«Попону накинуть и можно подремать, устраивая себе сиесту. А с гор тянет прохладным ветерком. Сквознячок ощущается даже в самое жаркое время!».

Ручей с чистой и холодной водой неподалеку. Чего еще надо? Ах да! После последних событий Гюнтер набил вперемежку песком и опилками…

«Вот чего в столярной мастерской родичей полным-полно, так это опилок и стружки!».

Набил песком и опилками грубый и толстый холщовый мешок. Чем тебе не боксерская груша?

И еще… У него появилась собственная тайна!

Пока они возвращались из Абингдона, он постарался вывести Валентайна на разговор: что тот имел в виду, когда говорил, что и в Кристиансбурге, при желании можно найти место для свиданий с «предметом воздыхания». Посмеиваясь, следопыт рассказал, что есть места или, точнее, жилые помещения, которые некоторые люди… Так скажем — сдают в аренду. На небольшое время. Гюнтер к этой новости отнесся скептически: в маленьком городке, где все друг друга знают, где каждый чих отдается эхом на другой стороне…

«Как говорил Броневой, «что знают двое — знает и свинья!».

Подставлять Сюзанну он не желал ни при каких условиях.

Но Валентайн пояснил, что подобные места могут располагаться и не в самом городке:

— К примеру, знаю я одного старика, у которого от плантации, ранее весьма немаленькой, остался лишь клочок леса. Там он и живет в небольшом домике. Место уединенное, но даже вполне красивое. Договоришься с владельцем, и он в оговоренное время уезжает в город, к дочери. Якобы внуков проведывать.

Гюнтер представил себе этакую полуразвалившуюся халупу, где все под стать хозяину — неопрятному, вздорному старику. Но Брюс не согласился с ним:

— Ты просто не знаешь старого Боггарта. Старик и впрямь немного с сумасшедшинкой, но как раз-таки по поводу порядка и чистоты у него пунктик. Да и далеко не всем он сдает дом: только тем, кого знает и в ком уверен. Если захочешь, могу дать тебе рекомендации, я в неплохих отношениях со стариком.

«Ну, как вариант…».

Ехавший с ними рядом Йона, казалось бы, и вовсе не прислушивающийся к разговору, вытащил трубку изо рта и хмыкнул:

— Ты, молодой Майер, вроде бы и в лесу бываешь часто, и места знаешь неплохо, но смотреть и видеть не умеешь. Ходишь по нашей округе, а вроде как слепой.

— Что ты имеешь в виду, Йона? — насупился Гюнтер.

— Что вокруг нас? — покрутил трубкой по сторонам индеец.

— Ну… Поля, плантации. Дорога вот! — ткнул пальцем парень.

Йона переглянулся со следопытом, усмехнувшись, покачал головой:

— Вокруг нас горы. А в горах что?

Кид задумался, не понимая, о чем речь. С сожалением вздохнув, Йона пояснил:

— В любых горах есть пещеры…

Кид подумал и поцокал языком:

— Пещеры, как правило, сырые. Даже жарким летом там промозгло. Обустраивать там логово, тем более — для таких целей…

— Не каждая пещера сырая. Зачем тебе большие и длинные пещеры? — покачал головой индеец, — Даже в окрестностях той лощины, где ты упражняешься в стрельбе, мне известны не менее пяти пещер, которые подходили бы как жилища.

Гюнтер вспомнил каморку, где проживала старая индианка: там и впрямь было ни сыро и ни холодно. Даже где-то уютно было! Да и склад дальше по пещере был вполне себе сух, хоть и прохладен.

«А что? Как вариант… Вполне себе! Подобрать такую, обустроить, наполнить хоть каким-то уютом и… Но Сюзанну туда не позовешь, даже предлагать не буду. Тетушка все же женщина и такие авантюры ей вряд ли придутся по душе. А вот Рыжая…».

Тогда он еще не знал, какой фортель выкинула девчонка, и никакой обиды на нее у парня не было.

Несколько дней после возвращения домой и после работ на покосе Гюнтер провел в поисках тех пещер. Нашел все пять! Он не знал, про именно эти пещеры говорил Йона или нет, но ему это было безразлично. Все пещеры — в пределах получаса ходьбы от полянки. Но три из них Киду не понравились сразу. Одна была как длинная, извилистая кишка. Да и довольно узкой была и, прямо скажем, низковатой. Другая… В ней чем-то ощутимо пованивало, но чем — парень понять так и не смог, хоть и облазил ее вдоль и поперек. Третья не понравилась ему тем, что была простой как «пять копеек»: сразу от небольшого лаза в нее, превращалась в небольшой грот. То есть, загляни в нее с факелом или лампой — и вот оно, все убежище перед глазами.

«Нет, мне нужно что-то другое!».

А вот из последних двух Кид смог выбрать не сразу — обе были неплохи. Сухие, подходящие по размерам, с изрядными отнорками, но и без таинственных ходов вглубь горы.

«На кой хрен нам эти глубокие ходы? Что я вам — хоббит, что ли? Нет. Не желаю я ходить там и оглядываться: а ну как вылезет что-то из глубины!».

Пусть и понимал Гюнтер, что эти страхи иррациональны, но…

«Не, мне мои нервы дороже!».

Все же выбор был сделан. И причин тому было ровно две! Первая. Эту пещеру Гюнтер вообще хрен бы, когда нашел, если бы не случайность: проходя мимо склона горы, сплошь заросшему густыми кустами, он спугнул какую-то пичугу. Ну, спугнул и спугнул, чего там… Вдруг из кустов, стоявших, казалось бы, стеной, вылетела стайка других птиц. Тоже не бог весть что, но Кид задумался: а где они там тихарились? Прошелся туда-сюда, подумал и направился прямо к самым густым зарослям с краю, в небольшой впадине на склоне горы. И вот здесь, стоило отодвинуть ветви в сторону, обнаружилась… Ну, тропинкой это было не назвать — так, просто между крутым, почти отвесным склоном и кустами была некая, совсем узкая… Терраса? Проход? Да как угодно можно назвать эту щель. Продравшись подальше по этой тропинке, он и обнаружил вход в пещеру.

«А ничего так, только чуть пригнуться надо!».

Сразу за входом располагалась небольшая пещерка. На глаз: три на три метра, может, чуть больше. Но! Ход вел дальше. И вот там, сразу за резким поворотом вправо, располагалась еще одна камора, побольше первой и существенно выше.

«Эгей! А ведь это — то, что надо!».

И пол был сух, покрытый то ли крупным песком, то ли мелким щебнем. Что еще обнаружилось, но не сразу: где-то под куполом второй пещеры была явная щель, снизу практически невидимая. И в эту щель, как в дымоход, тянуло дым от факела! А значит, вполне можно было оборудовать очаг, не боясь задохнуться здесь, либо выдать пещеру дымом,