— Я со скепсисом посмотрела на Брюзгу. — Напомни мне, мой дорогой друг, медиумы же у нас относятся к некромантам? То есть к запрещённому виду магии?

— Ну не совсем. — Домовой переминался с ноги на ногу и одновременно покачивал головой, отчего напомнил мне потешный болванчик. — Запрещённая некромантия — это поднятие мёртвых, создание вампиров, упырей и чумных трупоходов. А медиумы... Это болтовня с призраками, которые никак не уйдут в Вечный Сон. На грани с некромантией, но закон их не запрещает. Может, потому, что единственное, что они делают — это развлекают публику. Ну а кто откажется поболтать с любимой бабушкой?

— О! Добрые старые шарлатаны! Великие Боги, как же я по ним соскучилась! Скажи, Брюзга, а ты веришь в подобные фокусы?

Домовой издал звук, похожий на карканье вороны.

— В призраков верю. Особенно в тех, которые устраивают у нас бал в последний четверг каждого месяца. А вот в эту сиятельнейшую мадам Ровену — нисколько. Сами знаете, призраки скорее заманают своими капризами, нежли появятся по велению некой мадам. А, стал быть, шарлатанка она.

— Вот и я так думаю. — Я хмыкнула, сложила письмо и убрала его в конверт.

Брюзга озадаченно почесал бороду и склонил голову набок.

— Так как поступите, миледи? Пойдёте или передать отказ?

Я задумалась, постукивая пальцами по столешнице.

С одной стороны, сестры Фурс были специфичными особами. Любопытными, как сороки, падкими на сплетни и с сомнительным вкусом в одежде. Попасть в их общество — это, значит, терпеть неиссякаемую болтовню Клары и едкие замечания Лары.

Но, с другой стороны, это была возможность выбраться из дома. Я не так часто куда-то выходила, да и друзей у меня особо не было. Весь круг общения состоял из возницы, горничной, домового и всего дома. Но мне нужно было как-то влиться в местное общество. И если сёстры Фурс пригласили на спиритический сеанс, то почему бы не воспользоваться? Тем более, Брюзга сказал, что медиумы любят развлекать народ. Да и подглядеть, как организовывают свои салоны медиумы, мне тоже не помешает. Особенно если я собралась открывать свой салон.

— Знаешь, Брюзга, — медленно проговорила я, и губы сами растянулись в улыбке, — пожалуй, я схожу. Ради интереса. Посмотрим, на эту чудо-женщину, способную вызвать призрак дедушки. Ответь посыльному, что я с радостью принимаю приглашение и заеду завтра за сёстрами в четверть шестого.

Домовой хмыкнул и скрылся за дверью.

***

На следующий день ровно в четверть шестого я уже стояла перед знакомой калиткой дома номер триста тридцать девять на Тенистой улице.

Как и все дома в этом районе, особняк сестер Фурс выглядел аккуратными и респектабельным, со свежевыкрашенными в бирюзовый цвет окнами и ухоженным палисадником за кованым забором. Несмотря на первые осенние дни, на клумбах распускались поздние розы – алые, розовые и белые.

Калитка распахнулась, и на улицу, словно два разноцветных флага, вышли сестры Фурс. Клара сияла в очередном режущем глаза розовом платье с таким количеством оборок, рюшей и искусственных цветов, что невольно создавалось впечатление, что она нарядилась в цветочную клумбу. На голове была шляпка со страусовыми перьями, окрашенными в тот же агрессивный розовый цвет, что и платье. Лара же наоборот предпочла более сдержанное коричневое платье. Правда, с чудовищным количеством кружев. Они пенились на воротнике, манжетах и подоле, отчего старшая Фурс была похоже на бокал с капучино.

Карл распахнул дверцу и помог обеим сестрам взобраться в экипаж.

— Леди Миррен! — устраиваясь напротив меня, Клара всплеснула пухлыми руками в белых перчатках. Её круглое, румяное лицо мгновенно расплылось в восторженной, до ушей улыбке. — О, как же мы рады, что вы приняли наше приглашение. И что любезно предложили воспользоваться вашим экипажем.

— Опасались, что сочтёте нас чересчур навязчивыми, — с деланной скромностью добавила Лара, окидывая меня оценивающим взглядом.

— Что вы, что вы! — я изобразила радушие, натянув светскую улыбку. — Я с большим удовольствием приняла ваша приглашение. Тем более, хочется посмотреть на известного медиума Норстрии.

Послышался щелчок кнута, и экипаж медленно покатился по улице.

— О, мадам Ровена просто потрясающая! Невероятная! Уникальная! У неё такой редкий дар. В прошлом месяце она предсказала Ларе, что та в ближайшее время встретит высокого, загадочного темноволосого незнакомца! И представьте себе наше изумление: ровно через неделю мы действительно встретили на городском рынке высокого темноволосого мужчину! Торговца заморскими тканями. Совпадение потрясающее!

— Который, к слову, оказался женат, — сухо вставила Лара, выпрямившись так, словно проглотила шест. — И имел пятерых шумных детей и беременную жену. И тёщу, живущую с ними.

— Ну… это детали, — отмахнулась Клара, как от назойливой мухи. — Мелкие несущественные детали. Главное ведь, что само предсказание в целом сбылось! Высокий, темноволосый незнакомец! Три из трёх!

Я из всех сил старалась сохранить серьёзное выражение лица и еле-еле сдержала предательский смешок, угрожающий вырваться.

«Высокий темноволосый незнакомец на рынке, — мысленно хихикнула я. — Невероятное совпадение! Наверное, один на миллион. В портовом городе, куда ежедневно прибывают сотни торговцев и моряков. Ну-ну…»

Примерно через полчаса мы свернули на Яблоневую Аллею, которая встретила нас уютными особняками, утопающими в зелени садов. Здесь жили те, кто мог позволить себе спокойную жизнь вдали от портовой суеты — отставные военные, врачи, преуспевающие торговцы средней руки и вдовы с приличным наследством.

Дом номер тридцать семь выделялся даже на этой респектабельной улице. Трёхэтажный особняк из светлого камня с башенками по углам, балконами с коваными решётками и витражными окнами. Вокруг раскинулся ухоженный сад с подстриженными газонами и розариями.

Над входом красовалась вывеска из полированной латуни: «Спиритический салон мадам Эсмеральды Ровены. Сеансы по предварительной записи».

Экипаж остановился у кованых ворот. Я выбралась наружу, поправила складки тёмно-синего платья и взяла трость с драконьей головой.

— Ничего себе размах, — присвистнула я, разглядывая особняк. — Видимо, общение с мёртвыми приносит неплохой доход.

Закрыв дверцу за сестрами Фурс, Карл мрачно хмыкнул и, подойдя ближе, тихо сказал:

— Обман доверчивых простаков всегда был прибыльным делом, миледи. Чем больше пафоса и мистики, тем охотнее люди несут деньги.

— Леди Миррен, вы идете? — окликнула меня Клара, остановившись возле калитки.

— Иду, — отозвалась я и повернулась к Карлу. — Можешь отдохнуть в ближайшей таверне. Не думаю, что сеанс затянется дольше двух часов.

— Я подожду здесь, — упрямо ответил возница, скрещивая руки на груди.

Не стала спорить. Всё равно бесполезно.