– Я тебя не хочу.

Она увидела ложь в его светло-серых глазах.

– Какое у меня любимое мороженое?

– Ванильное. А что?

– Давай поженимся, – сказала она, удивив саму себя.

– Ты сумасшедшая.

– Мы с самого начала вели себя как сумасшедшие.

Время на мгновение остановилось. Она осознала, как страстно хочет, чтобы он согласился, и испугалась. Всю жизнь она получала то, чего хотела. Но что, если сейчас она потеряет того, кто для нее важнее всех на свете?

– Скажи что-нибудь, – умоляюще произнесла она.

Услышав, как хлопнула входная дверь, Вайнона сразу поняла, кто это. Она села на краешек постели, ожидая гостью.

Аврора вошла в комнату в облаке духов «Джорджо».

– Какого черта?

Вайнона принарядилась для парада, но знала, что хотя и завилась, и накрасилась сильнее обычного, все равно выглядит плохо. Бессонная ночь не прошла бесследно.

– Ты уже все знаешь.

– Шутишь, что ли? Все знают. И, кстати, спасибо, что оставила меня там одну. Когда Миртл Микелян мне все выложила, я ей сказала, чтобы она прекратила врать.

Вайнона решилась:

– Вчера был большой скандал.

– Что произошло?

– Виви трахалась с Далласом Рейнтри.

Аврора села на стол у окна и вздохнула:

– Господи. Думаю, это многое объясняет. Как Люк об этом узнал?

Вайнона изучала свои ногти, которые вчера обгрызла до мяса.

– Когда я зашла в дом, Люк избивал Далласа. А тот просто стоял, улыбаясь, как будто ему это нравится. Я побежала за папой, он их разнял. Но когда вернулась Виви-Энн, папа дал ей пощечину и сказал, что она его опозорила.

– Он дал ей пощечину? – нахмурилась Аврора.

Вайнона видела, что сестра пытается представить картину произошедшего целиком. Пока она не успела найти неувязку, недостающее звено, Вайнона добавила:

– Пожалуй, это все к лучшему.

– Что ты имеешь в виду?

– Пусть лучше Люк сейчас поймет, что она его не любит. И видит бог, нельзя безнаказанно трахаться с таким парнем, как Даллас. Это ей урок. Хорошо, что она попалась. Позорище.

Аврора замерла.

– Что ты натворила, Вайнона?

– Ты о чем?

– Это ты все рассказала Люку, да? Я поняла, что дело кончится плохо, когда ты не стала говорить Виви-Энн правду.

Вайнона встала:

– Что за бред ты несешь. Пойдем на парад. Виви-Энн там будет. Даллас уедет, и все наладится. Вот увидишь.

– Думаешь, Виви-Энн там покажется?

– А как иначе?

– Что, если она тебя не простит?

На этот вопрос Вайнона не ответила, а только, шаркая ногами, вышла с Авророй из дома. По дороге в Парк Грея она старалась не думать о вчерашнем вечере, но слова Авроры живо ей обо всем напомнили. Теперь она ничего не могла забыть… ни своей мучительной ревности, ни отчаянного желания, ни зародившейся злобы…

Она помчалась вслед за Люком, чтобы как-то исправить то, что натворила, а когда увидела, что он избивает Далласа, кинулась за помощью, вытащила отца из постели.

Люк лупит Далласа. Иди разними их.

Люк… лупит Далласа? Почему?

Потому что Виви с ним трахалась.

Именно этот момент она все время проигрывала у себя в голове. И сколько ни убеждала себя, что разболтала все в состоянии аффекта, но правда есть правда. Она хотела, чтобы отец все узнал.

В парке, который ее дед подарил городу, она увидела, что отец стоит рядом с Ричардом и детьми под роскошным земляничным деревом. Уже больше пятнадцати лет они встречались здесь перед каждым городским праздником или парадом. Эту традицию заложила мама, когда ей нужно было собрать в одном месте трех дочек и юниорскую группу по конному спорту. Но сегодня важно только одно: кого не хватает.

Каждая проходящая минута казалась толчком после землетрясения, основание их семьи содрогалось, и по нему пролегала очередная трещина. Без пяти двенадцать отец подошел к урне, выкинул пустой пластиковый стаканчик и повернулся к ним. Его морщинистое лицо будто еще больше постарело.

– Значит, она приняла решение. Пошли.

Аврора непонимающе посмотрела на Вайнону, грызя свой акриловый ноготь с нарисованным флажком, словно кролик морковку.

– Не можем мы просто так уйти. Она придет. Правда?

Вайнона вынуждена была признать, что отсутствие сестры ее ошеломило. Такого она не ожидала.

– Пошли, – жестко повторил отец и направился к выходу.

Не зная, что еще делать, Вайнона последовала за ним.

Следующие два часа она простояла рядом с отцом, каждую минуту ожидая, что Виви-Энн проедет мимо них на одной из платформ или проскачет на Клем.

Но сестра так и не появилась.

– Беда-беда, – вздохнула Аврора, когда их миновали последние участники парада. – Расскажи мне все. Почему ты…

Вайнона отошла от нее, бросив через плечо:

– После поговорим.

К машине она почти бежала, только бы не слышать пересуды на улицах. Скорее к Люку. Он один поймет и оценит ее поступок. Как она и предполагала, Люк сидел на крыльце своего дома и смотрел в пустоту. Она заметила на его левой руке ссадины и засохшую кровь.

– Привет, – сказала она.

Он едва заметно кивнул, и она села рядом. У нее сжалось сердце, как будто разделяя его боль. Ту же боль она ощущала с тех пор, как Люк влюбился в Виви-Энн.

– Я тебе очень сочувствую.

Он ничего не ответил, даже не посмотрел на нее, и Вайнона почему-то занервничала.

Она попыталась обнять его.

– На самом деле все это к лучшему. Она же тебя не любила, ты должен был об этом узнать. Теперь ты можешь идти вперед.

Он оттолкнул ее руку.

– Люк?

– Зачем ты мне рассказала?

– Что? Ты должен был узнать, чем она с этим мужиком занимается. Я догадывалась, как больно тебе будет…

– Вот именно.

Он встал и отошел к перилам, подальше от нее. Стоя к ней спиной, Люк смотрел на свою землю.

– Но это не моя вина, Люк. Я-то не спала с ним. Я тебе не изменяла и твоего сердца не разбивала. Она плохо поступила. Конечно, она попалась. А я пытаюсь тебе помочь. Посмотри на меня, Люк.

Не поворачиваясь, он сказал:

– Уйди, Вайнона. Я не могу сейчас с тобой разговаривать.

Она не знала, как реагировать. Все это не имело никакого смысла.

– Но…

– Уходи. Пожалуйста.

Именно это «пожалуйста» придало ей уверенности. Она слишком рано пришла к нему, вот и все. Конечно, он еще не готов к утешениям. Но настанет и ее час. Время лечит. Ей просто надо проявить терпение.

– Хорошо. Но ты можешь обратиться ко мне в любое время. Позвони, если захочешь поговорить по-дружески.

– По-дружески, – повторил он с какой-то странной интонацией.

Вайнона остановилась на последней ступеньке – вдруг он