герцог должен исполнить свой долг перед нерождённым сыном, — голос Элоизы дрогнул. — Я так плакала! Так плакала…

Я покосилась.

Киньяр слушал внимательно, но, похоже, в пересказе история была довольно безопасной.

— Анжелина приняла решение покинуть остров, оставив возлюбленного этой змее! И уйти в монастырь.

Бедный монастырь.

— Но по дороге на корабль напали пираты…

И пираты тоже бедные.

— Их главарь, Ворон Великолепный, на самом деле королевский бастард, мать которого сбежала из дворца, спасаясь от мести королевы. Так вот, он собирал флот, чтобы вернуться и заявить свои права на трон.

Но на свою беду встретил неубиваемую Анжелину.

А я знала, что пиратство до добра не доводит. Проплыл бы себе мимо и жил бы спокойно.

— Да, пожалуй, я поспешила, — баронесса посмотрела, как Киньяр смахивает слезинку мизинцем. — Два мечтателя в одной семье — это несколько чересчур. Хотя… ваш брат маг?

— Огня.

Лютик, вернувшись, уселся под креслом. Взгляд его ярко-голубых глаз был прикован к бульдогу.

— Сочувствую, — сказала баронесса, проявив немалое понимание ситуации.

— … и стоило ему увидеть Анжелину, как чёрная страсть овладела им. И он пожелал взять её в жёны… — выдохнула Элоиза и куда спокойнее добавила. — Обещают, что к осени выйдет следующая книга, будет называться «Разящая невинность».

Прям даже интересно стала, чем она разить будет. Хотя совсем уж откровенное безобразие нынешняяя цензура не пропустит.

— И я состою в клубе анонимных почитательниц тэры Лаэр Оллефейр.

Это ещё кто такая?

— Мы обмениваемся письмами, строим разного рода версии, — Элоиза разгладила складочки на юбке. — А когда мы жили в столице, тётушка разрешала посещать встречи. Это было так интересно!

— С самой Лаэрой Оллефейр? — братец произнёс это имя с таким благоговением, что последние сомнения отпали. Небось, автор этой чудо-эпопеи.

— Что вы, — Элоиза рассмеялась.

И надо же, вовсе она не бледная мышь. Обычная девушка, даже, как по мне, миловидная. Её бы переодеть и в целом вывести из-под заботливой, но чересчур уж тяжёлой руки тётушки.

— Или вы не знаете?

— Чего не знаю?

— Никто и никогда не видел Лаэру Оллефейр! Это на самом деле псевдоним! А кто под ним скрывается, это… это тайна! Большая! И мы тоже строим предположения, но, к сожалению, подтвердить или опровергнуть их не выходит. Знаете, в позапрошлом году, когда новую книгу стали выпускать главами в «Дамском журнале» мы даже дежурили у дверей издателя. Сменялись каждые два часа.

— И? — Киньяр даже вперёд подался.

— Записывали всех, кто входит и выходит. И устанавливали личности, — Элоиза прижала кулачки к груди.

Даже как-то страшновато стало.

— Нам удалось выяснить, что рукописи приносит курьер, и даже проследить за ним!

— И?

Вот и мне интересно стало.

— А получал он их из дворца! — это было произнесено важно и со значением. — И теперь мы думаем, что это, возможно, Её Величество пишет. Поэтому и скрывается, чтобы никто не понял. Вот! И на очередном собрании мы постановили, что будем уважать это желание анонимности. И вообще именно тогда и стали клубом анонимных почитательниц и теперь на встречи приходим в масках! И псевдонимы используем! Как тэра Оллефейр! Потому что вдруг, если вскроется всё, то скажут, что невмочно королеве писать книги. И запретят.

— Это будет просто ужасно!

— Именно! И мы тогда не узнаем, какая у Анжелины с герцогом будет свадьба…

— А думаете, что будет?

— Конечно! Она ведь любит его! Истинно любит! Конечно, находятся те, кто утверждает, что она теперь полюбит Ворона и силой своего чувства излечит его раненую душу.

И почему я продолжаю это слушать?

— Но я, признаться, не согласна. У неё же к герцогу истинная любовь! Как можно променять его на какого-то там…

— Согласен! Я тоже верю, что такое чувство выдержит все испытания.

— Я рада, что вы так думаете! Потому что мы с девочками даже поспорили! И я поставила на то, что подлая предательница умрёт при родах, а герцог, получив свободу, бросится искать Анжелину и спасёт её! И тогда они буду жить вместе долго и счастливо.

На месте герцога я бы бросилась в другую сторону.

— К слову, в клубе можно получить книги ещё до того, как они появятся в лавках! Для нас издают особый тираж. Надо только подписаться на него! И почтой они тоже рассылают! Правда, получается чуть дороже, но тётушка позволяет мне…

— Лучше бы она на ленты тратила, — пробурчала тётушка, впрочем как-то уже спокойно, что ли. И улыбка мелькнула мимолётная, снисходительная, но в то же время выдающая, что племянниц она всё-таки любит.

По-своему.

И потому, пусть хмурится, ворчит, но не запрещает читать странные книги.

— И если хотите, я дам вам адрес… хотя, конечно, — Элоиза чуть покраснела. — Мужчин у нас нет, но… мне показалось, что вы действительно увлечены.

— Весьма, — подтвердил Киньяр, вскочив.

— И жаль, что вам не покупают книги. Но у меня четыре последние есть с собой. Хотите?

— Нет! — выдавила я, но Киньяр радостно перебил:

— Буду рад!

Чтоб вас!

Я пнула братца.

— До крепости чтоб не открывал, ясно?

— Что? — он моргнул и, наконец, соизволил вспомнить, где находится.

— Сперва мы доезжаем до места, а потом ты уже читаешь про свою эту… невинность.

Крепость каменная, я узнавала. Глядишь, как-нибудь и выдержит страсти по Анжелине.

Глава 17

Глава 17 О магических животных и некоторых совпадениях, которые порой случаются в жизни

Тяжело представить, как профессор Снейп отрезает сове волосы.

О некоторых неочевидных сложностях содержания волшебных животных.

В коридоре меня перехватил служащий.

— Господин, там… ваш жеребец… — сказал и замялся.

— Сбежал? — подсказала я, прикидывая, когда бы Скотина сумел провернуть этакий фокус. — Или украли?

— Н-нет! Что вы! Он здесь, но… он ест!

— С лошадьми это случается. И обратный процесс тоже.

— Нет, нет, господин, — служащий замотал головой. — Он двери денника ест. Дерево.

— Бывает и такое. Вы ему зерна насыпьте. Он обычно дерево начинает жрать, когда голодный. А так-то зерно предпочитает. На худой конец, сено. Вы его вообще кормили?

Между прочим, в билете было написано, что лошадей тоже будут кормить. Причём обещаны были и сено, и овёс с пшеницей, и даже яйца на завтрак и свежее пиво. Потому и стоил билет Скотины почти столько же, сколько наш.

— Д-да, но… — служащий отвёл взгляд.

Понятно.

Нет, на пиво я изначально не рассчитывала, будучи реалистом от рождения. Но овса-то могли бы и выдать.

— Значит, мало кормили, — в этом я даже не усомнилась. Небось, порции располовинили. — Пойдёмте, я посмотрю, что вы ему сыплете.

— Дело в том… — служащий замялся и отступил на шажок. —