четвёртый. Часов здесь не было, а все гаджеты у них забрали сразу же.

Тягостное молчание давило. Ори сидел на своей койке, прислонившись спиной к стене, и смотрел в потолок с видом человека, пересматривающего каждое своё решение за последние несколько лет. Клим стоял у окна и смотрел на полоску рыжего песка за прутьями.

— Какой день мы уже здесь сидим? — тихо сказал Ори.

— Третий? А может, четвёртый? Сам уже сбился со счёта, — также тихо ответил ему Клим.

— Чего, спрашивается, нас здесь держат? Как ты думаешь, что с нами, в конце концов,