я смотрела на врага, но он был увлечен другим. Поерзал. Чему–то улыбнулся.

– Вон как ножки сжала. Нетронутая, девственная. Спасибо, брат, порадовал.

«Брат?! Они братья?!»

– Чего так смотришь? Да, брат. Сам удивляюсь. Двадцать лет назад мы расстались при не совсем приятных обстоятельствах. Море, волны, сильная качка. А тут еще стая акул. А Стефаний спорит – дельфины. Брат перегнулся через борт, чтобы хорошенько рассмотреть плавники. И сорвался. Но, видно, там на самом деле были дельфины. Иначе как он мог выжить? – Теодор задумчиво оттянул пальцем нижнюю губу, пристраивая ноготь между зубами, но, встретив мой взгляд, передумал его грызть.

– Зависть. Я так и знала. Ты был и остаешься мелким завистливым сопляком, и не удивлюсь, если ты помог Стефанию сорваться.

– Он был обречен, – Теодор нахмурился, внимательно разглядывая мое лицо. – Даже если бы я закричал, поднял на ноги всех вокруг, море его не пощадило бы.

– Трус.

Теодор положил ладонь, пахнущую кровью, на мои губы. Он затыкал меня.

– Мне было всего шесть, – проникновенно произнес бывший жених, – но уже тогда я знал, как трудно развернуть корабль и найти песчинку среди волн.

– Однако Стефаний выжил, – я дернула головой, освобождаясь от «кляпа». Стефаний. Я сразу полюбила настоящее имя моего короля. Мне было приятно его произносить. Я ни на миг не поверила, что у каюты лежал труп мужа. Он не мог уйти, оставив меня зверю. – Стефаний не пропал. Сделался могущественным королем Лардом.

– Повезло. Ему опять повезло. Ну, ничего, скоро мы изменим расстановку сил. Тарквидо, считай, вывели из игры. Король умер, королева у меня в руках, – Тео с чувством провел ладонями по моему телу, обрисовывая выпуклости. Плавно перешел к бедрам. Наклонился, заглядывая в глаза, так близко, что черты его лица расплылись. – Ах, да! Я совсем запамятовал, мы с Лардом близнецы. Так, может, Виола, нам ни к чему объявлять его мертвым? Я легко справлюсь с ролью короля Тарквидо. Будем вместе править его страной. Ты и я. Там я буду прятаться за маской и носить имя Ларда, а в Фарикии останусь королем Теодором. Здорово я придумал?

– Ты безумец. И не заставишь меня молчать, – огрызнулась я, не боясь вновь получить пощечину.

– Мне поможет усмирить тебя и всех остальных Пир. Слышала о таком камне? Ах, ну да! Остров же теперь принадлежит Итаре. К нему, родимому, и идем. Безымянный как раз всплыл. Перебьем там всех людей, наберем камешков и домой. Там нас с Пиром ждут. Смешно получилось, да? Победителей всегда с пиром ждут. Я создам Хорр. Знаешь, что это такое? У, страшная сила! Магия подчинения. Невозможно ей сопротивляться. На тебе на первой испробую. А ты, пока есть такая возможность, сопротивляйся. Меня это возбуждает.

Его рука нырнула в вырез платья и больно сжала грудь. Я закусила губу, чтобы не вырвался стон. Старалась не шелохнуться. Он признался, что ему нравится видеть страдания. Не получит.

Слезы затуманили взор, и я отвернулась. Он тут же ухватился рукой за мое лицо и развернул к себе.

– Хочу, чтобы смотрела! Не закрывай глаза!

Отпустив, стал медленно расстегивать китель. Бросив его на пол, взялся за рубашку. Я старалась смотреть сквозь него.

– Если будешь лежать дохлой рыбой, пойдешь на дно кормить сестер! – Теодор рассмеялся над своей шуткой. Наклонился ко мне, провел языком от раны на губе по полоске крови, пропадающей в вороте платья.

