вспомнил, что ещё там есть едва заметная дверь, которая ведёт прямо к его спальне. Собственно, именно это и решило все.

Ничего не сказав, Солус развернулся и прошёл немного дальше по коридору, остановившись у следующей двери. Которая, кстати, была гостеприимно распахнута. Он пересёк небольшую гостиную и вошёл в спальню. Эти апартаменты недаром назывались жемчужными. Нежные белоснежные занавеси, будто присыпанные сверкающим инеем, трепетали на окнах, мешая ослепительным лучам проникать в комнаты. Стены были расписаны перламутровыми красками, добытыми в далёких морях. Пышные бутоны самых нежных розовых, лиловых и даже голубых оттенков распускались на стенах и вились до самого потолка. А посреди этого великолепия возвышалась широкая кровать под балдахином из невесомой паутины-органзы.

Солус бережно уложил девушку, поправил под её головой подушку. Не удержался и ещё раз провёл здоровой рукой по волосам. У девушек его мира волосы были гораздо жёстче, настолько, что в некоторых ситуациях вполне могли послужить и оружием. У этой же рыжули волосы напоминали живой шёлк, мягким огнём растрепавшийся по белоснежным подушкам.

Солус ревниво проследил, как слуга укрыл девушку тонким одеялом и только сейчас вспомнил о заданном ему вопросе.

— О какой ещё подруге ты говорил, Олли?

Старик прокашлялся и, пытаясь скрыть осуждение, ответил:

— Девушка пришла к Вам, потому что считает вас драгом. И предложила отдать Вам свою магию, свою силу в обмен на то, что вы спасёте её подругу от нежеланного жениха.

Солус уже набрал в лёгкие воздух, чтобы заставить старика перестать нести бред. Но в этот момент в комнату вошла и застыла у входа, потупив испуганный взгляд пожилая служанка.

— Монка побудет возле девушки, пока она не проснётся, — как ни в чем ни бывало, продолжил Олли и склонившись в лёгком поклоне изящно предложил Солусу покинуть спальню.

Недовольно зыркнув на зарвавшегося слугу, Солус вышел из спальни.

— Наложи охранное заклинание, — велел он, — только так, чтобы я мог беспрепятственно войти. Только я, понял?

— Конечно, повелитель, — почтительно склонился Олли, сделал несколько пассов руками и поспешил вслед за Солусом, уже скрывшимся в своих комнатах.

— Не совсем понял, Олли, какую связь имеют возврат клятв и силы с какими-то драгами, подругами и их женихами?

— Ну, как же, повелитель, — помогая Солусу снять мокрую и порядком грязную рубаху, деликатно упрекнул Олли, — Вы что же, совсем не слушали девушку?

— А ты, значит, слушал? — насмешливо вернул пасс слуге Солус, явно намекая на то, что знает о пристрастии своего слуги к подслушиванию.

Но тот сделал вид, что не услышал последнего замечания.

— Все местные считают Вас драгом, который ради того, чтобы поправить своё здоровье, собирается пить у местных магов их силу. И вот, Найтири…

— Найтири?

— Конечно, повелитель. Вашу девушку зовут Найтири.

— Вот как? Ты уверен в этом?

— Так представилась девушка. Так вот, — сняв штаны с повелителя, продолжил слуга, — Найтири решила отдать вам магию, бурлящую в её крови, в обмен на то, что Вы спасёте её подругу от нежеланного брака.

— Она скормит мне МОЮ же магию за то, что я …

— Совершенно верно, повелитель. Вашу же магию в обмен на помощь какой-то местной девчонке.

Солус невольно улыбнулся. Вот ведь, лиса! Его же магию в обмен на услугу. В любом другом случае такая наглость его разозлила бы. Но сейчас только потешила. А что? Все складывается как нельзя лучше. Девчонка совершенно добровольно возвращает ему брачные клятвы, магию. Становится его законной и невероятно желанной женой. А он взамен помогает какой-то там чужой невесте. Он и без того выполнил бы любое её желание. Ну, раз она желает все провернуть именно так, то почему бы и нет? Вот, только есть небольшая проблемка — она его не узнала и считает драгом. Глупость, конечно, несусветная. Но это придаст их общению кое-какую пикантинку. Солус уже довольно потирал руки, когда Олли его отрезвил, вырвав из грёз.

— Кстати, есть проблема. Это дело не терпит отлагательства, потому что нежеланный обряд пройдёт, если я не ошибаюсь, завтра на рассвете.

— Какая же это проблема. Олли? Пусть невеста приходит сюда сейчас же, я предоставлю ей защиту в моем замке.

— Вот, как раз в этом-то и заключается проблема. Невеста не может прийти, так как её же дядя запер её дома. Магией.

На немой вопрос Солуса слуга поспешил ответить:

— Родственник невесты сильный маг, повелитель. Моих сил недостаточно, чтобы устранить его заклинание. У Вас, кстати, тоже.

— Ты уверен? И какие есть предложения?

К сожалению, Олли был прав. Его, Солуса силы не хватило, чтобы нейтрализовать простейшее охранное заклинание. Справиться с сильным магом в теперешнем своём состоянии он тоже не сможет. Так что же делать? Быстро напитаться силой у родового источника он не сможет. Немедленно потребовать у Найтири вернуть его же магию? Как-то это вовсе не по-мужски.

— Боюсь, без помощи повелителя Митуса нам не обойтись.

Слух Солуса резануло, как слуга назвал его брата повелителем. Старик вконец зарвался в своих шпионских играх, оказавшись в курсе самых тайных секретов между братьями. Но, к сожалению, сейчас он оказался прав — без Митуса ему с этой ситуацией не справится.

— Ты прав, Олли, — признал Солус, — нужно послать гонца к брату.

— В этом нет необходимости, повелитель. Я видел в небе ищеек Вашего брата. Думаю, они обнаружили Вас. Повелитель Митус появится с минуты на минуту.

15

Виски ломило. Поднывал от голода желудок. Словно продолжение ночного кошмара, в ушах что-то навязчиво жужжало, шуршало. Мне снился кошмар, это совершенно точно. Да вот беда, вспомнить, что именно снилось, все никак не удавалось. Лишь мимолётные обрывки чего-то, чрезвычайно тревожащего душу и заставляющего сердце сжиматься от страха.

Не открывая глаз, прислушалась. Но нет, никаких других звуков, кроме шелеста и жужжания не было. Тогда я осторожно приоткрыла глаза. Ничего, все спокойно. Открыла глаза широко и посмотрела в сторону, откуда раздавались странные звуки. А именно — вверх. И обомлела от восторга. Настолько разительным была перемена моего настроения, что на мгновение спёрло дыхание. Настолько отличалась действительность от ночного кошмара, что я чуть не засмеялась.

На фоне светлой ткани, струившейся с потолка крупными складками, метались, отбрасывая замысловатые тени десятки крошечных огоньков. Будто крошечные звёздочки, они сбивались в кучи, образуя светящееся пятно, а потом вдруг, будто их кто-то потревожил, разлетались в разные стороны, оставляя за собой сверкающий шлейф. Вдруг один из этих огоньков сорвался с потолка и, жужжа, опустился к самому моему лицу.

Улыбаясь, я протянула к нему руку, и он с тихим шелестом опустился на ладонь.