— Ладно.

Хотя мне отчаянно хочется переломать все кости в гребаном теле Михаила Петрова за то, что он посмел напасть на нас в нашем собственном доме, я всегда возвращаю свои долги. И Алина права. Я в долгу перед ней. Если бы она не написала мне, нас бы застали врасплох. А если бы они внезапно напали на нас вчетвером, эта ночь могла бы обернуться для нас совсем иначе. Так что если она говорит, что они должны вернуться без каких-либо серьезных травм, то так тому и быть.

Оглянувшись через плечо, я замечаю, что Джейс зашнуровал оба ботинка и схватил биту. Он кивает мне и затем занимает свое место у входной двери, а я направляюсь к задней.

Проходит еще минута.

Затем с другой стороны задней двери раздается слабый щелчок. Я поднимаю руку, призывая Джейсу подождать.

Человек с другой стороны продолжает вскрывать замок. Когда мы вернулись домой сегодня днем, то решили не запирать входную дверь, так что им нет нужды взламывать ее. Но они, видимо, хотят войти одновременно, потому что тени у входной двери остаются на месте, пока человек, находящийся с другой стороны дома, заканчивает вскрывать замок.

Наконец раздается более громкий щелчок.

Я смотрю на темную деревянную панель. До сих пор никто в Блэкуотере не проявлял такой глупости, чтобы нападать на нас в нашем собственном доме. Но Петровы осмелели, раз теперь их больше, чем нас. Может, нам стоит потратиться и установить более надежные замки?

Ручка медленно опускается. Оглянувшись через плечо, я понимаю, что то же самое происходит у входной двери. Я киваю Джейсу.

Как только ручка опускается до конца, мы с Джейсом пинком распахиваем свои двери.

С другой стороны тут же доносятся крики удивления и боли, когда двери врезаются прямо в наших незваных гостей, заставляя их попятиться назад.

Я переступаю порог и выхожу на лужайку, пока Михаил и Константин, находясь на земле, пытаются понять, что только что произошло. Мой ботинок ударяет Михаила в бок прежде, чем он успевает подняться.

Из его груди вырывается хрип, когда я сильно пинаю его, отчего он отшатывается в сторону. Посколько из них двоих самый опытный — он, мне нужно сначала нейтрализовать его.

Однако в тот момент, когда я снова замахиваюсь на Михаила, Константин бросается на меня. Я ныряю под его руку и бью кулаком в живот. Воздух вырывается из его легких, но Михаил уже приходит в себя.

Я вскидываю предплечье, чтобы блокировать удар Михаила, который вот-вот обрушится мне на лицо. Слева от меня Константин снова бросается вперед.

Оттолкнув руку Михаила, я разворачиваюсь и достаю нож. Свет от ламп, горящих внутри, проникает через окна и отражается на металлическом лезвии, когда я достаю его.

Константин с шипением втягивает воздух и отдергивает руку, когда нож пронзает его кожу. Это дает мне небольшую передышку от его атак, но Михаил снова набрасывается на меня.

Мысленно я проклинаю гребаное требование Алины не наносить серьезных травм. Этот бой прошел бы намного легче, если бы мне не приходилось сдерживаться.

Крики и глухие удары доносятся откуда-то справа от меня, и я смутно осознаю тот факт, что Джейс и двое других Петровых каким-то образом тоже оказались в этой части дома. Я не трачу время на то, чтобы проверить, в порядке ли Джейс. Я знаю, что с ним все хорошо. И, кроме того, я не могу отвести глаз от своих противников.

Я отскакиваю в сторону, когда Михаил пытается схватить меня, но Константин тоже бросается ко мне. Я чувствую вибрацию в костях, когда его голень врезается мне в ребра, останавливая мои попытки уклониться. Михаил снова разворачивается и целится мне в горло. Я вскидываю руку и, ударив его локтем по предплечью, блокирую удар.

В его глазах вспыхивает боль, но он быстро приходит в себя и бьет ногой по моему бедру. Я уклоняюсь назад и врезаюсь в Константина. Он обхватывает меня, пытаясь перехватить мои руки сзади. Я наношу удар локтем назад как раз в тот момент, когда кулак Михаила врезается мне в челюсть.

Вот блять.

Мои пальцы сжимаются вокруг ножа.

Резко взмахнув рукой, я заставляю Михаила отскочить назад. Но как только я сосредотачиваюсь на нем, Константин снова пытается схватить меня.

В гневе я сжимаю челюсти и в очередной раз проклинаю Алину и ее нелепое требование.

Поскольку я не могу позволить Константину схватить меня, я быстро бросаю два ножа в сторону Михаила. Они пролетают достаточно близко, отчего он резко останавливается и пригибается. Затем я разворачиваюсь и бью Константина кулаком в бок.

Он отшатывается, но Михаил уже снова нападает на меня сзади.

— Хорошо! — Кричит Джейс с другой стороны лужайки. — Думаю, на сегодня достаточно.

Я быстро оборачиваюсь, чтобы убедиться, что за моей спиной нет никого из этой проклятой семьи Петровых, и бросаю взгляд на своего младшего брата.

Ошеломленный шок пронизывает меня насквозь.

Михаил и Константин тоже удивленно отшатываются, увидев его.

Ленивое высокомерие сочится из каждого дюйма мускулистого тела Джейса, когда он стоит на траве, направив пистолет на Антона и Максима. Они оба слегка поднимают руки и отступают на несколько шагов.

— А теперь, если только вы не хотите провести остаток ночи, подстригая для нас газон, — продолжает Джейс и небрежно взмахивает пистолетом. — Могу я предложить вам убраться нахуй с нашего двора?

Трое других Петровых бросают неуверенные взгляды на Михаила и Джейса. Михаил раздраженно скрипит зубами.

Несколько секунд он просто стоит неподвижно, пристально глядя на Джейса, словно размышляя, смогут ли они победить, несмотря на то что Джейс может пустить ему пулю в лоб еще до того, как он сделает первый шаг.

Затем он издает нечто среднее между вздохом и рычанием и цокает языком.

— Уходим, — рявкает он на остальных членов своей бесполезной семьи.

Я издевательски хихикаю.

Ярость вспыхивает в его глазах, когда он переводит взгляд на меня, в то время как младшие члены его семьи пятятся назад.

— Будь осторожен, Хантер, — рычит он мне.

Я лишь злобно ухмыляюсь.

— Говорит собака, которая убегает, поджав хвост.

Михаил что-то рычит по-русски, а затем плюет на землю у моих ног.

С холодной улыбкой на губах я достаю метательный нож и поднимаю руку, целясь им в Антона.

На лице Михаила отражается паника, и он быстро отскакивает в сторону, блокируя мой бросок своим телом. Я держу нож наготове и, подняв брови, вызывающе смотрю на него.

Он снова скрежещет зубами, но потом тоже начинает