Так, в сторону отходить не вариант: позади Елена. Что ж, айда импровизировать! Напитал оружие разъедающей силой, взял его двумя руками и начал бить по тварям плашмя, словно битой, раскидывая в стороны. Если бы я просто пытался их разрезать, то был немалый риск не успеть вернуться в стойку для удара. Пришлось бы уклоняться и терять честь джентльмена. Я же без магической защиты. А так раскидал пятерых. Комары получили сводящие с ума от боли ожоги и стали скакать по крыше, не в силах вновь взлететь.

– Елена! Два справа – твои, – указал я ей клинком. – Будь осторожна. – И пошёл добивать тварей по левую руку.

Из люка, ведущего на крышу, показалось окровавленное лицо работника отеля. Судя по шапочке, носильщик багажа.

– Вы в порядке? Вам помощь нужна?

– Да вроде бы всё… – осмотрел я усеянную сотней тел крышу и довольно лыбящегося дядю Мишу, затем остановился глазами на работнике: – Справились.

Стоило ему заметить мой взгляд, как его возбуждённое лицо вновь вернулось в норму, став обыденным и слегка скучающим. Прости, веселью конец. Ты опоздал.

Он вылез на крышу и осмотрелся, держа в руке неплохую саблю. Тело его окутывала сила воителя. Ого… А он ни много ни мало лишь на ступеньку слабее Элитного Гвардейца. По крайней мере, в плане контроля своей энергии воителя и её запасов, если верить тому, что я наблюдаю.

Чем насыщеннее по цвету покров, чем менее он прозрачен, тем искуснее воитель. Воины Духа, которых в этом городе тоже хватает, так и вовсе считаются практически мастерами в освоении и контроле этой энергии. Они могут очень долгое время поддерживать свой, так сказать, энергетический доспех.

Для них энергия подобна пластилину, из которого они могут слепить любую форму и дизайн покрова. Для мастеров их уровня дизайн подобного рода энергетических доспехов – что-то вроде визитной карточки. И они много времени уделяют им, чтобы довести их до идеала. Так даже маги не делают. Эти больше с реальной одеждой заморачиваются.

Битва завершилась. Сюда примчались и другие местные воители. Охрана отеля тоже была тут как тут. А эти посильнее носильщика, что, в общем-то, логично. Но даже так…

Кстати! Та женщина, которой я помог… Она вообще кто? Работница или постоялица? В моменте подумал, что горничная, но сейчас не припомню на ней униформы… Видимо, кто-то из прибывших по бизнесу гостей Горлика.

На спуске с крыши нас перехватил какой-то бравый мужичок с пышными усами и бакенбардами:

– Уважаемые! От лица администрации Горлика хочу поблагодарить вас. Ваши кольца, безусловно, уже впитали свою энергию, но мне тут птичка нашептала, что вы спасли несколько человек, поэтому, если вас не затруднит, я бы хотел пригласить вас завтра с утра, когда мы разберёмся с этим бардаком, ко мне в кабинет. Настоятельно рекомендую прибыть к девяти утра.

Весь его вид кричал, что это не просто случайный человек, а военный, чиновник и аристократ в одном лице. Одних перстней на пальцах было четыре! Я не успел даже открыть рот, как дядя Миша с уважением поклонился и заверил, что мы однозначно прибудем в назначенный срок.

Вернулись в номер, смыли с себя в очередной раз кровь и грязь, переоделись в более чистые и приятные костюмы.

Ночь вступила в свои права. Пока я осмысливал случившееся, наставник отнёс сумки с грязными вещами к стойке регистрации и отдал на стирку, сушку и глажку.

– Предоставили такую услугу за счёт заведения в благодарность за защиту отеля и его постояльцев. И завтраки обещают бесплатные, а стоимость проживания вернут, – рассказал Михаил, как вернулся, и передал мне шоколадку, добытую по моей просьбе.

– Неплохой бонус… Нервный вечерок выдался, – вздохнул, – но всё равно было полезно сразиться и понять, чего я стою, да и за столь многочисленной элитой воителей понаблюдать. Кстати! Есть очень важный вопрос! – вспомнил я слова Харитона, когда мы выбрались на крышу.

– Какой? – застыл в дверях Михаил и обернулся.

– Во время битвы на крыше я услышал фразу «кольцо усилишь». Что это значит?

– Это только для ликвидаторов.

– Так у меня же колечко есть, – поднял я вверх руку со знаком принадлежности к гильдии.

– Кольцо есть – это да, а документов и регистрации нет. Ликвидаторы раз в год проходят оценку. Она помогает понять свой уровень силы, оценить вклад за прошедший год в безопасность империи и всего мира. В зависимости от цвета, размера кольца и отдельных заслуг вроде завтрашней благодарности с занесением в личное дело базы ликвидаторов это даёт разного рода преференции: от денежной премии и до возможности получить новый титул. Высшая ступень мастерства ликвидатора позволит стать бароном, получить свой надел и основать род. Мне бы, кстати, – почесал шею наставник, – тоже пройти не мешало. Уже пару лет как не был в Центре.

– Почему я об этом не знал? И что значит завтра получить благодарность?

– То и значит. Что ещё он может нам предложить?.. Но дело это хорошее. Я своё алиби подтвержу, а ярл Миргорд Краст, не зарегистрированный в базе ликвидаторов, получит благодарственное письмо, которое можно будет использовать для получения премии, помощи в поступлении в учебные заведения либо для избавления от кучи формальностей и справок, необходимых для становления ликвидатором, – с улыбкой объяснил Михаил. – Почему ты этого не знаешь… Ну а сам как думаешь, будут ли заслуженные ликвидаторы бахвалиться в сети, рассказывать внутреннюю кухню?

– Не вижу в этом проблемы.

– А другие видят. Репутация такого ликвидатора катится псу под хвост. С таким никто работать не захочет. Одно дело, если тебя по новостям показали, интервью взяли и поблагодарили за подвиг. И совсем другое, если ты сам по себе начинаешь в интернете пиариться, вместо того чтобы практиковаться и зачисткой земель заниматься, – терпеливо объяснял наставник. – Если у тебя есть время для дешёвой славы в интернете, то и для индивидуальной миссии по зачистке какого-нибудь излома время найдётся. Отдадут через Центр приказ, и либо выполняй, либо сдавай кольцо и вали на все четыре стороны с чёрной меткой.

– Ясно. Звучит логично. Хотя я всё же не вижу особой проблемы с этим.

– Просто у нас есть пример Франции, Египта и Южных Штатов, где подобное позволяется и где смертность ликвидаторов из-за подобных популистов достигает шестидесяти пяти процентов в первый год службы. Но, к слову, это в основном безродных касается. Аристократы научились ловко лавировать между своими статусами.

Я задумался. Наставник и те, кто придумал подобную политику в отношении ликвидаторов, пожалуй, правы. Всё-таки если простые крестьяне, рабочие