Госпожа Хан, не отрываясь, смотрела на фото девушки и, казалось, совсем не слушала сержанта Пака, но после того, как он упомянул найденную страницу, женщина заметно напряглась.

– Госпожа Хан, как хорошо вы знаете участников вашего собрания? – задал вопрос Джинхо, и после этого женщина наконец-то перестала рассматривать фотографию и перевела взгляд на сержанта.

– Собрание «Потерянные души» не зря носит такое название, – заговорила она, и голос её вновь стал тихим и размеренным, – каждый из нас потерял часть души, когда Ким Минсок забрал у нас тех, кто был нам неимоверно дорог. Горе сопровождало нас повсюду, продолжать жить дальше с расколотым сердцем и в одиночку справляться со всем было очень тяжело. Поэтому, когда мы нашли друг друга в этом общении, это дало нам поддержку и смысл существования.

Меня так и подмывало спросить госпожу Хан, как они нашли в моей книге исцеление и почему превратили обычную группу поддержки в культ, но Пак Джинхо заметил, что я едва сдерживаюсь, и положил свою ладонь на мою. Я повернула голову и увидела, как он слегка мотнул головой, словно говорил, что сейчас не время для выяснения отношений. Убедившись, что я держу себя в руках, Джинхо убрал свою тёплую ладонь.

– Не все, кто пострадал от действий Ким Минсока, были на собраниях, – продолжала госпожа Хан, – некоторые предпочитали переживать своё горе в одиночестве. Я понимала их и не настаивала на присутствии, но двери собрания всегда были для них открыты. Случалось, что приходили люди, которые не имели отношения к этой трагедии. Например, репортёры, хотя они быстро потеряли к нам интерес.

– Ким Санхи не была репортёром, – тихо сказал Джинхо, и госпожа Хан внимательно посмотрела на него.

– Нет, не была, – согласилась женщина, а затем добавила: – Но она хотела удовлетворить своё любопытство.

Мы переглянулись с Джинхо.

– Что вы имеете в виду? – спросила я.

– Эта девушка никак не связана с трагедией, устроенной Ким Минсоком, но она питала серьёзный интерес к тому, какие люди посещают собрания и чем конкретно мы занимаемся. – Она остановилась, сглотнула и затем продолжила: – Если вы попросите меня объяснить её поведение, я не смогу назвать какие-то конкретные причины. В современном обществе есть люди, которые любят рассказывать остальным нечто такое, что вызывает интерес остальных, благодаря этому они становятся центром внимания, и полагаю, им это очень нравится.

– Хотите сказать, что она посещала собрания, чтобы затем сплетничать об этом? – уточнила я.

– Она была у нас трижды, – продолжала госпожа Хан, игнорируя мой вопрос, – последний раз несколько недель назад. Тогда вышел небольшой спор. Один из наших участников сказал, что видел на одном форуме нелестные комментарии Ким Санхи в адрес «Потерянных душ», она пыталась это оспорить, но в итоге я попросила её уйти.

Пак Джинхо нахмурился, и за столиком воцарилось молчание. Я мало что знала о жизни Санхи и о том, каким человеком она была при жизни, поэтому никак не могла подтвердить или опровергнуть слова госпожи Хан. Но к ним хотелось отнестись серьёзно, хотя бы потому, что после смерти дочери глава «Потерянных душ» зареклась разговаривать с полицией. Однако сейчас спокойно выдала то, о чём её спросил сержант.

– Как она попала к вам? – наконец спросил Джинхо. – Вы не давали объявлений, не собирались публично. О «Потерянных душах» знают только родственники и друзья пострадавших. Она имела к ним отношение?

– Её привели братья Сон, – ответила госпожа Хан и опустила голову. – Минки и Хонки хорошие парни. Минки ещё учится в школе, а Хонки на последнем курсе университета. Поступил по стипендии. От рук Минсока пострадала их мать, после этого Хонки замкнулся в себе и на всех встречах всегда молчит.

Она подняла голову, и её глаза блестели от подступающих слёз.

– Не знаю, где они познакомились, но первый раз Ким Санхи пришла с ними, – госпожа Хан посмотрела на меня, – вы видели их, писательница Ким. На том собрании, которое вы посетили.

Джинхо выжидающе посмотрел на меня. Я, в свою очередь, сразу вспомнила двух молодых людей, которых явно привлекла моя личность.

– Помню, – отозвалась я, – они тогда очень заинтересовались мной.

Госпожа Хан слабо улыбнулась:

– Братья весьма любопытны, должна признаться, они сразу узнали вас и после собрания спросили меня, как получилось вас пригласить. Это был первый раз, когда Хонки проявил при мне такую заинтересованность в чём-то.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Мне этот интерес показался вовсе не дружелюбным.

– В тот раз, когда Ким Санхи приходила в последний раз, братья Сон были на собрании? – поинтересовался Джинхо и немного наклонился вперёд.

– Только Сон Хонки, – ответила Хан Юнми. – Минки задержался на дополнительных занятиях. Ему, как и брату, пророчат стипендию по компьютерным технологиям.

Сержант Пак поднялся со своего места и поклонился госпоже Хан.

– Спасибо, вы очень помогли, – затем он повернулся ко мне и сказал: – Нам пора.

Я последовала примеру Джинхо, поблагодарила госпожу Хан и, когда уже отошла от стола, повернулась к ней и спросила:

– Почему вы решили нам помочь?

Глава культа с какой-то тоскливой теплотой посмотрела на меня и ответила:

– Надеюсь, в следующий раз вы поможете мне.

Я отвернулась и поспешила за Джинхо. Не знаю, какую помощь ждала от меня госпожа Хан в дальнейшем, но определённо это будет нечто, что недёшево мне обойдётся.

Сержант стоял на улице и разговаривал по телефону, выглядел полицейский при этом весьма заинтересованным.

– Я понял, будем на месте через час, – проговорил он и, прекратив звонок, обратился ко мне: – Не поверишь, кто вновь хочет с тобой поговорить. Ким Минсок.

* * *

Дорога до тюрьмы «Аньян» заняла больше времени, чем планировал Джинхо, поэтому, когда мы подъехали к месту содержания заключённых, уже стемнело. Сержант припарковался на положенном месте для посетителей, заглушил двигатель и повернулся ко мне.

– Процедура такая же, как и в прошлый раз, – начал он, – заходим, ты разговариваешь с ним в переговорной, и выходим. Если ты передумала, можем уехать.

– Нет, не передумала, – ответила я и внимательно посмотрела на сержанта, – это какое-то очень удачное совпадение, что Минсок напомнил о себе именно в тот момент, когда госпожа Хан заговорила с полицией.

– Согласен. Подозрительно удачный момент.

Я нахмурилась:

– Возможно такое провернуть? Организовать себе информационную сеть, когда сам отбываешь пожизненное?

– Изобретательность людей порой может очень удивить, – ответил Джинхо, – а Ким Минсок невероятно подкован в этом вопросе.

Я кивнула, соглашаясь со словами сержанта. Заключённый Ким действительно являлся весьма изобретательным человеком. Порой мне казалось, что его смогли поймать только потому, что он