Я точно помнила, что оставляла его на столе. Происшествие я списала на проделки кота.

— Чао, нельзя быть поаккуратнее? — упрекнула я его. — Зеркало могло ведь разбиться.

Чао закатил глаза, с явным недовольством глядя на меня, и что-то возмущенно мяукнул. А потом, высоко задрав хвост, отправился спать к Жоржу.

— Ну, и я пойду спать, — пробормотала я.

Что-то мне подсказывало, что завтра у меня выйдет не менее непростой день.

И я даже не представляла, насколько…

17

Утро началось с надрывного «мряу» под дверью. Видимо, Чао снова решил поиграть в будильник. Только сегодня в его серенаде, мне слышалось что-то вроде: «Срочно просыпайся! Мир в опасности!»

Я впустила настырного кота, привела себя в порядок и поспешила вниз. Если Чао бодрствует, то, значит, Жорж уже проснулся и колдует на кухне. И я не ошиблась.

Снизу донесся голос. Женский.

Я замедлила шаг и навострила уши. Кто же там с Жоржем с утра пораньше?

— Нет, этого просто не может быть! — восхищался голос. — Такой воздушный омлет! Никогда еще не встречала мужчин, которые умеют готовить.

Я тряхнула головой. Мои светлые волосы, которые я еще не собрала в приличную прическу, рассыпались по плечам.

Замерла на лестнице, вцепившись в перила. Нет, этого просто не может быть! Этот город, этот дом и… этот голос? Они несовместимы!

Я на всякий случай даже ущипнула себя, чтобы убедиться, что не сплю. И тут же зашипела от боли.

Кухонный порог я пересекала с нерешительностью. За столом с чашкой кофе сидела…

— Мама?

— Ева! — воскликнула матушка и тут же вскочила со стула.

Несмотря на ранний час и, очевидно, долгую дорогу из столицы, выглядела она безукоризненно.

На ней было идеальное кремовое платье без единой складки, и это притом, что мама не владела магией! Волосы, как и всегда, уложены в замысловатую прическу. Щеки румяные, глаза сияют, и последним штрихом был шлейф дорогого парфюма.

— Ева! Доченька! — Мама подалась вперед и ловко ухватилась одну из моих прядей. — Что с твоими волосами? Где прическа или хотя бы кудри?

— Мама! — я тут же выдернула прядь у нее из рук. — Что ты вообще здесь делаешь?

— Как это что? Ты же мне написала письмо, попросила о помощи! И вот я здесь!

— Пресвятая Тирана… Да, написала, но я ожидала, что у письма будет ответ. И уж точно не ожидала увидеть тебя здесь собственной персоной!

— Ты что, не рада своей матери? — мама приложила ладонь ко лбу, как будто собиралась рухнуть в обморок.

— Мама! Не начинай! Конечно, я рада! Просто это было неожиданно!

— Иди обними меня, доченька! — она театрально распахнула руки, жестом будто за спиной у нее вот-вот должен появиться хор скрипачей.

Мы обнялись.

Я скосила глаза на Жоржа. Он с абсолютно невозмутимым видом продолжал хозяйничать у плиты. Словно ничего необычного на его кухне не происходило.

Наконец, мне удалось вывернуться из цепких маминых рук. Я плюхнулась за стол. Жорж тут же молча вручил мне чашку со свежесваренным кофе, за что получил от меня взгляд, полный благодарности. Он понимающе кивнул и тепло улыбнулся.

Матушка величественно опустилась напротив.

— Как ты вообще меня нашла? — спросила я, отхлебывая напиток и блаженно морщась.

— О! Это было несложно. Я вышла на центральную площадь и подошла к двум милейшим старушкам-близняшкам. Сказала, что моя дочь Ева приехала сюда недавно на стажировку. И они сразу, без колебаний, сообщили, где тебя искать. Прелесть, правда?

— Угу, — буркнула я. — И все-таки зачем ты приехала?

— Я начала писать тебе ответ. Написала страницу, другую… И поняла, что такие вещи нельзя объяснить на бумаге. Столько мыслей, идей, такой прилив вдохновения! У меня уже даже есть пяток великолепных вариантов для украшений улиц. Я уже не говорю о…

— Мама! — быстро перебила я, нескончаемый поток идей. — Сразу скажу, у города нет денег.

— Хорошо, — задумчиво произнесла матушка. — Значит, я остановлюсь на вариантах попроще.

— Нет, — твердо сказала я. — Не попроще, а бесплатно. Нужно что-то абсолютно бесплатное.

— Что? Совсем все бесплатно? Ты не упоминала об этом в своем письме!

— Я не думала, что ты рванешь сюда, — буркнула я, сделав еще глоток кофе.

Мама задумчиво нахмурилась, прикусила губу и, наконец, изрекла:

— Ладно. Будем импровизировать. У меня, к счастью, богатый опыт создания впечатляющего из ничего. Как-то в юности я украшала зал только из пуговиц и обрезков ткани. Получилось гениально!

Тем временем Жорж закончил с омлетом, ловко разложил его по тарелкам и расставил его перед нами. Омлет действительно получился воздушным, с румяной корочкой.

— Ева, — пропела матушка, подцепляя вилкой кусочек и кидая на меня многозначительный взгляд. — Ты почему-то в письме скрыла, что у тебя такой замечательный начальник.

— Да, мне с ним повезло, — искренне ответила я, скользнув взглядом по Жоржу.

Он сидел по правую руку, чуть взъерошенный, с небрежно закатанными рукавами и расстегнутым воротом на светлой рубашке. Прядь упала на его лоб, и он рассеянно откинул ее назад, поднимая на меня глаза.

На секунду наши взгляды встретились, и сердце почему-то пропустило удар.

— Не перехвали меня, — он улыбнулся одним уголком рта. — Начальник я так себе.

— Жорж, что ты вообще думаешь по поводу этого конкурса? Какие у тебя пожелания, как у градоначальника? — уточнила мама, пока я выравнивала отчего-то сбившееся дыхание.

Жорж пожал плечами.

— Признаться, я не силен в этом. Я больше по административной части. И очень надеюсь, что Ева возьмет на себя основные хлопоты.

— Так и будет, не переживай! — бодро отозвалась мама, отставляя чашку. — Мы с Евой справимся. Я возьму ее под свой контроль.

Какое громкое заявление!

— Кстати, — как бы между прочим уточнила я, — а когда ты обратно? На вечернем паровозе?

Матушка округлила глаза, словно я сморозила несусветную глупость.

— Ну, конечно, нет! Ты что думаешь, я сумею тебе за один день все рассказать