Я склоняю голову набок, когда Илай прижимает к моему виску что-то похожее на рукоятку пистолета.

— Очисти его, — приказывает он.

Сделав еще один глубокий вдох, я поднимаю голову и смотрю на него.

Илай стоит надо мной.

Я перевожу взгляд с его черных армейских ботинок на черные брюки и обтягивающую черную футболку, подчеркивающую его убийственные мускулы. Мой пульс учащается, когда я ощущаю исходящую от него силу.

В темной одежде, со шрамом на лице и абсолютной властностью, он выглядит как воплощение войны и смерти.

Стоя на коленях у его ног в наручниках, я отчетливо осознаю, что все еще нахожусь в полной его власти. Я перевожу взгляд на пистолет, который он держит перед моим лицом. Глушитель мокрый от следов моего оргазма. Я знаю, что должна бояться того, что он сейчас может сделать со мной. Любой нормальный человек испугался бы. Но я могу думать только о том, как сильно хочу, чтобы он приставил пистолет к моей голове, а затем трахнул как следует.

— Очисти его, — снова приказывает Илай.

Поскольку мои руки скованы за спиной, у меня есть только один способ сделать это. Мое нутро снова пульсирует, когда я открываю рот и наклоняюсь вперед, пока глушитель не упирается мне в горло. Затем я закрываю рот, после чего снова провожу губами по стволу.

Раздается слабый хлопок, когда я заканчиваю, а затем откидываю голову назад.

Я снова смотрю на Илая.

На его лице сияет злобное удовлетворение, когда он ухмыляется мне.

Повернув пистолет, он опускает на него взгляд, а затем снова смотрит на меня и одаривает довольной улыбкой.

— Ну, ты только посмотри на это. Предохранитель был включен.

Я просто прищуриваюсь, глядя на него в ответ, пока он еще несколько секунд продолжает молча радоваться своей победе.

Затем в его глазах появляется опасный блеск, он резко снимает пистолет с предохранителя и прижимает его к моему лбу.

— Но если ты еще раз приставишь пистолет к моей голове, то в следующий раз, когда я тебя трахну, он будет выключен. Поняла?

Кажется, мне удается ответить "да", но я не уверена, потому что мой мозг застрял на середине этого предложения.

В следующий раз, когда я тебя трахну.

По моей спине пробегает дрожь.

Глава 20

Илай

Джейс щелкает пальцами у меня перед глазами.

— Брат? Ты с нами?

Подняв руку, я хватаю его назойливые пальцы и убираю их от своего лица.

— Наверное, он снова думает о Райне, — дразнит Рико.

— Да ладно, это было два дня назад. — Фыркает Джейс. — На самом деле...

Его слова обрываются, когда я выкручиваю ему пальцы, заставляя вскрикнуть от боли. Кейден хихикает на другом конце стола, в то время как Джейс безуспешно пытается разжать пальцы. Я выкручиваю снова, заставляя его ерзать на стуле и гримасничать.

— Ладно, ладно, извини, — выпаливает он, признавая свое поражение. Когда я лишь поднимаю брови, он бормочет проклятия себе под нос и закатывает глаза, но затем добавляет: — Пожалуйста?

Я отпускаю его пальцы.

Он отдергивает руку и трясет ею, бросая на меня сердитый взгляд. Я усмехаюсь.

— Только потому, что ты рассеянный, не значит, что и остальные тоже, — говорю я.

— Вот именно, — добавляет Рико и ухмыляется. — Не зря мы зовем тебя Золотцем, помнишь?

— Заткнись, — бормочет мне Джейс, прежде чем повернуться и ткнуть пальцем в Рико. — И прекрати меня так называть.

— Ты же думал о Райне, — перебивает Кейден, прежде чем Рико успевает ответить. В его проницательных карих глазах мелькает понимание, когда он выдерживает мой взгляд. — Разве нет?

Откинувшись на спинку стула, я провожу пальцами по волосам и глубоко вздыхаю.

Мы сидим за массивным кухонным столом из темного дерева. Сегодня субботний вечер, и большая часть студентов сейчас занята тем, что напивается, но мы решили остаться дома и спланировать нашу стратегию на предстоящий турнир.

Хотя, честно говоря, это было в основном потому, что мне не хотелось никуда идти. С тех пор как я вломился в общежитие Райны в четверг вечером, я чувствовал себя еще более беспокойным, чем обычно.

Я сижу на нашей просторной и красивой кухне, обставленной мебелью из темного дерева, приборами из нержавеющей стали и мраморными столешницами, пью виски и замышляю хаос со своими братьями под золотым светом дорогой люстры над головой. Но все, чего я хочу, — это вернуться в ту дерьмовую маленькую комнату в общежитии на другом конце комплекса.

Снова наклонив голову, я встречаюсь с расчетливым взглядом Кейдена и признаю:

— Да.

— Почему ты так одержим ею? — В его тоне нет осуждения. Только искреннее любопытство.

— Не знаю.

— Нет, знаешь.

Я делаю еще один глубокий вдох.

— Слушай, Богом клянусь, с этой девушкой что-то не так. Она, блять, ненормальная! И я должен знать. Потому что я тоже ненормальный.

Рико наклоняет голову в сторону в знак согласия.

— Ну, с этим не поспоришь.

Джейс и Кейден хихикают. Качая головой, я бросаю на них наполовину недовольный, наполовину веселый взгляд, а затем снова вздыхаю.

— Что именно произошло, когда ты вломился в ее комнату в общежитии? — Спрашивает Рико, хмуро глядя на меня. — Ты сказал, что собираешься отомстить, но вернулся еще более ошеломленным, чем раньше. Что ты с ней сделал?

— Я надел на нее наручники, обвязал веревкой шею, а затем трахнул пистолетом.

В элегантной кухне воцаряется тишина, и все трое несколько секунд просто смотрят на меня.

Затем Кейден издает низкий одобрительный свист, в то время как Рико смеется и качает головой.

— Ладно, это чертовски сексуально, — объявляет Джейс с ухмылкой на лице.

— Да, так и было.

— А предохранитель был включен? — Спрашивает Рико. Всегда такой осторожный.

— Конечно, предохранитель был включен. Но я сказал ей об этом только когда закончил, так что она не знала об этом, пока я трахал ее. — Кровь приливает к моему члену при одном воспоминании о той ночи, поэтому я слегка меняю позу на стуле. Откинувшись назад, я снова провожу рукой по волосам, окидывая взглядом своих братьев, а затем качаю головой. — Именно это я и пытаюсь вам сказать. Я поставил ее в такое унизительное и уязвимое положение, что любой нормальный человек зарыдал бы от страха. Но что она сделала вместо этого? Она кончила так сильно, что у нее закатились глаза.

Схватив стоящий передо мной стакан с виски, я подношу его к губам и допиваю остатки жидкости, пытаясь подавить внезапный порыв, охвативший меня. Мне требуется вся сила воли, чтобы не вскочить со