Безбожник — подменыш? Заменили его аспиды нехристи, когда на корабле его взрыв был. О взрыве все слышали, а о том, что вернулся оттуда Александр Михайлович другим человеком, все молчат. Отец его собирался никонианскую церковь прикрыть и дать не только волю, а всю власть нашей матушке-церкви, апостольной, которую тут кличут старообрядческой, но следует именовать истинной!

Этот пассаж вызвал у слушателей одобрение, но суета, вызванная этой речью, быстро улеглась, уж больно острые новости принёс в клювике их гость.

— Потому-то слуги антихристовы и свергли Михаила Николаевича, заступника нашей веры. А вы знаете, что в домашней церкви император Михаил молился двуперстно и иконы там приказал развесить наши, правильные?

Ууууххххх… возглас удивления покинул грудные клетки присутствующих. Ничего себе новости!

— А после того. Александр Безбожник своего брата-тюхтю Николашку сверг, а чтобы власть свою упрочить — объявил о том, что Михаил Николаевич, отец настоящего великого князя Александра, чудом спасся! Только чуда-то не было! Никонианцы и их ставленник Иоанн, коего именуют Кронштадтским подменили Михаила Николаевича, на своего человека! Дабы он передал отродью Антихриста власть над русскою землею!

Зашептались, зашевелились купчики, стали креститься. Страшные новости принёс их московский брат. И хотя не была старообрядческая церковь единым механизмом — слишком разные, слишком независимые друг от друга, порою даже изолированные с ней оказались общины, но общий их посыл — выжить и вернуть себе былое влияние — остался у всех един. Прохор Матвеевич немного выждал, когда шумок улегся продолжил, но голос его окреп и в нем появились весьма оптимистические нотки.

— Но Пресвятая Богородица не попустила злу овладеть Святой Русью! Настоящий государь Михаил Николаевич, защитник истинной веры — спасся. Не чудом спасся, а трудами наших собратьев в далеком карельском краю.

Говоривший размашисто перекрестился. Все присутствующие тут же осенили себя крестными знамениями.

— Истинно говорю вам, спасся император истинный, защитник веры нашей, Михаил Николаевич! Подтвердил волю свою, как вернет себе трон, свергнет слуг антихристовых, воссияет правда на Руси! Запретит государь-император никонианскую церковь, как запретил католикам, слугам антипапы и антихриста служить в государстве Российском! А для вас, господа астраханские такой наказ — принять государя-императора тайно, но с честью! Следует государь в окраины восточные, земли сибирские, где нашли пристанище наши братья по вере. Они станут основой его воинства, они вернут его на трон государства Московского! И нам готову быть предстоит: людно и оружно. И помочь общему делу деньгами, куда же без этого. Сам государь от вас и копейки не возьмет: нет у него надобности. А вот войску его многое потребно будет. И еще… Гарнизоны на его стороны переходить будут. Солдатушек отблагодарить надо будет, дабы почувствовали они крепость веры. Нашей, истинной. Готовы будьте. О дне, когда прибудет в Астрахань император сообщу вам окольными путями.

Произнеся последнюю фразу, Прохор Матвеевич еще раз перекрестился, отвесил земной поклон и быстро удалился, оставив господ купцов переваривать свалившееся на них счастье. И о том, что такие вести след держать в тайне говорить не стал — люди тут собрались солидные, сами всё понимают…

[1] Сарацинское зерно — устаревшее название риса.

Глава восемнадцатая

Камо грядеши

Глава восемнадцатая

Камо грядеши

Москва. Лубянская площадь. Здание ОСИ

26 июля 1896 года

В девяностых годах прошлого столетия разбогатевшие страховые общества, у которых кассы ломились от денег, нашли выгодным обратить свои огромные капиталы в недвижимые собственности и стали скупать земли в Москве и строить на них доходные дома. И вот на Лубянской площади, между Большой и Малой Лубянкой , вырос огромный дом. Это дом страхового общества «Россия», выстроенный на владении Н. С. Мосолова.

(В. А. Гиляровский)

Перед самым новым, девяносто шестым, годом, накануне Рождества торжественно открыли новое здание на Лубянской площади. Оно в РИ известно, как место размещения страхового общества «Россия» и даже одно время было доходным домом. Но в ЭТОЙ версии событий его сразу же проектировали и строили как главное управление Объединенных Спецслужб Империи.

Как вы понимаете, главой ОСИ стал Полковников, но и я имел свой кабинет в этом солидном сооружении, которое вскоре приобрело у местных острослов статус самого высокого здания в Москве. Ибо из него хорошо виден Магадан. Ну виден… и не только Магадан. Соловки тоже неплохо так просматриваются. Так что строили мы этот комплекс сразу же с расчетом постоянного притока новых сотрудников с чистыми руками, горячим сердцем и холодным разумом, а также с местными аналогами значка «Ворошиловский стрелок» на груди. Правда, учитывая новые веяния по эмансипации женщин и привлечение их на государственную службу, у некоторых новичков из числа прекрасного сии знаки отличия не весели, а

Да и архитектуру здания сделали непривычной для современников, спроектировав ее в стиле конца двадцатого века, дабы не совсем отходить от классических норм, но и в архаику (современную мне сейчас) не ударится. Кое-какие наброски мы с Полковниковым сделали, Виктор Андреевич Величкин, который это здание взялся проектировать, поначалу сопротивлялся, а потом как-то проникся нашими идеями и дом-вместилище спецслужб Российской империи получился как с иголочки и весьма похож на современный мне когда-то вид. Чем очень обрадовал своего нового руководителя.

(здание на Лубянской площади — бывший доходный дом страхового общества «Россия»)

Алексей Васильевич (в ЭТОЙ реальности) Полковников (изначально он же Николай Степанович, один из руководителей проекта «Вектор») себе даже организовал кабинет с диваном. Ибо мог задержаться настолько допоздна, что ехать на пожалованную квартиру смысла особого не было. Нет, как и любой руководитель высокого ранга он отправлялся в командировки, встречался с людьми, отчитывался перед императором, участвовал в коллегиях и совещаниях самого различного уровня. Но основное время проводил в своем кабинете, оснащенном всем необходимым, в том числе комнатой отдыха с парочкой спортивных тренажеров и личным санузлом.

Вот и сегодня он понимал, что придется засидеться допоздна, может быть и заночевать. Как карта ляжет. Оставалось еще одно дело, к которому у него никак руки не доходили. Поначалу оно казалось даже чем-то анекдотичным: ну, появился очередной самозванец, выдающий себя за Михаила Николаевича, экс-императора, уступившего трон сыну Александру. Разве в мире современных информационных технологий (имелось в виду телеграф и телефон, газеты и радио) возможно такое явление? Это же вам не застывший в информационном невежестве восемнадцатый век, и даже не середина девятнадцатого! Но… он появился… Толстая папка с донесениями, которую Полковников уже несколько раз пересматривал, но его не оставляло ощущение, что что-то