— Предоставь это мне, — улыбнулась мать Тимура. — Ты же не собираешься давать интервью и говорить всю правду?

— Зачем мне это? — фыркнула я. — Мне хватает внимания прессы из-за наследства будущего ребенка.

— Кстати, я хочу, чтобы мой внук или внучка помнили, чьи они дети, — сказала Виктория с нежностью. — Надеюсь, когда он вырастет, мы сможем рассказать ему или ей о Тимуре.

— Обязательно, — кивнула я, чувствуя, как поднимается внутри что-то теплое. — Я постараюсь, чтобы ребенок знал об отце. Тимур был хорошим человеком.

Тут я немного соврала, но и не собиралась рассказывать правду, каким стал мой муж незадолго до смерти.

Мы продолжали говорить о детских вещах, о том, как лучше подготовиться к появлению малыша, и вскоре я заметила, что между нами образовалась какая-то близость. Как бывает между женщинами, которые ждут появление родного им человека.

— Знаешь, Кира, — сказала Виктория. — Я не хочу, чтобы между нами стояло недопонимание. Я готова помочь, если ты в этом нуждаешься. Будь то советы, поддержка или просто разговор.

— Спасибо, иногда это бывает нужно. — с неохотой ответила я, понимая, что эта женщина на самом деле хочет быть рядом с моим ребенком.

— Но есть одно но… — произнесла Виктория Алексеевна. — Понимаю, что смерть моего сына сильно повлияла на тебя. Ты еще молода, красива, можешь начать жизнь с начала…

— О чем вы говорите? — нахмурилась я.

— Просто хочу тебе кое-что предложить, только пойми меня правильно. Вы прожили с Тимуром недолго, и ребенок лишь печальное напоминание о прошлом. Я могла бы забрать у тебя ребенка, за хорошую сумму, естественно. Ты начнешь жизнь заново, не будешь ни в чем нуждаться, а твой ребенок будет в хороших руках. Ты сможешь еще родить детей, создать семью. Я как бабушка позабочусь о твоем ребенке, дам хорошее образование, воспитаю. Подумай над этим.

— Над чем? — мне кажется, я ее не так поняла или наоборот поняла. — Вы хотите купить у меня нерожденного ребенка?! Я должна отдать его вам, когда он появится на свет?!

Глава 40

Мне хочется вскочить и убежать без оглядки из этого якобы гостеприимного дома. Сейчас он мне кажется чуть ли не тюрьмой.

— Так вот к чему был весь этот разговор и встреча, — усмехаюсь я. — Неужели вы думали, что я тут же назову цену и продам вам свою беременность? Раньше-то вы ребенка никак не получите.

— Не перегибай, Кира! — сурово смотрит на меня Виктория. — Ты все не так поняла.

— Да что вы говорите?! — уже открыто смеюсь в ответ. — Хочу знать одно, вам нужен ребенок вашего сына или то, что он наследует, когда станет совершеннолетним?

Виктория Алексеевна выдержала паузу, как будто взвешивая мои слова, после чего спокойно произнесла:

— Понимаю, что это может прозвучать странно. Но я лишь предлагаю тебе альтернативу. Я хочу, чтобы мой внук рос в любви и комфорте, и у тебя есть возможность начать новую жизнь без лишних забот.

— Это не просто странно, — ответила я, поднимая голос от возмущения. — Это мерзко! Я не собираюсь расставаться с собственным ребенком, даже ради денег. Тем более такой способ — это не решение!

Она тяжело вздохнула, и на ее лице появилась печаль.

— Я не имела в виду ничего плохого, — покачала головой Виктория, стараясь успокоиться. — Я просто вижу, что ты сейчас в тяжелой ситуации. И я хочу сделать всё возможное, чтобы помочь.

— Подобными предложениями вы только усугубляете эту самую ситуацию, — прервала я её. — Я не прошу у вас помощи финансово. Не прошу быть в моей жизни и признать ребенка.

Виктория выглядела разочарованной, но сдерживала эмоции.

— Понимаю, — тихо произнесла она. — Возможно, я была слишком настойчива. Просто… после смерти Тимура мне трудно смириться с тем, что его ребенок может расти в чужих руках.

Я почувствовала, как она волнуется, но это меня не успокоило.

— Виктория, я вас понимаю, — сказала я тихо, пытаясь говорить спокойно. — Но я его мать, а не чужой человек и должна быть рядом с ребенком. Я не могу принять ваше предложение. Для меня это не просто вопрос о будущей жизни, это — мой сын или дочь.

Раздражение на лице Виктории постепенно смягчилось. Она кивнула, понимая, что я хотела сказать, и принимая мой ответ.

— Я надеялась, что ты поймешь меня. У меня слишком много болезненных воспоминаний, и я просто хочу как-то помочь. Но я уважаю твое решение. — произнесла она почти шепотом.

Я почувствовала, что между нами произошел некий разрыв, который вряд ли когда-нибудь мы сможем исправить.

— Если я когда-нибудь почувствую необходимость в поддержке, я приду к вам. Но ребенка Тимура вы не получите, — ответила ей, стараясь убавить возмущение в словах.

— Хорошо, — Виктория слабо улыбнулась, но в её глазах я заметила, что она не собирается сдаваться в будущем.

— Я ценю ваше предложение, но мне важно, чтобы вы знали: я не одинока. У меня будет ребенок от вашего сына, и если все будет хорошо, я сама буду строить свою жизнь, — продолжила я. — И вообще этот разговор я считаю преждевременным. Ребенок должен родиться, и тогда только я буду решать, кто будет рядом с нами.

— Ты имеешь на это право, но все же подумай.

— Думаю, что мы закончим на этом нашу встречу, — сказала я матери Тимура и встала из кресла. — Ваше предложение совершенно меня не интересует. Мой ребенок останется со мной, а вы, как бабушка, можете иногда навещать его, видеть его, но не более. Торговля своими детьми не входит в мои планы.

Я посмотрела на Викторию Алексеевну с едва скрытой неприязнью.

— Надеюсь, что мы поняли друг друга. Я сообщу, когда ребенок родится.

Виктория Алексеевна выглядела потрясенной. Я почувствовала, как в воздухе повисло напряжение. Она несколько мгновений молчала, глядя на меня с широко открытыми глазами.

— Понимаю, — наконец произнесла она, хотя в голосе явно ощущался скрытый упрек. — Я не хотела тебя обидеть. Просто моя забота о внуке порождает страх.

— Неужели вы думаете, что я не способна сама заботиться о своем ребенке? — спросила я с огорчением и недоумением. — Я привыкла отвечать за себя.

— Нет, ты неправильно меня поняла, — Виктория вздохнула. — Просто… после такой трагедии трудно не беспокоиться.

Когда я повернулась, чтобы уйти, Виктория снова заговорила:

— Я действительно хочу знать, как у вас дела, когда родится малыш. Я постараюсь быть хорошей бабушкой, если ты мне позволишь.

— Хорошо, — сдержанно ответила я, хотя я ещё не была готова полностью принять её в свою жизнь. — До этого времени попрошу меня не беспокоить.

Забирая сумку