золотых. В магическом эквиваленте. Или двадцать лет общественных работ. Или пять лет условно с конфискацией трона.

Морган сел на пол. Прямо на холодный камень.

— Десять тысяч, — прошептал он. — За моё собственное проклятие. На моём собственном Алтаре. Который я сам построил.

— Который ты сам построил и забыл обновить, — поправил Гарольд, не отрываясь от Кристалла. — Дорогие подписчики, это драматический момент! Чёрный Владыка столкнулся с бюрократией! Ставьте метки сочувствия!

— Гарольд, я тебя сейчас в бюрократию превращу! — рявкнул Морган. — И не посмотрю, что ты лич!

— Это не поможет, Хозяин. Личи устойчивы к бюрократии. Мы сами — её порождение.

Тео, который всё это время молча слушал, робко поднял руку.

— А может, попробовать третий вариант?

— Какой? — хором спросили все.

— Ну, — Тео замялся, — «Проклинаю не проклинать». Может, Алтарь просто не расслышал? Давайте скажем погромче!

— Тео, — Агнес посмотрела на брата с жалостью, — Алтарь не уши. Это магическое устройство. Оно не «слышит». Оно анализирует грамматическую структуру.

— А вдруг сработает? — упрямо сказал Тео. — Деда, попробуй!

Морган вздохнул, поднялся, подошёл к стеле и громко, отчётливо произнёс:

— ПРОКЛИНАЮ НЕ ПРОКЛИНАТЬ!

Экран мигнул.

«ОШИБКА. ВЫ ИСПОЛЬЗОВАЛИ ДВОЙНОЕ ОТРИЦАНИЕ. ПОЖАЛУЙСТА, ПЕРЕФРАЗИРУЙТЕ ЗАПРОС».

— Я же говорила, — повторила Агнес.

— Ладно, — Морган потёр виски, — давайте думать. У нас есть формула, но она грамматически неверна. У нас есть Алтарь, который требует уточнений. У нас есть налог, который мы не можем заплатить. Что делать?

— Можно подать апелляцию, — предложила Агнес. — Согласно магическому праву, любое заклинание можно оспорить в течение ста лет с момента активации.

— Прошло сто лет и один день.

— Тогда можно подать апелляцию на отказ в принятии апелляции.

— Это работает?

— Теоретически — да. Практически — такие дела рассматриваются годами. У нас нет времени.

Лорелея, сидевшая на ступеньках и наблюдающая за спором, подняла руку.

— А можно я предложу вариант? Не юридический. Театральный.

— Валяй, — обречённо сказал Морган.

— Интонация, — сказала Лорелея. — Вы, юристы, мыслите словами. А магия — она как театр. Ей важна подача. Может, Алтарю всё равно, что именно сказано? Может, ему важно, КАК сказано?

Агнес нахмурилась.

— Ты предлагаешь сыграть формулу? Как роль?

— Почему бы и нет? В конце концов, Морган был Чёрным Владыкой. Он умел подавать себя. Пусть вспомнит, как говорил сто лет назад. С той же интонацией. С тем же напором.

Морган задумался.

— Это безумие, — сказал он.

— Безумие — это сидеть в подвале и спорить о возвратных глаголах, пока наверху лозы пожирают город, — резонно заметила Лорелея.

— Справедливо.

Морган встал. Расправил плечи. Посмотрел на стелу. И вдруг изменился. Это было почти незаметно, но каждый в зале это почувствовал. Плечи распрямились. Глаза потемнели. Голос, когда он заговорил, стал глубже и резче, тем самым голосом, который сто лет назад отдавал приказы легионам.

— АЛТАРЬ! — произнёс он. — Я, МОРГАН ДЕЙЛ, БЫВШИЙ ЧЁРНЫЙ ВЛАДЫКА, НЫНЕ ПЕКАРЬ, ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ ОТМЕНИТЬ ПРОКЛЯТИЕ!

На экране появилась новая надпись:

«ЗАПРОС ПРИНЯТ. ИДЁТ ОБРАБОТКА…»

Все затаили дыхание.

«ОБРАБОТКА ЗАВЕРШЕНА. ПОЖАЛУЙСТА, УТОЧНИТЕ: ВЫ ХОТИТЕ ОТМЕНИТЬ ПРОКЛЯТИЕ ПОЛНОСТЬЮ ИЛИ ЧАСТИЧНО?»

— Полностью! — рявкнул Морган.

«ПОДТВЕРДИТЕ ДЕЙСТВИЕ. СКАЖИТЕ „ДА“».

— ДА!

«ВНИМАНИЕ. ДЛЯ ЗАВЕРШЕНИЯ ОПЕРАЦИИ НЕОБХОДИМО ОПЛАТИТЬ МАГИЧЕСКИЙ НДС. СУММА: 10 000 ЗОЛОТЫХ. СПОСОБ ОПЛАТЫ: НАЛИЧНЫЕ, МАГИЧЕСКИЙ ПЕРЕВОД, КРЕДИТ».

— Кредит? — переспросила Агнес. — Алтарь выдаёт кредиты?

