быть в этом моменте и больше ни о чем не думать.

Специально не смотрю на Артема.

Но чувствую на себе его обжигающий и тяжелый взгляд.

— Нам скоро выезжать, Оксана. Давай завтракать.

Он наконец прерывает тишину.

Отводит глаза, когда я оборачиваюсь. Делает вид, что рассматривает что-то там вдали.

— Нас ждет большая программа?

Я с жадностью набрасываюсь на еду.

Снова поддаюсь легкости и наслаждению. Прикрываю глаза, чувствуя, как невероятно вкусный завтрак взрывается вкусом на языке.

Пожалуй, в мой аромат я добавлю что-то клубничное. И капельку корицы. И отдаленный аромат взбитых сливок.

— Даже не представляешь, насколько.

Артем отвечает без улыбки.

Абсолютно ровным тоном. С таким же непроницаемым каменным лицом.

Мы заканчивает с едой в тишине.

Отставляем приборы синхронным жестом. Допиваем кофе.

— Оксана.

Артем взъерошивает волосы, погружаясь в них всей пятерней.

И только этот жест выказывает его волнение.

— Прости. Я сорвался. Этого не должно было произойти.

— Не стоит извинений. Все в порядке, Артем.

— Хотя где-то я все же прав, ты не считаешь? Ты и правда должна мне эту брачную ночь!

Я отворачиваюсь, скрывая улыбку.

— Я не жалею, Артем. Правда. Не стоит волноваться.

— Подожду тебя внизу.

Артем поднимается.

На миг его взгляд вспыхивает знакомым всплеском вчерашней ночи.

Но лишь на миг. И сразу же его лицо вновь становится непроницаемым. Но я успеваю заметить, как крепко сжимаются его челюсти.

Я киваю и еще немного сижу, глядя на красоту перед собой. Правду говорят. В этом удивительном городе даже воздух особенный.

Не тороплюсь, собираясь, хоть и помню, что нас ждут. Там, внизу, не только Артем. Но и его отец с семьей. И еще немногие оставшиеся гости. Самые близкие, насколько я понимаю.

Надеваю неброское, но очень элегантное платье.

Обтягивающее в талии с широкой юбкой. Подчеркивающее грудь и на завязках вокруг шеи.

Делаю круг вокруг своей оси. Не удерживаюсь. Оно будто создано для того, чтобы в нем кружились!

Сегодня я не заморачиваюсь с макияжем. Просто провожу блеском по губам и несколько раз тушью по ресницам. Щеки и без того горят.

Хотя тональным кремом все-таки приходится воспользоваться.

Артем оставил свои отметины. Вырез платья на груди практически прикрывает их, но все же решаю подстраховаться. Вдруг ткань сползет? Приходится замазать.

Надеваю удобную обувь. После вчерашних высоких каблуков мягкие белые кроссовки просто как тапочки! Насколько я поняла, ходить нам предстоит много!

Бросаю последний взгляд в зеркало и остаюсь удовлетворенной.

Такой вид подойдет и для изысканного ресторана и для прогулок по мостам, о которых я до сих пор мечтаю.

Даже подмигиваю своему отражению в зеркале.

Сейчас никто не поверил бы, что у меня пятилетний сын, даже я сама! Я выгляжу почти как в восемнадцать!

— С добрым утром, госпожа Громова.

Марат расцветает, когда я спускаюсь.

Придерживает меня за локоть и быстро целует в щеку.

— Надеюсь, мой сын тебя не обижал?

Он хищно окидывает меня внимательным взглядом. От таких глаз точно ничего не сможет скрыться.

— И как этому молчуну удалось очаровать такую красавицу?

Марат даже прицокивает языком.

Замечаю, как ноздри стоящего в стороне Артема начинают раздуваться. Мне смешно. Разве я могу воспринимать его отца как… Как возможного соперника для Артема?

В этом плане меня больше беспокоит жена Марата, Лиля. Но она уже подходит к нам с очаровательной улыбкой.

— Мой муж иногда бывает деликатным, как медведь. Я ему сто раз говорила, что не стоит мешать молодым на следующее утро после брачной ночи! Но если он что-то решил, то… Уже и танком не сдвинешь! Так что прости за это, Оксана.

— Я ее спасаю, — фыркает Марат, жадно притягивая свою красавицу-жену к себе за талию. Он с шумом втягивает воздух у ее шеи, и я понимаю, что бурная ночь была явно не только у нас с Артемом. — Ты посмотри на нее. Она как после драки!

Я заливаюсь краской. Потому что Марат безошибочно переводит взгляд именно на те места, которые я так старательно замазывала после этой бурной ночи.

— Так что о тебе забочусь, девочка. Знаю нашу породу. Ничего. Мы ночью или завтра уедем уже. У вас будет полно времени, чтобы побыть вдвоем.

— Только не забывай его вытаскивать из номера, милая, — Лиля по-доброму улыбается, бросая лукавые взгляды на Артема. — Я тоже прекрасно знаю эту породу. Ты с ним можешь и не успеть посмотреть Париж!

— Я постараюсь.

Снова краснею.

Не привыкла обсуждать такие вещи ни с кем. Даже если мы семья. Даже если это просто дружеское подшучивание.

— Папа! На ручки!

Малышка Рада требовательно дергает Марата за штанину.

И я снова поражаюсь, какой нежностью вспыхивают глаза этого сурового мужчины.

Он подмял под себя столицу. Но уверена, что эта крошечная красавица вьет из него веревки. Судя по его взгляду!

— Давай, моя радость!

Он забрасывает малышку себе на плечо. Она счастливо заливается смехом и крепко обнимает его шею обеими ручонками.

Снова перевожу взгляд на Артема. Не могу не думать, не представлять, каким он был бы отцом!

— А я уже взрослый, — сообщает появившийся из-за спины отца Самир. — Я сам могу хоть целый день пешком ходить! Потому что я сильный! А еще у мня есть невеста. Марточка. И я ее защищаю!

— Ого!

Я улыбаюсь, наклонившись над Самиром.

Он такой серьезный. Мой Тимур все же не такой.

— Пойдем. Жених уже заждался и сейчас дым из ушей пускать начнет. Но эта прогулка не зря. Привыкай к детям, Оксана. Я уже говорил, что жду целый дом внуков? У меня, кстати, очень большой дом!

— Марат, — Лиля, смеясь, одергивает его.

Разводит руками, красноречиво глядя на меня. Как бы напоминая, что она предупреждала о выдающейся деликатности отца Артема.

А вот и он сам. Не дождался, пока я вырвусь из кольца его семьи.

Подходит сзади. Двумя руками обвивает мою талию, переплетая пальцы на животе.

Это игра. Это все для них. Спектакль. Артем дико жалеет, что сорвался этой ночью. И злится на себя.

Но как объяснить это бабочкам, которые уже взметнулись в животе?

Мое сердце начинает биться где-то в самом горле. Кажется, это слышат все вокруг.

Внизу живота начинает жадно пульсировать. Даже физическая память об этой ночи срабатывает безотказно. Рефлекторно укладываю ладони на его переплетенные пальцы. Судорожно вдыхаю воздух. Его вдруг становится мало.

— Наверное, это и правда была не самая хорошая идея насчет прогулки.

Вдруг басом рявкает Марат.

Никак не могу привыкнуть к этому его грубому командному голосу.

— Нет, все нормально. Мы с удовольствием прогуляемся. Ведь мы