в шпионских боевиках? Потому что те тайны, которые витают вокруг всей этой ситуации, именно о подобных фильмах и навевают мысли, – говорю спокойно, но с ноткой иронии. Сейчас, когда удивление от появления Клима сошло на нет, меня вновь посещает хорошее настроение.

– Увы, но я не шпион, не частный детектив с нужными связями, и не имею никакого отношения к органам правопорядка. Поэтому в моем распоряжении лишь вопросы к людям, знающим Руслана. И вы в их числе.

– Какая жалость! Клим, как думаете, стану ли я помогать человеку, который спустя год забвения вытащил на свет божий одну из самых неприятных ситуаций в моей жизни?

– Еще раз подчеркну – мне очень жаль, что причиняю вам дискомфорт. Адрес Ветрова или номер его телефона. И я перестану вас доставать. Клянусь, – поднимает он правую руку вверх.

Закатываю глаза и вздыхаю. Что-то подсказывает – Клим не отстанет от меня, пока не получит желаемое. Он не грубит, не выказывает агрессии, мил и дружелюбен, но частые встречи с ним счастливой меня не делают.

– Я оставила телефон в номере, – недовольно морщусь. – После обеда позвоню свекрови и узнаю номер Ветрова. Оставьте свой, сброшу цифры сообщением.

Он радостно хлопает ладонями по бедрам и встает.

– Минутку, я сейчас.

Он отходит к стойке бара, видимо, чтобы попросить бумагу или салфетку у бармена. Я тоже поднимаюсь с шезлонга, вновь бросаю полотенце на его верхушку и оглядываюсь в поисках Ани. Подруга все еще играет в мяч неподалеку от меня. Мы встречаемся с ней взглядами, я машу рукой, а она отвечает, жестом предлагая присоединиться. И в этот же момент ей дают пас, который она машинально отбивает в мою сторону.

Я уворачиваюсь от мяча, понимая, что не успеваю его отбить. Левая нога вязнет в песке, и я начинаю заваливаться назад, но меня ловят, поддерживая за талию.

– Простите, – с улыбкой произношу и оборачиваюсь, чтобы поблагодарить своего спасителя. Которым, естественно, оказывается Клим.

– Прощаю, – подмигивает он, – и не стоит благодарности.

Он выше меня, и приходится чуть запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Мне неловко от того, что мы находимся так близко друг другу. И неловко от своих ощущений. Аромат его древесно-цитрусового парфюма оглушает, как и прикосновение теплых ладоней к моей обнаженной коже.

Вблизи его глаза не такие темные. Сейчас они приятного орехового оттенка и поблескивают озорной усмешкой. Щеки начинают гореть от смущения, я торопливо делаю шаг назад, а Клим протягивает мне клочок бумаги с номером телефона.

– Буду ждать ваше сообщение.

Сжимает мою ладонь, словно убеждается, что я взяла номер, улыбается и уходит. Бросаюсь к шезлонгу и торопливо запихиваю клочок бумаги в карман шорт, как неприглядную улику, которая может опозорить меня в глазах окружающих.

– Это был Клим? – доносится позади голос Ани. Подруга подлетает неожиданно и кладет мокрые ладони мне на плечи, заставив вздрогнуть и поежиться. – Что он опять хотел.

– То же, что и вчера. Ольга Михайловна дала ему от ворот поворот. Я пообещала, что узнаю номер Руслана и пришлю ему.

– А что со старым номером Ветрова? – хмурится подруга.

– Понятия не имею. Я не звонил по нему и давно удалила. Наигралась? – перевожу тему, обернувшись и наградив Аню улыбкой. Даже если она и замечает мое нежелание продолжать разговор на тему Руслана, то вида не подает.

– Вообще, я как раз пришла позвать тебя к нам. Хватить куковать на берегу. Идем, растрясешь жирок. А то шведский стол до добра не доведет. – Аня тянет меня к воде и заговорщицким шепотом сообщает: – И там есть парочка свободных парней, достойных нашего внимания.

– Прямо-таки достойных? – смеюсь я, послушно заходя в море.

– Весьма, Ксеня, весьма. Так что улыбаемся и машем. Вдруг перепадет двойное свидание?

– Говоришь так, будто дома тебе не хватало мужского внимания, – качаю я головой, пока мы по пояс в воде бредем к компании девушек и парней, перебрасывающих друг другу надувной мяч с арбузной расцветкой.

– Улыбаемся и машем, – повторяет Аня, и я, вздохнув, натягиваю улыбку, которая через пару минут перестает быть фальшивой.

Пару часов мы не вылезаем из воды. Играем в мяч и даже не замечаем, когда эта игра превращается в какие-то безумные догонялки. Визжим, плескаемся и хохочем как дети, не испытывая никакого дискомфорта от того, что компанию нам составляют незнакомые люди, имена которых мы даже не пытаемся запомнить.

После отдыха на пляже и сытного обеда, состоящего из огромного количества свежих морепродуктов, мы заваливаемся в номер и падаем на кровати. Сон наваливается мгновенно, в теле приятная слабость, а в голове – пустота.

Боже, как хорошо иногда отдыхать! Никаких забот, никаких переживаний и дел. Сплошное безделье и чувство расслабленности.

Из-за задернутых штор, которые не пропускают в номер солнечные лучи, мы дрыхнем почти до шести часов. Первой просыпаюсь я, неохотно сползая с кровати и двигаясь в сторону душа. Не покидает желание заказать еду в номер и провести вечер в позиции лежа, за просмотром сериала или глупой романтической комедии. Однако я хорошо знаю Аню, она не забудь про мое обещание посетить сегодня вечером какой-нибудь клуб.

О своем обещании Климу вспоминаю лишь когда спотыкаюсь о свои шорты, которые я скинула по возвращению в номер. Все же иду в душ и возвращаюсь, когда Аня уже сидит на кровати и сонно хлопает глазами.

– Проснулась? Дуй купаться, иначе на ужин опоздаем.

– А клуб? – подтверждает этим вопросом подруга мои предположения о ее хорошей памяти.

Улыбаюсь и киваю, мол, естественно, куда же без клуба. Аня мгновенно приходит в себя и летит в ванную, а я беру лежащий на тумбочке телефон. Проверяю уведомления, отписываюсь родителям, клятвенно обещая завтра прислать порцию традиционных фоточек с отдыха. И сразу после этого неохотно захожу в контакты и набираю бывшую свекровь.

В этот раз Ольга Михайловна берет трубку не сразу. Однако ее голос дружелюбен, и она даже не удивляется моей просьбе дать номер Руслана. Скидывает его сообщением, которое я тут же открываю.

Цифры остались теми же. Я помню их наизусть. Смотрю на въевшийся в память номер и ощущаю фантомную боль. За ребрами царапается тень эмоций, связанных с Русланом. Зацикленных на нем.

Вздрагиваю, когда дверь ванной хлопает, и в комнату метеором влетает Аня. Она начинает поторапливать меня и сама садится на