– Сладкая, – прошептал и тут же укусил за шею, потом языком зализал появившуюся рану. Мелкими шагами двигался к груди. Укус, зализывание, укус, зализывание.

Он зверь! Тот самый зверь, что мучил несчастную Ирму!

Я уже не могла сдерживать всхлипываний. Закрыла глаза. Увидев это, он тут же ударил по щеке.

– Смотри! – немного приподнявшись, начал тянуть юбку вверх. Улыбался и смотрел в глаза.

Вдруг корабль тряхнуло, последовали звуки разрывов, возбужденные крики. В распахнутое окно плеснуло солеными брызгами. Они каплями скатывались по недовольному лицу Теодора. Через мгновение в дверь каюты заколотили.

– Демоны. Что там происходит?!

– Там мой Лард, – не могла не отомстить я, видя, как меняется Теодор.

– Ты никуда не уходи, ладно? – король Фарикии вытер о подол моего платья лицо, – Я скоро. Убью пару человек и вернусь.

Наклонился и грубо поцеловал. Проведя ладонью по обнаженной груди, ущипнул, заставив вздрогнуть от боли. Печально вздохнул и, подняв рубаху, направился к двери, на ходу надевая ее и заправляя в штаны.

– Ты моя. Поняла?

Резанул по чувствам стук закрываемой двери, и я отдалась слезам. Плакала в голос. Нос забило, я стала задыхаться. Не могла подняться, освободить руки и вытереть лицо, что усугубило мое состояние. Началась истерика.

Вдруг рядом промялась кровать. Я приподнялась насколько получилось. Слезы мешали видеть, пришлось потрясти головой. От радости вскрикнула: ко мне пробирался, складывая крылья, мой оркис.

– Плюх, Плюшечка!

Котенок подошел ближе и внимательно посмотрел мне в глаза. В голове вспыхнула ожившая картинка: в мою каюту на «Розе ветров» влетает мужчина в маске, оглядывает пустое помещение, хватает выбравшегося из–под кровати котенка. Быстро бежит по палубе горящего корабля. Прыгает в шлюпку, которая направляется к другому парусному судну. А я вижу в глазах моего мужа смесь отчаяния и решимости. Когда Лард влетает на мостик, я задыхаюсь от радости – за фрегатом–спасателем тянется цепочка еще из трех кораблей.

– Плюх, к нему пришли на помощь свои! Я знаю, они ждали «Розу ветров» в нейтральных водах! Может, они услышали звук боя? А? А еще дым! Корабль ведь горел!

Плюх потерся мордочкой о мою здоровую щеку и вновь заставил смотреть в свои глаза.

«Жемчужина» была на расстоянии выстрела. Слышались короткие команды, заработали орудия. Снаряды ложились рядом с фарикийским фрегатом, заставляя его подчиниться, почувствовать чужую силу. «Жемчужина» не успевала развернуться, чтобы дать залп из орудий. Корабль–спаситель подошел так близко, что Плюх решается взлететь. Последнее, что он показал – изумленное лицо короля в маске.

– Ты научился летать?!

Котенок взмахнул крыльями и поднялся в воздух. Сделав круг над кроватью, оркис выпорхнул в распахнутое окно.

– Куда? Плюх!!!

Воодушевленная тем, что помощь близка, я постаралась снять путы с рук, но все попытки привели к тому, что узлы затянулись еще сильнее. Пришлось бросить бесполезное занятие и просто ждать.

Я прислушалась. На корабле шел бой.

Вдруг дверь в каюту дернулась. Раз, второй. Потом раздался страшный удар, треск и деревянное полотно слетело с петель. Я закричала. Человек, выломавший дверь, встал с колен и задрал руки над головой. Не знаю, что меня успокоило, поднятые руки или то, что человек в маске смотрел на меня с тревогой. Никакой лживой улыбки и пустых слов.

– Сними перчатки и покажи