из Макдании. Или наоборот? С активными членами сообществ проблема: не сообразишь, кто кого напоминает… Но ощущение беды, даже катастрофы пред лицом камуфляжника отпечаталось тогда в ее душе четко, как оттиск на податливом сургуче под властной бронзой.

После библиотеки и ЛИТО их повлекли в местный краеведческий музей. А Лиза с группой еще не была в гостинице после ночевки в автобусе, так с вещами и таскалась. Директриса музея, ужасающая дама в розовом костюме, лет шестидесяти пяти на вид, принялась окучивать Лизу, вероятно, приняв ее за главную. Зажатая в угол между прялкой и чучелом граммофона, Лиза сдалась и сообщила ей номер своего телефона.

– Вы должны мне сказать, – заявила директриса, – стоит ли мне писать дальше. – И вручила свой сборник стихов, не рукописный, а изданный за счет музея типографским способом.

И началась метель. И случилась пурга. А дальше – счастье и свобода, их перебросили в Тихвин, где работы с местными «творческими» не нашлось. Все хорошо было в Тихвине, и все занимались своим делом. Прекрасный город!

Все поняла Лиза:

– Тебе нужна инициация для Владимира? Нет проблем, в любом моем салоне пройдет, даже скидку сделаю! Будет на всех языках болтать без акцента.

К тому, что произошло затем, Лиза оказалась совершенно не готова. Катя, самоуверенная, самодостаточная некогда, сильно исхудавшая Катя выпала из офисного кресла на пол, поползла к ней по ламинату хрупкими коленками, обтянутыми сильно поношенными джинсами:

– Нет! Не Владимиру! Но помоги!

Лиза растерялась до тошноты. Катя тем временем проползла на коленях разделяющие их полтора метра и цепко обхватила ее за щиколотки, клонясь стриженой головой к ламинату с фактурой небеленого дуба.

– Не дури! – взмолилась Лиза. – Что за страсти! Сядь немедленно в кресло!

Катины речи ей не понравились, Катины речи были сбивчивы и провокационны – ну, этот накал они на реалити-шоу проходили, – но порядок слов, сочетание звуков и даже паузы рождали смысл, который был откровенно опасен, много опаснее тех конфликтов, выстроенных по законам и правилам телеигры.

Выяснилось, что Катя, а это значит, и другие, знала об инициации и Стержне больше, чем Лизе хотелось бы. Катя хотела больше, чем Лиза согласна была дать. Катя просила об особой инициации. Не для себя (это Лиза могла бы понять) и не для своего любовника. Она просила для брата своего любовника.

2

Отношения у Лизы с памятью своеобразные. Хорошо помнила: она плачет от души и от безысходности, а кудрявая Катя заваривает ей чай на общей кухне (под камерами шоу «подглядывания»); мимолетные поглаживания по плечу, незаметные камерам, а она опять плачет; плачет, а Катя смеется на камеру:

– Эмоции и скандалы приветствуют, но дополнительно не оплачивают!

Помнила хорошо, как Катя молчала на общем разборе, не топила, не закапывала, но все же проголосовала против нее – это воспоминание куталось в особые кавычки, денежные. Ясно, всяк за себя, за неплохой доход – без обид.

Катя, гордая, на коленях? С невероятной историей о неземной любви к партнеру по проекту? Нет, не бывает. Но бывшая приятельница настаивала, наслаивала подробности. Умоляла – это неприятнее всего. Лиза собралась с духом: выгнать просительницу! Настолько странным и отвратительным казалось ей Катино нелепое поведение, а вежливости Лиза давно отучилась. Но Катя пробилась-таки, достучалась безотказным способом.

– Мой Володя инициирован, и я тоже – давно уже. Полагаю, доказывать нет смысла. Но его брат, Глеб… Он гений. Клянусь тебе! Его же на реалити-шоу взяли вне конкурса. Он должен пройти инициацию в максимальной близости к истоку. Через меня, через Володю не получится – это все испорченный телефон, через десятые руки, не так сильно подействует. Помоги ТЫ! Ведь ты первая… Глеб глухонемой от рождения. Свой макданский язык по губам считывает, все понимает, и не догадаешься, что глухой. Но у них в семье – неспособность к языкам… А Глебу особенно трудно с его инвалидностью!

Получалось нехорошо, совсем скверно получалось. То ли Катерина прослышала о сакральных вещах – откуда? – то ли на пушку брала и хотела инициации от Лизы. Откуда узнала, что Лиза – первая? В любом случае нехорошо.

Рамка дверного проема изящно заключила в себя оторопевшую Кристину с подносиком, уставленным чашечками, розетками с лимоном и медом и двумя рюмками коньяка. Фарфор задребезжал, но Кристина справилась с удивлением, удержала поднос и нейтрально спросила, не глядя на Катю на полу:

– Что-нибудь еще принести?

Лиза очнулась, пересела на кресло к кофейному столику, попросила не беспокоить их и не беспокоиться. Кристина вышла, демонстрируя стройной шеей и чуть напряженной спиной полное понимание ситуации: ничего особенного, встретились старые подруги. Но все же заметила, исчезая за дверью:

– Я в холле.

Лиза улыбнулась, похлопала рукой по соседнему креслу, словно подзывая домашнего питомца:

– Располагайся, Катя!

Катерина выпила коньяк в два глотка. Лиза тянула кофе и не спешила с вопросами. Сегодняшняя Катя была слабее и хитрее той, в «Дверях настежь». Сегодняшняя Катя не выдержала паузы:

– Лиза, ты знаешь, что Ольга вышла замуж за В. и родила от него? Сейчас они на проекте всей семьей и уходить не планируют: зарплата-то на семью, включая ребеночка, чуть не пол-лимона! В. уже дважды лежал в больничке с нервами, ты бы его точно не узнала: трясется, а как растолстел, прямо-таки дабл вэ. Наша бедная Эллинька нашла покровителя, богатенького, с пожилой женой. Тот купил Элле квартиру в Москве и обеспечивает их с ребенком. У ребенка няня. Хотя я до сих пор не уверена, что это ребенок Эллы, а не ее сестры или другой родственницы… Эллинька месяц через месяц на море летает, в Москве ей холодно. Евгений после Эллы ни с кем не сошелся; едва не загнулся от передоза: он сильно съехал и подсел на тяжелые наркотики, когда его выгнали с реалити-шоу за драки. Редакторов на программе сменили, и новые редакторы драки не одобряли, стало потише, поблагостнее: зрители возмущались потасовками. Но поначалу стало меньше денег, без драк эфир проседает, интерес упал. Нынче Евгений подле обеспеченных старух отирается, но подолгу не задерживается ни у одной, из-за наркоты. Сейчас у продюсера иные требования, особенно в цене актерское мастерство, умение разыграть скандал или романтическую сценку, говорила уже. Нет тех искренних истерик, народ к шоу относится профессиональнее, как к нормальной работе. Состав, считай, весь поменялся, даже операторы, не то что участники. Но мы, старенькие, поддерживаем контакты уже вне проекта. Глеб-то на проекте остался, а мы с Володей в Питере осели, я бухгалтером на двух…

– В чем гениальность