«ПОДТВЕРЖДАЮ. ПРОЦЕНТНАЯ СТАВКА — 15 % ГОДОВЫХ. СРОК — ДО 50 ЛЕТ. ДОСРОЧНОЕ ПОГАШЕНИЕ БЕЗ ШТРАФОВ».

— Дедушка, — медленно произнесла Агнес, — Алтарь предлагает тебе ипотеку на проклятие.

Морган уставился на экран.

— Я не буду брать кредит на отмену собственного заклинания! Это унизительно!

— А какие варианты? — спросил Тео. — У нас нет десяти тысяч.

— Можно договориться о рассрочке, — предложила Агнес. — Первый взнос — символическая сумма. А остальное, когда спасём мир.

— Ты серьёзно предлагаешь торговаться с Алтарём⁈

— Я юрист, дедушка. Торговаться, моя профессия.

Агнес шагнула к стеле.

— Уважаемый Алтарь! — начала она. — Мой подзащитный, Морган Дейл, в прошлом известный как Чёрный Владыка, желает заключить соглашение о поэтапной оплате магического НДС. Первый взнос в размере имеющейся у нас суммы. Остальное в течение года с момента снятия проклятия.

На экране забегали строчки.

«ЗАПРОС НА РАССРОЧКУ ПРИНЯТ. ОЦЕНКА ПЛАТЁЖЕСПОСОБНОСТИ…»

— Какая ещё оценка⁈ — возмутился Морган. — Я сто лет пекарню держу! У меня стабильный доход!

«ДОХОД ПОДТВЕРЖДЁН. НАЛОГОВАЯ ИСТОРИЯ: ОТСУТСТВУЕТ. ВЫ НЕ ПЛАТИЛИ НАЛОГИ ПОСЛЕДНИЕ СТО ЛЕТ».

— Я был Тёмным Владыкой! Какие налоги⁈

«СОГЛАСНО МАГИЧЕСКОМУ КОДЕКСУ, ДАЖЕ ТЁМНЫЕ ВЛАДЫКИ ОБЯЗАНЫ ДЕКЛАРИРОВАТЬ ДОХОДЫ. У ВАС ЗАДОЛЖЕННОСТЬ ЗА СТО ЛЕТ. ПЛЮС ПЕНИ».

— Сколько⁈ — прошептал Морган.

«ДВАДЦАТЬ ТЫСЯЧ ЗОЛОТЫХ. БЕЗ УЧЁТА НДС».

Морган снова сел на пол.

— Это конец, — сказал он. — Меня погубила бюрократия. Не герои. Не светлые маги. Не драконы. Налоговая.

— Дедушка, не драматизируй, — сказала Агнес. — Я могу оспорить задолженность. Срок давности по налоговым преступлениям пятьдесят лет. Ты можешь не платить за первые пятьдесят.

— Это всё равно пятнадцать тысяч!

— Зато не двадцать.

Морган посмотрел на внучку. Потом на Алтарь. Потом на экран с кредитной ставкой. И вдруг расхохотался.

— Знаете, — сказал он, отсмеявшись, — сто лет назад я был величайшим злодеем этого мира. А теперь я сижу в подвале собственной крепости и торгуюсь с магическим интерфейсом о рассрочке. Если это не кара богов, то я не знаю, что такое кара.

— Это не кара, — заметила Лорелея. — Это комедия. Жанр такой.

— Я в главной роли, — вздохнул Морган. — И мне не заплатят.

— Заплатят, — возразил Гарольд, наводя Кристалл. — Подписчики уже скидываются. Я объявил сбор средств на спасение мира. За час собрали сорок три золотых и один бутерброд.

— Бутерброд⁈

— С сыром. Очень вкусный, судя по описанию. Правда, его нужно забрать в Эльмсфорде. Но это мелочи.

Морган смотрел на экран Алтаря. Тот всё ещё ждал ответа.

— Ладно, — сказал он наконец. — Агнес, оформляй рассрочку. Тео, не трогай ничего. Лорелея, не пиши пока пьесу. Гарольд, прекрати собирать бутерброды. Идём спасать мир. В кредит.

Агнес уже строчила магическое заявление, ловко управляясь с интерфейсом Алтаря. Строчки на экране сменяли друг друга, и в какой-то момент появилась финальная надпись:

«СОГЛАШЕНИЕ ЗАКЛЮЧЕНО. ПРИСТУПАЙТЕ К ОТМЕНЕ ПРОКЛЯТИЯ».

— Получилось, — выдохнула Агнес.

— Получилось, — повторил Морган. — Теперь главное — правильная интонация.

Он снова встал перед стелой.

— Алтарь! Я, Морган Дейл, отменяю проклятие, наложенное мной сто лет назад! Да сгинут лозы! Да вернутся король и принцесса в человеческий облик! Да упокоится магия, потревоженная моей гордыней!

Он произнёс это с тем самым напором. С той самой тёмной харизмой. И Алтарь, старый, древний, капризный, наконец ответил:

«ПРОКЛЯТИЕ ОТМЕНЕНО. СПАСИБО ЗА ИСПОЛЬЗОВАНИЕ АЛТАРЯ. ХОРОШЕГО ДНЯ».

И багровое сияние вокруг стелы погасло.

Глава 15

Штурм цитадели (неудавшийся)

Тишина