затупленными лезвиями и закругленным острием. С мечами не морочились, взяли те, что не жалко, – какие-то свои, скандинавские, изрядно подубитые, а какие-то трофейные – мол, нате, выбирайте, кому какой нравится.

А еще вынесли глиняную плошку с торчащей в ней широкой кистью.

– А это что? – хмурясь, спросил хёвдинг Малого Бельта, которому явно не нравилась затея хозяина Каттегата.

– Красная краска, – отозвался Гуннар. – Дорогущий алый сок особых червей из страны Саманидов, смешанный с медвежьим жиром. Им мы намажем клинки мечей, чтоб всем было видно, куда нанесен удар. Сразу выбывают те, кто получит отметины в голову, шею, сердце или печень, ибо удар туда ведет к быстрой смерти. Также проигрывают те, кто пропустит по три удара в руки или ноги. Вот и все правила.

Хёвдинг Эресунна в куртке с пышным воротником из волчьей шкуры первым выбрал меч, после чего ловко крутанул его над головой «восьмеркой», примеривая к руке оружие, и одновременно жутко заорав при этом. М-да, жутковато, наверно, выглядит, когда толпа таких мордоворотов идет в атаку, издавая лужеными глотками эдакие боевые кличи.

– А какова очередность поединков? – прооравшись, поинтересовался хёвдинг.

– Ее нет, – хохотнул Гуннар. – Все выходим на площадь, и каждый бьется сам за себя.

– Жестокая может получиться битва даже с тупыми мечами, – хмыкнул хёвдинг Большого Бельта, лицо которого было изуродовано двумя страшными, криво зажившими шрамами. – Но я такое люблю. Одину нравится с облаков любоваться на безумные схватки, даже такие, как сейчас, без крови и выпущенных кишок. А я всегда готов порадовать захватывающим зрелищем великого бога войны и победы.

– Ну, тогда мажем клинки кровью заморских червей и начинаем, – скомандовал Гуннар.

…Места для маневра на площади было достаточно. А вот идея битвы «каждый сам за себя» показалась мне довольно опасной. Драться предполагалось без доспехов и шлемов, кто в чем приехал, и удар со всей силы по черепу металлической полосой мог закончиться довольно печально…

Но, как говорится, назвалась королевой – добро пожаловать на ристалище, а там уж как кривая вывезет…

Меч и щит были рассчитаны на взрослого скандинавского воина и оказались для меня тяжеловаты. Таким оружием много не намашешь, хорошо, если сил хватит на десяток ударов, а потом плечо обязательно начнет отказывать…

Я, конечно, сделала поправку на физические возможности крепкого тела Лагерты, которые уже успела испытать достаточно, но все равно ни я, ни она не имели подготовки викингов, которые детскими деревянными мечами начинают махать, как только из колыбели вылезут. Потому все, что мне оставалось, это до поры до времени избегать прямого столкновения с участниками ристалища.

Гуннар сказал, что правил нет?

Отлично!

Значит, я буду играть по своим правилам…

К счастью, никто из викингов не воспринял меня всерьез.

Четверо хёвдингов тут же схлестнулись друг с другом двое на двое, и через несколько секунд от сокрушающего удара Гуннара щит вождя Большого Бельта раскололся надвое. Надо сказать, что и после этого хёвдинг продержался почти с минуту, теснимый сокрушительными ударами вождя Каттегата – но, попавшись на хитрый финт, открыл шею, куда и получил «смертельный» удар, сопровождающийся красной отметиной. Надо сказать, что он и правда чуть не закончился трагически, так как хёвдинг Большого Бельта выронил меч и, хрипя, схватился за горло – похоже, досталось трахее. Если она не сломалась – выживет. В противном случае ярмарка начнется с похорон…

Гуннар же, выключив из битвы одного из участников, метнулся было в мою сторону, но я скользнула вдоль торговых рядов так, что между мной и хозяином Каттегата оказалась пара хёвдингов, увлеченных рубкой. Оба примерно были равны по силе и мастерству, и никому пока что не удалось достать противника.

Гуннар церемониться не стал. Повернул меч и нанес его плоскостью удар по голове хёвдинга Эресунна, оставив тому на макушке широкую красную полосу.

– Сзади нечестно! – заорал хёвдинг, поворачиваясь назад, – и тут же получил от своего противника второй «смертельный» удар по той же самой многострадальной макушке. К счастью, хёвдинг Малого Бельта смягчил удар, иначе поборник честности мог бы рухнуть на площадь с расколотым черепом.

– Правил нет! – напомнил Гуннар – и ринулся на последнего оставшегося противника. Кроме меня, разумеется…

На этот бой смотреть было интересно. Похоже, схватились два сильных мастера меча, имевшие за плечами опыт не одной реальной битвы. Я аж подвисла немного, любуясь на мощь и скорость схватки…

Щиты у обоих разлетелись сразу, но это ни на что не повлияло. Оба противника умело парировали удары нижней третью своих клинков, которую в те времена часто и не затачивали, используя именно для этих целей, – либо ловко уклонялись от ударов, что в исполнении таких крупных бойцов выглядело почти как чудо…

Наконец викинги стали уставать. И вот уже у хёвдинга Малого Бельта алые пятна украсили бедро и левое плечо, но и на рукаве куртки Гуннара появилась красная отметина…

И это его явно разозлило!

Удары хозяина Каттегата стали заметно тяжелее, словно он хотел разрубить противника надвое. Даже кто-то позади меня в толпе проговорил:

– Кажется, Гуннар забыл, что это ярмарочный поединок, а не хольмганг…

В какой-то момент хёвдинг Малого Бельта немного замешкался – и тут же страшный удар упал на него сверху, в ложбину между шеей и плечом.

Я даже непроизвольно вздрогнула, когда явственно услышала хруст ломаемой ключицы. Раненый хёвдинг выронил меч, но Гуннар с красными от ярости глазами занес свой снова, чтобы добить противника, видимо, в пылу битвы и правда забыв, что поединок не смертельный…

Только раненому было все равно. Вместо того, чтобы попытаться уклониться от фатального удара, он тянулся к оброненному мечу, который уже ничем не мог ему помочь.

– Стой, Гуннар! – громко крикнула я. – Похоже, ты забыл про меня, хозяин Каттегата!

Глава 38

Гуннар развернулся на мой голос – и расхохотался.

– Ну да, как я мог забыть про маленькую дроттнинг Скагеррака? Должен признать, что ты довольно шустрая и хитрая воительница, и тебе по праву достанутся прилавки лишь чуть хуже моих. Только я боюсь, что от моего удара ты умрешь, и это омрачит наш праздник. Потому предлагаю тебе просто сдаться. В этом нет ничего позорного. Просто положи меч на землю и забирай себе второе место после моего.

Я и правда по сравнению с этим гигантом выглядела малышкой. Но его самоуверенная речь меня изрядно взбесила.

– Викинги не сдаются! – крикнула я, для убедительности встав в эффектную позу. Почти уже меч на плечо положила для убедительности, но вовремя вспомнила, что он крашеный – сама же оставишь