как есть, Варвара Ивановна, но сразу хочу сказать, таких чувств, как к вашему сыну у меня никогда не было. — Борис довольно хмыкнул, переложив свою широкую ладонь с талии на мое колено, так, чтобы под столом этого видно не было.

Но судя по улыбке, скользнувшей по лицу женщины, этот маневр не остался незамеченным.

Я начала рассказ с родителей, бабушки, сестры и опрометчивого замужества. Рассказала, как вел себя Сергей, как я каждый раз умирала в душе от его оскорблений. Умирала и терпела дальше.

Рука Бориса, продолжавшая лежать на моей ноге, ласково вначале меня поглаживая, теперь каменела, наливалась мощью, припечатывая к скамье посильнее камня, повисшего давным-давно в душе.

Вес камня с каждым произнесенным словом становился все меньше, а горячая ладонь наливалась огнем и тяжестью.

— Лучше ему на моем пути не попадаться, Лера — убью! — пригрозил Бор, а я бросила тревожный взгляд на его мать, молчаливо меня слушавшую.

Ведь если так, то я не могу замуж выйти!

Оказалось, я это произнесла вслух, тут же зажмурившись от ужаса.

— Ты права, девица — не можешь. Но это если он в нашем мире появится, а по бумагам ты вдова. Я не вижу никаких препятствий — наконец произнесла она. — Да если и твой Сергей объявится, ему доказать нужно, что ты его жена. А это практически невозможно будет, если князь свое дозволение на ваш брак даст. — Варвара перевела взгляд на сына. — Ехать вам нужно. И по таверне все дела закроете, с комиссией договоритесь, чтобы прибыла тогда, когда вам удобно будет. И благословение на брак попросите. Уверена, брат против не будет.

— Ты племянник князя? — Повернула голову к жениху, встречаясь с его пронзительным взглядом.

Он кивнул, соглашаясь.

— Да, дальний только. Нас таких родственников пол села, так что переживать особо нечего.

Он бросил тревожный взгляд на мать, а та улыбнулась лишь уголками губ, как-то по-особому посмотрев на сына.

Затем женщина встала, вышла из-за стола, а когда вернулась, то в руках у нее был каравай, украшенный вылепленными из теста замысловатыми косами и кольцами по центру, а самой середине стояла солонка.

— Благословляю вас, мои дорогие, на брак. — Проговорила она, ее голос дрогнул, женщина замолчала на мгновение, а мы с Борисом бросились ей навстречу, я с благодарностью, а Бор, вытирать материнские слезы.

— Спасибо за доверие! — все, что смогла придумать, возвращаясь снова за стол, с необыкновенной легкостью в душе.

Успели лишь откусить от хлеба-соли, когда в дом влетели дети, счастливые и, как всегда, голодные.

— Мама, ну что? Вы женитесь? — Агата отличалась своей непосредственностью.

— Конечно! — Борис, прижал меня к себе, обняв за плечи. — Только не сразу, тебе нужно немного подождать. Справишься?

Дочка вздохнула, но кивнула, тут же выторговав себе плюшку: — Я буду рядом идти, кольца понесу.

Борислав расхохотался, соглашаясь, пообещав для начала их купить, здесь это было не принято.

Возвращались уже затемно. Бор проводил нас до крыльца, легонько поцеловав в губы. Глянул на свободное от луны небо и шепнул на ухо.

— Я приду, окно не закрывай. — Развернулся и, крикнув Серафима, ушел, довольно насвистывая какую-то мелодию и перекидываясь приветствиями с повстречавшимися на пути запозднившимися односельчанами.

Глава 49

— Мама, мы идем домой или нет? — Агата нетерпеливо притоптывала на крыльце нашего дома.

Впервые я взглянула на него именно с этой стороны. Тихо опустившись на лавку, поставленную Бором — «Чтобы семечки щелкать, да небом любоваться».

Вот теперь я любовалась домом, на фоне звездного неба, где тихо поднималась луна, мало чем похожая на нашу — прежнюю. Эта была огромной, с голубыми прожилками рек, четко видных на скалистой поверхности. Она была ближе и больше, чем та, к которой я привыкла. И еще, по словам Бора, обитаема. В реках было полно живности, так и не решившейся выйти на скалистую, обдуваемую жестокими ветрами поверхность.

— Давай посидим, подышим свежим воздухом? — предложила дочке.

Она тут же забралась на скамейку, прижавшись к моему боку, болтая ногами, принялась искать знакомые созвездия, которых в этом мире не было.

Мы сидели, наслаждаясь тишиной, стрекотом сверчков. Изредка пролетали ночные птахи, выводя свои трели, о которых оттаивала моя душа, столько лет, скованная страхом. Только сейчас поняла, сколько всего я пропустила и еще могла упустить, если бы меня не позвал мой дом.

— Спасибо! — прошептала, беря на руки, заснувшую Агату.

— Дай понесу! — Бор незаметно вышел из-за угла, ярко сверкнув глазами.

— Как ты здесь очутился? — прошептала, передавая ему девочку.

— Магия! — легкий поцелуй в нос и он скрылся в пока еще темной таверне.

А я осталась стоять, любуясь своим домом, оградой, в которой нужно было еще очистить немного каменной брусчатки.

В гостиной вспыхнул свет, затем появился тусклый огонек в спальне Агаты.

Тишина! Которой я с наслаждением дышала, впитывала в себя, растворяя в своей крови.

— Долго тебя ждать? — тихий голос с легкой хрипотцой вывел из задумчивости.

Я поднялась по ступенькам крыльца, где не скрипнула ни одна дощечка, прошла до входа, где черной тенью стоял Бор, и сделала шаг внутрь, тут же подхваченная крепкими руками.

— Наконец-то! — проговорил он, целуя нетерпеливо в губы. — Или ты хотела порушить свою репутацию? Кто-то не так давно как раз другое мне говорил.

— Спасибо! — засмеялась я, тут же прикрыв рот ладонью, испугавшись, что проснется Агата.

Мы тихо прошли в мою комнату, закрыв дверь для надежности.

— А если она испугается? — я попыталась сопротивляться.

— Услышу, забыла, кто перед тобой? — Бор не скрывал нетерпения, попросту разорвав завязки, служившие здесь вместо пуговиц.

Секунда и я вся перед ним, в лучах яркой луны.

— Хороша! — восторженно проговорил, рассматривая меня в лунном свете. — Моя!

Притянув к себе и не выпуская до самых первых криков петухов, начавших кричать на соседской завалинке.

— Пора! — поцеловал на прощание и растворился в предрассветном сумраке, не забыв распахнуть дверь, чтобы Агата, если проснется раньше, прибежала к маме под ее жаркий горячий бочок.

Я заснула, чтобы заново пережить этот счастливый для меня день.

— Мама, открой глаза! — весело щебетал мой ребенок, сидя верхом на мне. — Нас ждут приключения!

Глава 50

Говорят: — «Послушай, что скажет женщина, и сделай наоборот». Так вот, прислушайся к ребенку, и он тебя точно не обманет!

Приключения не заставили себя ждать, к нам во двор въехала телега, доверху забитая сундуками.

Мы только успели позавтракать, и я решила пойти в огород, наконец-то по-хозяйски разобраться со всей нужной и ненужной растительностью.

— Есть кто? — донесся с