мне. Отчего сердце замирало, а потом начинало вразнобой трепыхаться. Или так действует на маленькую мышку близость большого хищника?!

Но раз выпала редкая удача – поговорить о наболевшем, нужно ею воспользоваться. Я мысленно выдохнула, сосчитала до трех и начала.

- Простите, Илья Никитич. Но даже Аришка сказала, что Тина меня обижает. Почему бы ей не проявить интеллигентность? Я же не нанималась в девочки для битья!

- Аришка так сказала? – изумился он, кажется, проигнорировав мою претензию.

- А что вас удивляет?! Она ж не рыбка гуппи! Она все видит и понимает.

- Удивляет то, что она разговаривает, - Дежнев нервно скомкал салфетку, Очевидно, внутри у него происходила какая-то борьба.

- Она разговаривает только тогда, когда эмоции переполняют. Но очень коротко. Пару предложений, - смирившись с тем, что моя жалоба осталась без внимания, пояснила я. И, как оказалось, не зря. Я не спугнула минуту откровения.

- Маша, - тихо произнес Дежнев. – Я тоже не рыбка гуппи и вижу твои осуждающие взгляды. Ты считаешь, что я, как отец, не уделяю Аришке внимания. И ты права. Но я не знаю, как это делать. – Он помолчал, собираясь с мыслями, и продолжил. Медленно, будто слова давались ему с трудом. – Дело в том, что она появилась у меня недавно. И она не моя родная дочь. Возникли обстоятельства, которые вынудили меня взять ответственность за этого ребенка. Аришка жила с бабушкой. И однажды та пошла в магазин, заперев девочку в доме. По дороге ей стало плохо. Ее увезли на скорой, но она скончалась. И Аришка почти двое суток просидела одна в закрытом доме. Пока соседка не всполошилась. Поэтому она замолчала.

Мне показалось, что, выдав эту информацию, он даже вздохнул с облегчением.

А я сидела, как пришибленная, с трудом переваривая услышанное. И я еще жаловалась на Судьбу и свое нищее детство?!

- Поэтому я вас, Маша, очень ценю, - вдруг опять он перешел на «вы». - Аришка, видимо, чувствует себя в безопасности рядом с вами и оттаивает потихоньку. Я сначала затаскал ее по врачам и психологам, но становилось только хуже. Пока один седовласый старичок не сказал: «Вы не даете ей привыкнуть к одной обстановке, а выдергиваете и пугаете новыми людьми!»

Дежнев замолчал, а у меня опять сорвался с языка вопрос, по всем параметрам неудобный для него.

Но сдержаться было выше моих сил.

- Илья Никитич, а почему вы ко мне то на «ты», то на «вы» обращаетесь. И пугаете уже меня.

Дежнев наклонил голову, пытаясь спрятать смущенную улыбку, потер подбородок и, наконец, ответил.

- Для меня это тоже загадка, - и какой-то мальчишеский блеск мелькнул в его глазах. – Хотя… Попробую объяснить. Разве можно обращаться на «вы» к глупой девчонке, которая поперлась в палату к озабоченному мажору?!

Не дав ему продолжить, я возмутилась:

- Вообще-то я выполняла свою работу! Старшая велела мне убрать в его палате, и я пошла.

Я даже непроизвольно скрестила руки на груди, защищаясь от возможного ответного выпада. Но Дежнев подарил мне долгий изучающий взгляд.

- Извини. Я не подумал об этом.

Отболевшая обида за то, что он принял меня за легкомысленную девицу, снова всколыхнулась в душе, и уши загорелись от расстройства. Сейчас, как никогда раньше для меня важно было, что он обо мне думает.

- Ну и потом, когда я вытащил тебя из полиции, где сидели другого сорта Снегурочки, «вы» было бы нелогично. Но меня восхитило, что ты пожертвовала личной жизнью, чтоб помочь подруге. Знаешь, в моем мире это нонсенс.

- Фиговый у вас мир, значит, - буркнула я.

- Ну как тебе сказать, - начал он и беспомощно развел руками. – До твоего появления я так не думал. Ты сбиваешь все мои настройки. Когда я с тобой разговариваю просто так, можно сказать по-дружески, у меня автоматически получается «ты». А когда я отмечаю твой профессионализм и достойные личностные качества, кроме как «вы», не выходит. Оно само. Этот вопрос надо еще обсудить…А пока предлагаю прокатиться до Розы пик. Вы же туда не поднимались?

- Нет, - помотала я головой. – Алекс сказал, что нам времени не хватит.

При упоминании Алекса губы Дежнева на мгновение превратились в тонкую нитку, затем разжались. Он понимал, что Аришке необходимо иметь как можно больше знакомых, которые у нее не вызывают опасения. А Алекс еще и специалист. Да и парень неплохой. И в то же время я видела, что ему неприятно его присутствие рядом со мной. Я ничего не «намечтываю» себе насчет отношения Дежнева к своей особе. Но выражение его лица нельзя толковать двояко. Он не рад.

- Тогда предлагаю Алекса сегодня освободить от роли утреннего инструктора. Поедем втроем. Зайдем в кафе. Там кстати очень хорошие десерты. Ты же любишь сладкое, - он как-то неоднозначно усмехнулся. То ли с осуждением, то ли с одобрением. Выяснять я не стала. Может, он и говорит всем, что идеальные параметры Тины ему нравятся. Но взгляды, которыми он одаривает мой бюст, свидетельствуют об обратном. А на капусте, господин Дежнев, такие формы не наешь!

А вот что интересно. Читала, что большая грудь нравится чаще всего тем мужчинам, которые мало зарабатывают и имеют низкий социальный статус. Якобы с древних времен мужчина был главным добытчиком, и на подкорках его сознания засела мысль, если женщина в "теле", значит, она не голодает и доставать много еды ей не нужно.

К Дежневу это никак не относится. Зато другое исследование выявило, что заметная грудь привлекает тех представителей сильного пола, которые мечтают иметь детей. Может, он пялится бессознательно?! Следуя инстинкту продолжения рода?

Но этот вопрос я точно не задам.

Вернулись Алекс с Аришкой, которая прижимала к себе трофей – миленькие пуховые варежки. Вещи, связанные местными жителями, продавались в магазинчиках наравне с сувенирами. Они несли особую энергетику и, я видела, охотно покупались туристами.

То, что Алекс купил варежки Аришке, характеризовало его как заботливого и не прижимистого человека. Но вот ребенка как-то надо научить не соглашаться на такие предложения. И я уже открыла рот, чтоб сделать замечание, как Алекс меня опередил, будто прочитав мои мысли.

- Поскольку я почти официально тренер Аришки, за хорошую подготовку сделал ей подарок.

Я метнула взгляд на Дежнева и поймала быстро слившийся с лица след досады. Сам-то он не додумался завести ребенка